Глава 34

Ещё до того, как задал этот вопрос, Киллиан Ристон уже ощутил странную тревогу. Связана ли она была с баргестом или с самой прогулкой, он не задумывался, но подозрение, будто что-то нехорошее должно случиться с кем-то из их компании, не оставляло. Оглядевшись по сторонам, он понял, что Флорианы нет поблизости, и тишина в ответ на его слова только подтвердила отсутствие молодой альды.

— Кто видел её или говорил с ней в последний раз? — осведомился Киллиан. — Кажется, она шла рядом с вами, князь. Не так ли?

— Ну да, однако затем все отвлеклись на ваше мифологическое чудовище и перестали обращать внимание на других, — отозвался тот.

— А если её утащил баргест? — предположила Бертина Эштон дрожащим голосом.

— Такие, как он, не нападают на людей, только преследуют их, — ответил ей Ристон, бросив взгляд на Алиту. Кажется, её первоначальный испуг прошёл, и сейчас девушка уже не выглядела так, словно вот-вот потеряет сознание. Впрочем, ей в рабочей практике наверняка случалось сталкиваться с куда более страшными тварями, нежели красноглазый пёс-переросток.

— Значит, она сбилась с тропинки, — произнёс Эмрис. — Надо вернуться на поиски. Но пойдут не все.

Али попыталась возразить, однако он не пожелал её слушать, твёрдо намереваясь немедленно отправить их с альдой Эштон обратно в замок. Киллиан мысленно согласился с этим решением. Неизвестно, что произошло с Флорианой, и лучше искать её, не отвлекаясь на то, чтобы присматривать за другими, и не опасаясь потерять ещё двоих.

— Альд Ли, князь, вы тоже возвращайтесь, — сказал Эмрис. — Проводите дам и объясните дяде, что случилось, про появление баргеста тоже не забудьте рассказать. Мы пойдём вчетвером.

Мужчины возражать не стали, вероятно, испытав облегчение, и послушно направились к замку. Вместе с ними ушли Алита с Бертиной, а Эмрис, Киллиан и двое слуг с фонарями развернулись и зашагали обратно в лес. Стало заметно холоднее, с каждой минутой сгущалась тьма, и мысль о том, что Флориана Эдевейн, которая родилась и выросла в совершенно другом климате, находится совсем одна в бескрайней темноте и суровом холоде зимнего леса, пугала всё сильнее.

— Мы должны быть готовы ко всему, — угрюмо проговорил Эмрис. — Это я… — вздохнул он, признавая свою вину. — Не стоило мне настаивать на прогулке. Я ведь не думал, что всё так обернётся. Хотел только немного повеселить остальных и развлечься самому.

— Не терзай себя, — откликнулся Ристон. — Сделанного не воротишь. Как ты думаешь, из-за чего появился баргест?

— Каждому в королевстве известно, что он предвещает смерть, но… — запнулся собеседник. — В замок она уже пришла. Значит, нужно ждать следующей?

— Будем надеяться, что мы просто его спугнули, — не особенно-то веря собственным словам, заметил Киллиан.

Они принялись на два голоса окликать альду Эдевейн, но в ответ не доносилось ни звука, ни шороха. Тусклый свет фонарей лишь бестолково шарил по снегу, а луна спряталась, не желая помогать в поисках. Эмрис отчаянно ударил ребром ладони по ближайшему дереву и поморщился от боли.

— Без магии не обойтись.

— Давай вместе.

Поисковое заклятие, действующее лишь на ближайшее расстояние, было непростым, и прибегали к нему редко. Но сейчас другого выхода не имелось. Встав спина к спине, как когда-то в далёкие годы ученичества, Эмрис Торнбран и Киллиан Ристон одновременно произнесли нужные слова, которые точно сами собой возникли в памяти. Для того, чтобы подкрепить их жестами, пришлось снять перчатки, и холод тут же хищным зверем вцепился в пальцы. Слуги благоразумно отошли на несколько шагов, но украдкой, стоя поодаль, всё же наблюдали за магами — должно быть, им нечасто приходилось видеть чьё-то колдовство настолько близко.

Снег заискрился, точно на него упали золотые зёрнышки. Они образовывали светящуюся дорожку, которая уводила вбок от тропинки. Теперь на снегу стали видны нечёткие следы, словно кто-то шёл в ту сторону.

— Идём! — позвал друга Ристон, снова натягивая перчатки на почти потерявшие чувствительность руки.

Каждый из мужчин весил куда больше, чем ранее прошедшая той же дорогой Флориана, поэтому они шагали, проваливаясь в снег, что весьма затрудняло передвижение. Под их ногами сиял выстеленный магией путь, но больше ничем заклятие помочь не могло. Снег то и дело норовил забиться в ботинки, а луна так и не соизволила выглянуть.

— Я её вижу! — выкрикнул Эмрис.

Киллиан, немного обогнав его, выхватил у одного из прислужников фонарь и подошёл к девушке первым.

Флориана Эдевейн неподвижно лежала под старым высоким вязом. С нижних веток ссыпался снег, почти полностью укрыв её. Особенно ярко на белом выделялись выбившиеся из-под капора тёмные волосы и алые пятна, похожие на рассыпанные по земле красные камни.

Ристону вспомнился разговор, который, казалось, состоялся целую вечность назад.

— Там, откуда я родом, совсем не бывает снега. Потому мне и диковинно видеть его. И немного страшно.

— Страшно? Почему же? Чем вас пугает снег?

— Его так много… Как-то я читала, что человек может умереть, если останется надолго в сугробе. Он просто заснёт и даже не почувствует боли.

***

Алита вытянула ноги к огню камина, блаженно зажмурившись от тепла. В гостиной она сидела в полном одиночестве. Гидеон Ли отправился поговорить с Сайласом Торнбраном, Бертина Эштон пошла проведать мужа, а князь находился у себя в комнате.

Сердце когтистыми лапами сжимала тревога. Али не нравилась Флориана Эдевейн, но зла она молодой альде никогда не желала. При мысли о том, что та в опасности, становилось не по себе. Накатывала неприятная слабость, грызла досада от невозможности что-то делать, как-то помочь Эмрису и Киллиану в поисках. Алита понимала, что они поступили правильно, не взяв с собой её и Бертину, но всё же беспокоилась сейчас не только за альду Эдевейн, но и за тех, кто пошёл её искать.

Когда в коридоре послышались шаги, Али с надеждой встрепенулась и, позабыв о трости, выглянула из гостиной.

Эмрис нёс Флориану на руках, рядом с ним шагал Ристон. От всех них пахло снегом, и холод, пробежавшись по коже, снова напомнил о себе. Алита подошла ближе, вглядываясь в пострадавшую, — сомкнутые ресницы, одежда в снегу, безвольно поникшие руки, на которых уже не было роскошной муфты.

— Она… — не договорив до конца, Али осеклась.

— Жива, — ответил Киллиан. — Сильное переохлаждение. Ещё она, кажется, ударилась головой, потому из носа пошла кровь.

— Мы отнесём её в её комнату, и я позову экономку, — сказал Эмрис, в голосе которого беспокойство мешалось с облегчением.

«Но как она отстала от других, да и каким образом умудрилась получить такую травму?» — задумалась Алита. Что-то не сходилось. Несмотря на уверения в собственном бесстрашии, Флориана Эдевейн предпочитала комфорт и едва ли стала бы далеко отходить от тропинки, по которой двигались остальные. Но для того, чтобы поговорить с молодой альдой, требовалось дождаться момента, когда она придёт в себя. Кроме того, задать вопрос о том, почему та обманула, рассказывая о своём посещении прачечной, тоже следовало бы.

Али вздохнула. Спать не хотелось. После того, как они с Бертиной, князем Чаудхари и Гидеоном Ли вернулись в замок, им принесли горячий яблочный сидр с мёдом и специями, который оказал бодрящее действие, да и после случившегося она очень сомневалась, что сможет заснуть. Перед внутренним взором мелькали то силуэты окутанных снежной шалью деревьев, то прячущаяся в облаках луна, то горящие красным глаза баргеста, то беспомощный вид Флорианы, который был ей совершенно не к лицу. Как бы ни вела себя альда Эдевейн, в ней чувствовалась внутренняя сила, стержень, закалённый жизнью в жарком и влажном, но всё же довольно суровом климате, где, если верить рассказам очевидцев и книгам, властвовали на редкость жестокие порядки.

— Вы ещё здесь? Я думал, что вы уже ушли к себе, — произнёс Гидеон Ли, когда она собиралась вернуться в гостиную за забытой тростью. — Альда Эдевейн жива, но не совсем здорова, вы знаете?

— Да. Вы видели их? — спросила Алита и снова ощутила странную неловкость, находясь с ним наедине. — Будем надеяться, что она поправится.

— Возможно, вы станете защищать своего кузена, но я считаю, что в том лишь его вина. Затея с вечерней прогулкой с самого начала казалась возмутительной. Как жаль, что ни у кого не хватило здравого смысла, чтобы отговорить его! — запальчиво добавил собеседник.

— Боюсь, он бы послушался только своего дядю, а тот не пожелал вмешиваться, — отозвалась Али, мысленно соглашаясь с его словами. Прогулка только ухудшила их положение. И встреча с баргестом, и случившееся с Флорианой — всё это не к добру. Когда альд Торнбран сможет послать за доктором? И не опоздает ли помощь?

— На вас я не сержусь, — уже чуть более миролюбиво сказал альд Ли. — Вы мне кажетесь весьма разумной особой. Такой, которая, как говорится, семь раз отмерит перед тем, как отрезать.

— Увы, не всегда, — ответила она. — Что ж, я думаю, все мы устали, и мне пора к себе. Доброй ночи!

— Постойте! — Гидеон Ли догнал её у кресла, где Алита оставила трость. — Что вы думаете об альде Брогане?

— Об альде Брогане? — недоумевающе переспросила Али.

— Я понимаю, что о мёртвых плохо не говорят, но он был дурным человеком, поверьте мне! Связывался с незаконными делами, помогал разорить честных людей, ни во что не ставил женщин! Я не оправдываю душегубство, но никто бы не посчитал его невинной жертвой!

— Почему вы мне об этом говорите? — насторожилась она.

— А разве не вы горячо интересуетесь убийством? Расспрашиваете, кто где находился, и всё прочее. Ваш родственник дал вам такое поручение, чтобы не заниматься этим самому?

— Можно и так сказать, — радуясь, что её тайна пока не раскрыта, проговорила Алита. — И что же, у вас есть подозреваемый? Или вам что-то известно?

— О том, что мне известно, я уже рассказал альду Торнбрану, но из-за смерти поверенного я пока не включён в число его наследников.

— Так, значит, вы были одним из тех, кто поделился с ним информацией?

— Именно. Кажется, вы собирались к себе. Проводить вас?

— Нет, спасибо, — отозвалась Али, услышав за приоткрытой дверью голос Киллиана. — Пожалуй, я ещё немного побуду здесь. До завтра, альд Ли.

— До завтра.

Через некоторое время после того, как Гидеон Ли вышел в коридор, в гостиную заглянул Ристон.

— Эмрис сейчас у дяди, — сообщил он.

— Как альда Эдевейн?

— Пока без сознания. Там сейчас всем распоряжается экономка, в хвост и в гриву погоняет камеристку и горничных, так что наша помощь больше не нужна, — произнёс Киллиан, входя в комнату. Алита шагнула к нему, и он сразу же заключил её в объятия, крепко прижав к себе.

— Я тут кое-что узнала, — вспомнив недавний разговор с альдом Ли, сказала она, неохотно поднимая голову от плеча Ристона, к которому приникла щекой.