Глава 39. Сказка о глупой девочке

Майя

А теперь время сказки.

Жила-была тупая-тупая девочка. Дракон ее не похищал, злой колдун не заколдовывал, даже крючконосая ведьма проклятие не посылала. Просто девочка была очень глупой и от этого — все ее беды.

Она сама прискакала к принцу, сама призналась ему в вечной любви, и сама же попросила взять ее в жены.

Ладно, пока не просила. Но это ж дело пяти минут!

И вот, внимание, вопрос на засыпку: будет ли в сказке хэппи энд?

Я сижу на чемодане уже сорок минут. Ну, как на чемодане, на легкой дорожной сумке. Там только самое необходимое: подарок для родителей Влада на годовщину, сменная одежда — вдруг что — и парик. Это тоже на всякий случай. Мало кто из родителей обрадуется, если их взрослый сын притащит домой неформалку с розовыми волосами, хотя сам Влад, вроде, благосклонно относится к моим ярким экспериментам, но все же… Но все ж.

Я постукиваю носком туфли по полу, и все время одергиваю край юбки. Мне кажется, что платье это не позволительно короткое. А ещё слегка великовато мне в груди — у Гуси там полный комплект, а у меня… недобор, короче, из-за чего лиф периодически сползает, едва не оголяя меня по пояс. Благо лямки, закрепленные мной с обратной стороны булавками, пока справляются с этой миссией. Ну где же Влад?

И Гуся…

Если бы не ее "Я жива" несколько часов назад, я бы уже бежала в полицию. Я бы и после этой смс побежала, она ж типично похитительская! Но потом подруга прислала селфи из какого-то модного ресторана с широченной улыбкой на лице и припиской: завтракаем. И мне все стало понятно…

Мужик. Банально и увлекательно. Мне ли не знать!

И я за подругу рада, пора ей уже выбраться из Бермудского треугольника с вершиной по имени Стас.

Телефон загорается входящим от Влада.

— Я приехал, спускайся, — короткое, теплое.

Я все боялась, что он передумает. Что возьмёт и не возьмёт меня с собой после моих пятничных выкрутасов. А он… в очередной раз поражает меня своей мудростью. Или он так впечатлился моими смелыми признаниями под ночным фонарем? Да, кое-что из того вечера я помню очень хорошо, хоть ему и не созналась.

Теперь главное дождаться ответа. Я знаю, знаю, что дождусь.

Окрылённая и немного нервная от предстоящего испытания, я буквально слетаю со ступенек и сразу в объятия Влада. Он, как истинный джентльмен — не перевелись ещё, глянь, — стоит возле машины, а не ждёт меня в ней. Я влетаю в его объятия и сразу же прижимаюсь к губам. Да, я скучала. Очень.

Он улыбается мне в губы и ненадолго сжимает своими крепкими медвежьими руками почти до хруста. Но я не против. Даже весьма за. С некоторых пор это любимый мной вид объятий.

— Платье? — он сверкает глазами, проходясь руками мне по спине.

— Единственное и неповторимое, — смеюсь я.

— Тебе очень идет, — его колючая щека прижимается ко мне, а руки ползут ниже.

— Ай-яй, — шиплю я.

— Все еще болит? — хмурится он.

— Да я прикалываюсь. Не загоняйся, непоправимый урон моей психике ты не причинил, но и на темную сторону любительниц таких приключений не перевёл. Так что обойдёмся без повторений, урок усвоен. Нам далеко ехать?

— От силы час.

— Я готова, — поправляю сумку на плече, чуть подпрыгивая.

— Что в сумке?

— Так, по мелочи, на всякий непредвиденный случай.

Влад просто кивает, берет мою сумку и закидывает на заднее сидение. Потом открывает мне дверь и подсаживает в свою высокую тачку. Сердце разгоняется до скорости болида. Подскакивает, глухо стучит, отдаваясь в горле. И все же я очень волнуюсь.

Знакомство с родителями. До этого этапа я не доходила ни разу в своих не слишком продолжительных отношениях ранее.

Влад садится на место водителя и прежде, чем завести машину, сжимает мою руку, нервно теребящую подол Гусиного платья.

— Тебе совершенно не о чем волноваться. Ты там будешь самая нормальная из всех.

— И что это значит? — округляю я глаза.

— Увидишь, — хитро улыбается он, заводит машину, и мы трогаемся с места.

Солнце уже довольно высоко и нещадно печет. Мы едем с включенным кондиционером ровно до того, как не выезжаем за МКАД. Когда количество машин стремительно уменьшается, а вдоль дороги выстраиваются сосны, мы открываем окна, пуская свежий воздух в салон. Радио хрипит и бесконечно прерывается, и мы его выключаем. Я не люблю тишину, поэтому сразу начинаю болтать о всякой ерунде, заполняя пространство потоком слов.

— … И тут одна из мамаш становится рядом и давай повторять каждое слово за мной. Я кричу: выше руки, ребята! Она суфлером: руки выше, Алеша! Я: а теперь прыгаем! Она: прыгай, Алеша! Каждое. Долбаное. Слово. Прикинь? Я еле сдержалась, чтоб ее не обматерить. Так и хотелось спросить: а ваш ребенок аутист? Он с первого раза не понимает? Хотя нормальный пацан, самый обычный, но мамаша… Ух, никогда я ещё так не желала сорвать с себя чертов костюм и послать их всех в дальнее путешествие! Пешее и весьма эротическое.

— Да, забавно.

— И главное, ну, как вообще такими становятся? Что должно произойти, чтобы ты до шести лет сопли сыну подтирала и в туалет за ручку водила?

— Может, это очень долгожданный ребенок и родителей переполняет любовь настолько, что ее становится через край? — задумчиво произносит Влад, не отрывая взгляда от дороги.

— Не, это не любовь, это одержимость. А ещё неадекватность. Я никогда такой не стану.

Влад иронично улыбается, все еще смотря прямо перед собой. Я изучаю его профиль, этот его удивительный залом губ и задумчивый взгляд. Интересно, о чем он сейчас думает? Хочет ли семью, детей? Помню, что он был женат, все еще женат, если быть точной, значит, думал. Значит, когда-то планировал, просто не срослось. А что теперь? Не разочаровался ли он в этом институте? Думает ли о продолжении рода? Да, мы уже говорили об этом, но он отделался настолько сухим "да", что я так и не разгадала его истинных чувств на эту тему. А сейчас, наверное, самое время обсудить этот вопрос. Ведь, если он уже думал об этом и примерял меня на свою жизнь — значит, мы смотрим в одном направлении. А Экзюпери — знатный чувак, врать не будет.*

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Знаешь, я не очень часто думаю о будущем, — начинаю издалека.

— Это я заметил, — иронично хмыкает он.

— Но в последнее время… после встречи с тобой, задумалась.

— Неужели? — он выгибает брови, а я смущаюсь ещё больше. Боже, ужасно неловко вот так прямым текстом, посреди бела дня, и трезвой говорить о своих чувствах и глупых мечтах.

— Ага. Ты… много мыслей посадил у меня в голове. Таких, которые прилипают к тебе и заставляют всю свою жизнь разложить по кусочкам, перемешать и выстроить стройным рядом в совсем другом направлении. Понимаешь?

— Да, — усмехается он. — Хотя твои метафоры очень тонкие. Я рад, что ты задумалась. Тебе это нужно.

— А тебе? — неуверенно спрашиваю я.

— А мне нет. Ты же знаешь, моя жизнь уже давно выстроена.

— Вот как… — губы еле шевелятся, а к глазам подступают слезы. Значит, он даже всерьез меня не воспринимает. Его жизнь выстроена и предложить мне что-то большее, чем встречи по вечерам он не готов…

— … тебе пора повзрослеть, — доносится сквозь шум в ушах.

— Что?

— Говорю, рад, что ты, наконец, решила повзрослеть. То есть, все эти твои пляски в костюмах, конечно, очень забавны. Но это в двадцать. А они не будут длиться вечно, можешь мне поверить.

Он снова снисходительно улыбается, не понимая, что будит дракона. Ярость закипает внутри меня горючей лавой, затапливая каждую нервную клетку. То есть я просто не достойна его! Моя работа недостаточно хороша, как и я сама. Чудесно.

— Останови машину, — выходит сипло, тихо, неуверенно.

— Тебе не хорошо? — кидает на меня быстрый взгляд. Должно быть мое лицо искривляется в такой гримасе, что Влад пугается и тут же съезжает на обочину.

Я вылетаю из машины и тут же быстрым шагом направляюсь в обратном от нашего маршрута направлении. Я иду так быстро, что под ногами взлетает пыль. Ветер дует в спину, помогая ускоряться, бросает мне в лицо волосы, слезит глаза. Хотя, это, конечно, не он. Это слова, брошенные Владом. Подумать только, я не достаточно взрослая для него! Да кем он себя возомнил?

— Куда ты собралась? — звучит уже совсем рядом. Бежит за мной. Какая честь!

— Пойду взрослеть! — перекрикиваю проезжающие мимо машины.

— Ты сама завела этот разговор и сама же обиделась!

Влад разворачивает меня к себе, но я вырываюсь.

— Я не обиделась! Я злюсь на тебя! Я тебе о чувствах! О нашем с тобой будущем! А ты меня возрастом попрекаешь!

Отхожу от него, пинаю лопухи под ногами.

— Разве я что-то сказал о возрасте? — тихо выдыхает он.

— А-а-а-а, — злость накрывает с новой силой, и я снова пинаю траву. Ну почему он такой непробиваемый? Я же не многого прошу. Просто признания. Просто уважения. Просто надежды.

— Что ты делаешь? — тихо произносит он, глядя на мою травяную истерику.

— Ищу подорожник. Сейчас врежу тебе — сразу приложишь!

— Почему ты такая шипучка? Слово не сказать! — идёт за мной, наступает, давит своими медвежьими габаритами.

— Потому что это не правильные слова! Не те, понимаешь? — в очередной раз взрываюсь, размахиваю руками, топаю ногой. Песок под ногами встаёт столбом, ветер отбрасывает розовые волосы прямо в лицо.

Что в этом сложного? Три слова. Десять букв. Один вдох.

— Я женат, — срывается с его губ.

А вот теперь ему точно понадобится подорожник. Или мне.

Потому что теперь признания не избежать.