33. Посетительница
Ладонис опух. Натурально, ментально и даже магически.
После отъезда бессменного Клавдия на край земли, (точнее — после его неожиданной ссылки), на плечи дракона свалились задачи буквально вселенских масштабов. Количество их нарастало с какой-то фатальной стремительностью. Как снежный ком, что катился с горы и Ладону на голову. Уже лавина, практически.
Еще и Камчатка, с ее этими страшными тайнами. Эта запутанная проблема упорно перебрасывалась от Дозора к Дозору, через Инквизицию и обратно. Службы и комитеты не жаждали браться за дело не просто опасное, а и провальное — наверняка. Мало того, что это государственная граница, с ее законами, помноженными на разломы пространства между континентами, так еще и мистическая территория, полная “диких⁶⁷” иных.
Далекая и пугающая Азия, с ее хаотическим водоворотом магически-древних племен, бесконечно далеких от новшеств и всех этих их Договоров.
В тех краях народ жил по законам реликтовым, тысячи лет ничего не меняя. Наверное.
Клавдию точно виднее. Их группе наверняка очень скоро придется участвовать в этом деле.
Прямо сейчас они должны были бы проходить подготовку, физическую и магическую. Спарринги, тренировки,разработка предварительного плана оперативных мероприятий. Изучение карты, в конце-то концов.
А его многострадальный отряд снова отважно собой полетел закрывать амбразуры.
И в каком состоянии они вернутся, чем дело закончится в Сестрорецке?
Дракон больше всего не любил ощущения неопределенности. По его твердому убеждению, всех повинных в возникновении оного нужно было казнить. Быстро бы воздух очистился, реки прозрачными стали бы. Эх, мечты драконьи, мечты…
К величайшему сожалению древнего и великого, даже сегодня все то, с чем он сталкивался и работал, проходило под грифом “хз”. Вот именно так, нецензурно, но искренне.
А еще — Ладон был в положении. Мучительно страдал токсикозами, отекал и целыми днями смотреть не мог на еду.
Он забеременел Академией. Еще совсем недавно, не планировал Лад никаких перемен в своей жизни, и внезапно практически “залетел”.
Дракон не ожидал от себя ничего подобного.
Да, натурой он был увлекающейся, но вот чтобы настолько? Болезненно, безотрывно. Все мысли его были с ней, все идеи сводились к одному — к этому его детищу, еще не рожденному.
Он родит ее, обязательно, и это дитя будет венцом всей бесконечной жизни алмазного.
Ладонис Лефлог сидел в кабинете, мечтал (конструктивно), разбирая проекты, тендеры, конкурсы, предложения, уже даже кляузы. Экстренное совещание завершилось, оставив… осадочек, прямо скажем. Нужно было отвлечся на чем-то приятном.
— Сиятельный Ладонис, к вам посетительница.
— В задницу, Эндрис. Всех, строем и с песнями.
— Но она…
Дверь открылась. Дракон зарычал, отрываясь от сеанса самоудовлетворения Академией.
И замер. На пороге стояла она. Не самый желательный гость в его кабинете. Вот правда.
Всю долгую историю их непростых отношений Ладон не мог отделаться от навязчивой мысли: эта женщина послана свыше ему за грехи. Грехов этих было вполне предостаточно, так что…
Снова она. С грацией хищной кошки, плавно покачивая крутыми бедрами, Эрис прошествовала через его кабинет и уселась в кресле напротив, насмешливо наблюдая драконью растерянность. Всего лишь на пару секунд Ладон позволил себе эту вольность.
— Аве, сиятельный. Не ожидал? Недостаточно надежно спрятался? Как там в этой сказке: “Раз, два, три, четыре, пять я иду тебя искать?”
Она смотрела, насмешливо скривив полные черные губы на угольно — черном лице. Сама Тьма.
— Аве Эрис. Сама прилетела или с оказией?
Это было грубо. Совсем даже не по-Ладоновски, но и явление здесь этой… гостьи было не самым приятным событием в его жизни. Уколоть эту недодраконицу в точку ее уязвимости стоило несомненно. Никогда ей не полететь.
— Прилетела. На крыльях любви, как обычно, ты знаешь.
Совершенно спокойна. Никаких лишних эмоций и даже не дрогнула. Эрис ли это?
— Чем обязан? Такая честь… я слышал ты делаешь стремительную карьеру у темных.
— Болтают. Я просто сплю с Абаддом. Разве это карьера? Ах, да! Я теперь его Шанти⁶⁸, представь себе.
Ладон усмехнулся. Хитрая бестия. Это было все равно что сказать: я теперь королева всех темных, такая вот глупость, представь себе. Шанти — это не просто любовница. Это левая рука тьмы, доверенное лицо и равноценный партнер главы темных. На ступенях престола у его ног за эту “почетную должность” были пролиты моря крови. Игра абсолютно без правил. А уж за столь краткий срок… Нет, эта черная женщина с кровью драконов во всех отношениях личностью была незаурядной.
— Душенька, ты меня посетила, конечно, с одной только целью: похвастаться? Кофе хочешь? Сильвер знает толк в тонком искусстве его приготовления.
— Серебряный? Тоже дракон? Где ты только берешь их?
О нет, ничего в тебе не изменилось, родимая. Алчный блеск в глазах ярко сверкнул, пальцы сжались.
— Эрис.— Она вздрогнула очень отчетливо.
Он опять произнес ее имя. Настоящее имя, — тайное знание, звук которого в устах древнего давал ему неоспоримую власть над младшими рода. Всеми, в ком текла кровь драконов. Именно так Ладон сдал чернокожую темным после убийства тогда, на балу. И сейчас — напоминал ей об этом.
— Эндриас мой дальний потомок и мой секретарь. Уйми свои эротические фантазии, он ничем тебе не поможет. Забудь о драконах. Если тебе и сможет помочь кто, то только нижайший Абадд. Ты очень верно все выбрала.
Надо еще как-нибудь намекнуть этому наглому и хвостатому символу преисподней, что его новая… Шанти верно и преданно служит не без участия дракона Ладона. Пусть скажет “спасибо” и запомнит зацепку. Эту бабу нужно держать на коротеньком поводке, раз уж приспичило демону.
— Собственно, я к тебе с поручением. — Чернокожая прервала затянувшееся молчание, протянув дракону угольно-черный конверт. — Ответ не требуется.
— Ты решила подработать разносчиком корреспонденции? Очень разумно. Знаешь ли, темный плут переменчив в своих предпочтениях. На моей памяти сколько раз он менял своих женщин? Даже и не припомню.
— Если тебе приятно так думать, — пожалуйста, я не против. Тянет на игры? Мммм… какая удача.
Она томно потянулась, облизнув губы и продемонстрировав вырез в комбинезоне с леопардовым принтом. Пф! Не возбуждает.
Ладон не стал читать послание Главы темных. В том, что это был он — сомневаться не приходилось. Хитрый бес был педантом. Строго следовал рамкам гайдлайна темных и просто физически не мог отправить письмо в конверте вне айдентики Тьмы. Белый с почтовыми марками? Только не это! Все равно, что семейные труселя в красный горошек. Не брендово. Вы бы еще предложили использовать “Почту России”. Или электронную переписку. Нет-нет, это пошло и совершенно безвкусно.
— Эрис, у тебя все? Ты меня как бы задерживаешь. Не хочется вызывать охрану, ну право же.
— А ты не умнеешь, сиятельный. Я уже ухожу.
Встала, не сводя с него взгляда, и прошествовала к выходу все так же томно, под насмешливым взглядом дракона. У двери оглянулась.
— Я пришла предостеречь тебя, любовь моя. Там, куда вскорости вам предстоит долгий путь, тебя ожидает сокрушительное поражение. — Он собирался прервать ее, но чернокожая подняла быстро руку к губам, прося помолчать.
И в глазах ее ярко горела… да, любовь. Странная, невозможная эта ее любовь, настоящее обожание. Ладон не мог ей возразить и прервать ее тоже не смог.
— Не от противника. Нет, ты потерпишь фиаско в борьбе с самим собой. Твоя жизнь прежней больше не будет. Мне жаль тебя, ты в полной мере познаешь там все муки Эрис. Береги себя, Ладонис Лефлог.
— Удачи тебе, черная тень Абаддона. Пусть хранят тебя древние боги. Я не обещал тебе никогда и ничего, но мне жаль.
Она молча кивнула и шагнула за порог, осторожно прикрыв дверь его кабинета.
Минуту подумав, Ладон нажал на кнопку связи с секретарем.
— Эндриас, а свяжи — ка меня с….
— Сэмом? Прошу прощения, с Семеном Августовичем?
Лад задумался. Смысл беспокоить сиятельного Инквизитора? Новостей из Сестрорецка пока не было. Остальное происходившее здесь — дело практически личное. Он повертел в руках черный конверт.
— Нет. С сиятельным Саввой, пожалуй.
— Попробую. Возможно, он в Питере, не гарантирую.
— А ты постарайся, сердешный. И кофе мне.
Буквально через минуту, бессменный (теперь) секретарь явился к начальству с докладом и кофе. И как он так быстро все делал?
Эндрис, вышедший после посещения госпиталя буквально вчера, выглядел очень неважно. Но от “больничного” младший дракон решительно отказался: ворчал, негодовал и явился к началу рабочего дня, как обычно.
— Присядь, дорогуша. У меня к тебе пара вопросов.
Осторожно поставив чашку с дымящимся кофе на стол, напрягшийся Сильвер присел на край кресла для посетителей.
— Ты догадываешься?
Молча кивнул, тщательно пряча лицо. Что же за день сегодня такой у Ладона? Все посетители этого кабинета загадочны и неповторимы.
— Я буду вытягивать из тебя, а ты притворишься немым? Ну хорошо, ответь на один, но конкретный вопрос: ты хоть что-нибудь помнишь?
Быстрый взгляд светлых глаз, в которых мелькнула искра робкой надежды.
— Нет. Вообще ничего. Только… возбуждение, ну вы понимаете. И дикую ярость.
— Это хорошая новость. Для тебя. Клавдию с Ге не понравится. Тогда еще одно: как себя чувствуешь?
Сильвер заметно расслабился. Сел основательно в кресло.
— Как, как? Как дурак. Мне показывали протокол нашей стычки, а я даже этого Корвыса вспомнить не смог.
— Корвуса. Это не важно. Талантливая девонька младшая у Деус-Дивиных, быстро она вас упаковала обоих. Ладно, не дергайся, все нормально. Почти. Собери-ка мне всю статистику по покойникам Сестрорецка за последние полгода. Причины смерти, возраст, пол, место. Оперативненько. Как кстати там Савва?
— Вот его месс, он просил с ним связаться не раньше восьми часов вечера, только сегодня.
Ладон, задумчиво продолжавший вертеть в руках черный конверт, вдруг решился. Взял в руки свою волшебную ручку, поддел уголок склейки и осторожно открыл.
Внутри было пусто. Совсем ничего, совершенно, фатально и неотвратимо.
Эрис приходила прощаться? Предупредить, или напомнить о том, что темные ждут от них действий? Как он устал от этих загадочных женщин! И какое же счастье, что дракон до сих пор был свободен.
Нет, никаких больше таких “отношений”, Создатель его сохрани.
___________________________________________
⁶⁷Дикие иные — азеркины, не подчиняющиеся заключенному между сторонами Света Великому Договору.
⁶⁸Шанти — официальный титул фаворитки Высшего демона, (санскр. शान्तिः, IAST: śāntiḥ, «покой») — в философии индуизма и буддизма означает мир, покой, гармонию.