Глава 18

Я, наверное, плохая гостья, потому что, как только мы вливаемся в тусовку, где оказывается уже трое беременных… я никого не замечаю. Взгляд сам падает на стол с разнообразной едой, от которой у меня выступают слюнки.

На застолье я сижу рядом с боссом. Мне так комфортнее, потому что я никого не знаю, кроме Аси и Тимура. А компания у них шумная. Один только смуглый здоровяк, который вечно орёт своей беременной жене не есть сладкое, перекрикивает всех остальных.

Поэтому жмусь к Эмиру и пихаю помидорку в рот, смотря на всех с удивлением. Неадекватные, но очень весёлые люди.

– В тебя куда столько лезет? – звучит над ухом. Я мурашками покрываюсь от его неожиданного вопроса и тёплого дыхания.

– Кушать хочу, – признаюсь честно. Я пока только и делаю, что ем. Добавляю в праздничное оливье немного кетчупа. Пока никто не видит. На вкус отвратительно, но именно этого сейчас хочется сильнее всего.

– Смотри не отравись,– предупреждает Эмир. Ох, я боюсь, это отравление ещё как минимум месяц будет, хотя… С таблетками, может быть, токсикоз быстрее пройдёт. Однако на них никакой надежды.

Пока ем – слушаю остальных. Те рассказывают байки, весёлые моменты. Ася, именинница, предлагает поиграть в фанты. Я не понимаю, что это такое, поскольку ни разу не участвовала. Босс мой – тоже.

– А что это? – подаю голос.

– Ты чего? – у неё глаза на лоб лезут. – Я раздам сейчас листочки, каждый напишет действие. Потом тянуть будем.

Блин, у нас вроде разница с ней четыре года, а я чувствую себя старпёршей. Не знаю, у меня детства толком не было – я постоянно училась, на тусовки не ходила, и мы точно никогда не собирались так с друзьями.

Но чтобы не выбиваться из коллектива – беру бумажки, пишу на них безобидные действия. Отдаю в мешочек. Босс что-то там строчит, усмехается, и я надеюсь, его бумажки не попадут мне.

– Ну, что же, начнём, – хитро усмехается Ася. Все берут по листочку, читают задания. В принципе, всё безобидное в стиле «поймай ртом оливку». Кстати, мужчина, которого все зовут «Дикий», три оливки подряд в рот закинул.

Когда очередь доходит до меня, немного напрягаюсь. Достаю фант, и сразу же знакомый почерк бросается в глаза.

О нет!

Почему именно мне достаётся действие Эмира? Я же видела, с каким он лицом их писал! Улыбался так кровожадно, что я даже испугалась!

Читаю каждую букву и хочу поменять фант.

– Ну, что там? – говорит девушка напротив. Вика, кажется. Ещё одна беременная в нашей компании.

Я прикрываю листочек и сминаю его, прочищая горло.

– Съесть оливье с кетчупом, – выдавливаю из себя. Хватаю тарелочку с соусом и вываливаю себе в тарелку. Хоть поем нормально.

– Господи, у кого такие вкусы извращённые? – спрашивает Тимур.

А я молюсь, чтобы никто не откликнулся!

Потому что нет такого в фантах!

Но выполнять написанное действие при всех – я не собираюсь. И тем более на людях! Нет, меня никто не заставит сделать это. Поэтому быстро прячу бумажку. И спокойно ем.

– Извращение, – произносит Дикий, муж Вики.

– Да нет, должно быть вкусно, – она его пинает. – Тоже попробовать хочу.

– Нельзя, – звучит грозно.

И так весь вечер…

Я спокойно ем, пока игра продолжается.

Но чем ближе ко мне подходит очередь, тем хуже мне становится.

Поэтому я встаю, прощу прощения за то, что покидаю остальных, и иду на кухню. Сначала выпиваю стакан воды, чтобы охладиться, и понимаю, что меня мутит. Случайно натыкаюсь на банку со сгущёнкой. И всё. Всё вылетает из головы. Тошнота отступает. Спокойно съедаю железную банку. Беру ещё одну.

Господи, когда это закончится?

К концу беременности меня разнесёт, и я буду как бочонок.

Но всё же беру банку с собой и возвращаюсь обратно. Играть уже закончили. Эмир куда-то подевался. Тимура тоже не наблюдаю.

Чувствую неожиданно на своей руке слабую хватку.

Перевожу взгляд на Асю и немного пугаюсь.

Чего это она?

Тащит куда-то меня, как маньяк. Мне стоит кричать? Или подождать?

Она сажает меня на диванчик и смотрит карими большими глазами.

– Ну, рассказывай. Какой срок? От кого беременна?

Какого?..

– Так заметно, да? – обеспокоенно сжимаю ткань платья пальцами. Пожалуйста, хоть бы только она была такой внимательной!

– Беременная беременную издалека видит! – восклицает.

Так, значит, босс мой не шарит в этом. Не должен догадаться!

– Тише ты, – шикаю на неё. – Не ори.

– А что такого? – искренне удивляется.

Ну, я ей и рассказываю. Немного становится легче, поскольку, кроме сестры, никто об этом не знает. А мне нужен совет кого-то другого, со стороны. Вот всё и выпаливаю как на духу. Даже про суррогатную мать и ребёнка.

– Надо ему всё рассказать, – толкает меня в плечо. – Дурочка, что ли?

Мне сестра так же говорит, правда, та ещё не знает о некоторых деталях.

Да и я, честно, с ними согласна. Но ничего с собой поделать не могу. Скажу – проблем не оберусь. Тем более, у босса ребёнок скоро родится… От этой мысли вообще плохо становится.

– Я подумаю, – говорю честно.

– Ась!

Девушку кто-то зовет, и она вскакивает с места, говорит, что сейчас вернётся. Но я её не дожидаюсь. Иду на выход, одеваюсь и решаю прогуляться. Свежим воздухом подышать, а то в помещении можно задохнуться.

Выхожу на улицу, гуляю и решаю зайти чуть дальше. Погода хорошая, тёплая, темнеть начинает, снег идёт – красота. Ничего ведь не случится, если я немного задержусь.

Чтобы не идти до ворот (до которых в снег добираться слишком далеко!), решаю пролезть через дырку в заборе. Смахиваю снег с лица, поправляю шапку. Проверяю, залезу ли в дырку вообще. Вроде помещаюсь. Поэтому сначала просовываю голову, потом руки. Думаю, что сейчас спокойно пролезу передом, после – задом, ничего не задев, но совсем забываю про пуховик, который делает меня в два раза больше. Особенно грудь, на которой ещё и толстый вязаный свитер.

И которой я застреваю между деревянных досок…

Дёргаюсь туда-сюда – и начинаю паниковать.

Е-маё! Не выходит!

Ленивая задница! Почему я не добралась до ворот?!

Да лучше бы ленивой была! Никуда бы вообще не пошла! Сидела бы да ела свою сгущёнку проклятую!

Но нет же!

Надо было мне сюда полезть! Я-то не стройняшка сейчас! Грудь у меня подросла. К тому же я одета как капуста.

И что теперь делать?

Вылезти не могу! Телефон в кармане пуховика! Туда я точно руку не просуну.

А если я умру?

Слёзы на глаза наворачиваются от этой мысли.

Понимаю, что если новость о моей смерти опубликуют в газете или интернете, на ней явно будет заголовок: «Самый нелепый случай. Девушка застряла в заборе и умерла от холода».

И опять хочу разрыдаться.

Я неудачница-а-а!

Личная жизнь не клеится! Босс – проститут, пихает своё достоинство, куда не надо! Ребёнок мой толстой меня делает, есть заставляет! До такой степени, что даже в дырочку пролезть не могу! Всё дерьмо!

Неожиданно слышу хруст снега.

И через несколько секунд позади раздаётся до боли знакомый голос:

– Это что? Русский Санта Клаус на новый лад?

Я слышу эту фразу и хочу провалиться сквозь забор прямо в снег – и вообще оказаться где-то далеко отсюда. Потому что мой босс, не удержавшийся от шутки, сейчас стоит у меня за спиной. А мне неловко. Что мою попу там видно, может быть. Пуховик-то не такой и длинный…

– Так что, Санта Клаус по-русски. Где твои подарки? Мешок? Впереди, надеюсь?

Подарочек мой у меня в животике, Эмир Тагирович. Но вы были плохим мальчиком, поэтому вместо ребёнка получите уголь. Которым я вас закидаю, как только вылезу отсюда.

Но о своих мыслях я умалчиваю.

– Вот вам смешно, а я замёрзла, – дуюсь и неловко ковыряю снег пальчиком.

– Ты только залезла.

Я выпрямляюсь, смотрю вперёд и возмущённо проговариваю:

– Вы видели, как я…

– Ага. В дырку залезала. Смотрел, наблюдал. Делал ставки, пролезешь или нет. Так вот, я сам у себя выиграл. Не пролезла. Кстати, помнишь? Мы на «ты» вне рабочего пространства.

Вот же говнюк…

Спокойно стоял и следил, как я лезу сюда, и даже не остановил? Ладно я, беременная клуша, на безумном порыве это придумала, а он-то…

Мог и остановить, говнюк!

– Может, раз уж ты тут, поможешь мне вылезти? – проговариваю умоляющим тоном. Вряд ли он сработает, но попытка не пытка.

Слышу за спиной тихий и явно издевательский смешок.

– Знаешь, а мне так нравится… Ты ещё вылезти пыталась, куртка задралась. Давай я выше подниму? Так вид интереснее.

– Да ну вас! – вскрикиваю, вытягиваясь, и стараюсь освободиться самостоятельно. Но тщетно всё, чёрт возьми!

– Тебя, – произносит босс холоднее. – После того, что между нами было, ты всё ещё не можешь перейти на «ты»?

– Да! – опять слишком эмоционально отвечаю. – Ладно-ладно, Эмир, помоги мне, миленький, вылезти отсюда. У меня, кажется, попа мёрзнуть начинает.

– Хм… А мне с ней говорить очень приятно. У нас такая беседа… Оторваться не могу.

– Да ладно ва… тебе. Помоги.

– А волшебное слово? – усмехается.

– Санта Клаус не даст вам мешком по голове.

– Ну-у-у, – тянет, явно улыбаясь.

Подходит к забору. Судя по шагам и хрусту снега, хватается за деревяшки. Чувствую, как забор шатается. Всего несколько секунд – и смотрю на приземлившиеся рядом со мной ноги.

– От такого Санты я бы не прочь и по головке получить. Тебе верхнюю или нижнюю предоставить?

Кажется, своим горящим от слов этого мужчины телом я сейчас прожгу деревянный забор, а потом растоплю снег. Уйду под землю, чтобы не терпеть издевательства. Пошлые к тому же.

Вижу, как босс присаживается на корточки прямо передо мной. На глаза попадается сигарета.

Я честно удивляюсь, когда вижу её в его руках. Он ни разу не курил. Точнее, я не видела. А мы ведь могли и вместе ночевать, а здесь… Дымит. Да ещё так эстетично, что я невольно любуюсь этими длинными и красивыми пальцами. Этими губами, сдавливающими фильтр.

Но тут же начинаю кашлять от дыма.

Гадость!

– Убери, а то сейчас вырвет.

– Опять отравилась? Нефиг было оливье с кетчупом есть, мазохистка. И зачем соврала с фантом? Что там было? Не это ведь. Ты до этого и так салат ела таким.

Сердце громко в груди ёкает.

Он что, следил за мной?..

Как я вообще спалилась? Специально же аккуратно делала…

– А давай я потом скажу? Просто это сейчас не самое главное.

– Первый прокол, Вита, – усмехается. – Должна будешь мне. Мне даже стало интересно, что у тебя там. Расскажешь? А лучше – покажешь, а то вдруг опять соврёшь.

– Как только поможешь мне выбраться, – поднимаю на него жалобный взгляд. – Ну, пожалуйста. Вы ведь хороший. Что хотите, просите. А-то вдруг я заболею? Как вы без меня?

– Виталина, Виталина, – качает головой, делает последнюю затяжку и выкидывает сигарету в снег. – Косячишь ты всё сильнее. Мы на «ты». За то, что соврала с фантами, уже второй промах. И ты должна мне желание.

И опять не по себе становится.

Зная своего босса… Он такое желание может придумать…

– За что? – опять возмущаюсь.

– За твоё спасение. Согласна? А то здесь оставлю. Будешь попку морозить. Другие идти будут, наслаждаться. Найдётся добрый человек – поможет.

Поджимаю губы и понимаю, что он не оставит меня в любом случае. Но всё же не рискую играть с судьбой, поэтому вымученно проговариваю:

– Согласна… Только быстрее. У меня… – опять затыкаюсь и выпускаю пар из носа. От злости.

– Что у тебя? – вижу, как Эмир выпрямляется.

– Грудь болит уже. Давит, – бурчу, проговаривая еле-еле.

Странно вообще. Раньше я могла сказать боссу всё, что угодно. Без комплексов, ужимок. А сейчас… Не могу с ним о некоторых вещах говорить.

– Ну, я тебе разомну её, не переживай.

Вот же ж..

– Поторопись, пожалуйста, – проговариваю, уже пунцовая от его слов. Он вообще перестанет когда-нибудь пошло шутить?

– Ладно, ладно, затычка. Давай, освобождай проход.

И Эмир, действительно, помогает.