Глава 16

Григорий Смотрю на сидящую у меня на коленях и хлюпающую носом Васюту и не могу понять, что такую шикарную во всех смыслах девушку могло связать с тем огрызком, которого родители Василисы мириться приводили. По обрывкам разговора я понял, что дело нечисто, но не думал, что всё настолько запущено. Василиса нашла в себе силы и посвятила меня в некоторые детали, и я теперь понимаю, что зря этому Сергею не втащил. Правда, за кое-что я заморышу всё же благодарен – не стал марать собой такую прелесть, как Васюта. Но это не отменяет того факта, что он в принципе женился на ней из выгоды. А такие вещи очень больно бьют по самолюбию, занижают самооценку. Неудивительно, что у Василисы куча комплексов, пусть она и старается их тщательно скрывать за маской самоуверенности. – Может, тебе ещё кофе заварить? – спрашиваю, поглаживая плачущую девушку по спине. Никогда не приходилось работать жилеткой, честно. И это непередаваемые ощущения, я вам скажу. Да, на первый взгляд может показаться, что данное занятие несколько унизительно для мужчины, но это не так. Сначала Василиса позволила обнажить тело, а теперь и душу передо мной открывает – разве это не показатель успеха? Только сейчас мне отчего-то не хочется тупо уложить её в постель после всего. Мне её поближе узнать хочется, и даже если она меня сейчас выпроводит, я смирюсь и подожду до поры до времени. Буду завоёвывать девушку мягко, постепенно, так, как она этого заслуживает. – Что? – поднимает на меня красные глаза. – Еще кофе?.. Нет, – мотает головой. Всхлипывает в очередной раз и вдруг обвивает мою шею руками. Прижимается к моему голому торсу, который я не удосужился спрятать под одеждой, и по телу проносится разряд тока. Хочу. Снова, хотя ситуация вообще к такому не располагает. – Всё, успокойся, ты самая прекрасная девушка на свете, и плакать из-за какого-то придурка – последнее дело, слышишь? – произношу твёрдо. Я в самом деле так считаю. И даже немного обидно, что до сих пор по бывшему убивается. – А я не из-за него плачу, мне на Сергея плевать, – признаётся вдруг, ставя меня своим заявлением в тупик. Вот так новости! – А чего тогда? – спрашиваю ошарашено. У меня вариантов в голове целый ноль. – Ты стал свидетелем этого концерта в исполнении мамы и бывшего, а ещё узнал самые неприглядные подробности моей личной жизни, хотя ещё час назад у тебя были совершенно другие планы на меня. И я была не против этих самых планов, а теперь… – шмыгает носом, насупившись. – Так-так, – бормочу задумчиво, едва улавливая суть. Я правильно её понял? – То есть, тебе передо мной стрёмно, что ли? Пф, придумала, иди сюда, – отстраняю Василису от себя слегка, стираю подушечками пальцев дорожки слёз с её пухлых щёк и без лишних раздумий целую. А чего теряться, когда такое чудо и само в руки просится? Призналась ведь, что не против была. А я не лопух какой-то типа этого её заморыша, чтобы такой шанс упускать. Василиса робко отвечает на поцелуй, будто целоваться даже толком не умеет. Я ещё в первый раз заметил – что-то не то. Как-то слишком осторожно для опытной женщины. А теперь-то выяснилось, что там опыта и нет толком никакого. И для меня самого это тоже – первый опыт такого рода. Но я справлюсь. Мы вместе справимся. Если будешь теряться, ничего хорошего в жизни не достанется – вот моё кредо. Интуитивно пытаюсь сообразить, где находится спальня, потому что спрашивать у Васюты последнее дело. Ни за что я не передам ни капли инициативы в её прекрасные ручки, пусть лучше чем-то другим займутся. Например, потрогают мой голый торс. – Мм, – вырывается из моего горла против воли, когда девушка ноготками проводит по коже. Робкая, нерешительная. Вся её самоуверенность только на людях, а за дверьми собственной квартиры Василиса сбрасывает маску и напоминает маленького зашуганного зверька. А кто в этом виноват? Самые близкие, как не прискорбно. Со второй попытки я всё же нахожу спальню – в первый раз случайно чуть в ванную Василису не затащил. – Я… боюсь, – признаётся девушка робко. – Отставить, – приказываю, касаюсь руками бархатной кожи. Дорвался. А иначе и быть не могло, ведь я всегда добиваюсь поставленных целей. И всё равно осознание того факта, что я у девушки первый, приятной истомой разливается по телу. Никогда не думал, что невинность может иметь такую цену, но сейчас, понимая, что Василиса до меня ни с кем не была, я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. И только лёжа на постели и с упоением наблюдая за спящей девушкой, я вдруг отчётливо понимаю, что хочу большего. Мне мало закрыть гештальт, доказав себе и ей, что я победитель по жизни. Мне с ней вот так засыпать каждый вечер хочется. Глупо и романтикой попахивает, что мне несвойственно. Так странно… И что это со мной? Не понимаю. Перебираю пальцами тёмные локоны, опускаюсь ниже ладонь и засыпаю, наконец. Кажется, это то, чего мне так не хватало. Только теперь эту прелесть я хочу в свою квартиру. Желательно на подольше. Быть может, даже навсегда. Засыпать и просыпаться вместе, завтракать, ехать на работу. И весь день вспоминать, как мне уютно в объятиях моей пышечки. Что может быть прекраснее? – Наконец-то, любимый, – обнимает меня в ответ и прижимается крепко. – Я об этом столько лет мечтала, – признаётся вдруг в полузабытье, а я осознаю в этот момент, какой же я идиот. Близкие виноваты в том, что Василиса стала такой? Да я и сам к этому руку приложил, оказывается.