Глава 22

Эмир

В обычной ситуации это место я не посетил бы. Но сегодня оно надо мне как никогда. Стриптиз-клуб, который всегда открыт для таких, как я, и сейчас принимает с распростёртыми объятиями.

Вваливаюсь в ВИП-зал. Опускаюсь на диван и делаю заказ.

– Чего так скромно? – усмехается Марат. – Сегодня за счёт заведения. Что случилось?

Хочу выпалить всё как на духу. Но пока только одна нецензурная лексика просится.

– Влюбился, сука, – цежу сквозь зубы.

Даже о детях задумался.

Да, я был уверен, Виталина – девушка мечты.

Умна, ответственна. Шутки мои понимает. От простых до пошлых. Всегда говорит правду.

ГОВОРИЛА ПРАВДУ.

Это – жесточайший удар.

Плевать мне было бы, что беременна она. Не знаю, как отреагировал бы на чужого ребёнка, но…

Вита начала много врать. Во-первых, она встречалась с мужиком. Нарушила договор. Но хрен и с ним!

Тогда, в кафе, на обеде, когда мы столкнулись со Стасом, Виталина сказала, что они не в отношениях уже как год.

А теперь выясняется, что она беременна от него.

Спала со мной, целовала меня, а сама под сердцем чужого ребёнка вынашивала.

Добила, сука.

Ещё и решила из меня дебила сделать. Незнакомка она та из номера. Конечно! Зря дурак доверился, рассказал ей, видя в ней человека, на которого можно положиться.

Ни черта подобного.

Мозги взрываются.

Эмоции тело переполняют.

Не замечаю, как подходит официантка – и я опрокидываю в себя уже три шота.

Надо остановиться, иначе завтра будет плохо.

Но не могу.

Опять Виталина перед глазами.

Мужик её этот.

Ребёнок.

Наша ночь.

Какое же дерьмо!

Впервые в жизни влюбиться – и всё коту под хвост!

– Вот же… – друг осуждает. Точно так же, как и я.

Не знаю, как реагировать. Как смотреть на неё.

Сгоряча уволил. Или нет, не знаю. Но я больше не смогу с Витой работать. Постоянно буду представлять, как мы на той кровати, на турбазе… Я ласкаю её тело, спускаюсь поцелуями по животу, а там… Чужой ребёнок по лицу ногой бьёт.

Ну и хрень!

Слежу за танцами брюнетки, которая спускается с платформы. Оставляет шест и, как кошка, грациозно направляется в мою сторону.

– Расслабься, – подмигивает Марат. – Тебе надо. Пойду, дела хозяйские ждут.

Мне уже всё равно, что он там говорит, когда брюнетка на пах мой опускается. Ладонями водит по моим волосам, взъерошивая их. Наклоняется вперёд, и я смотрю на её грудь.

Не та.

Большая слишком.

Я такие не люблю.

Вот у Виты… Как яблочки спелые. Упругие, мягкие, с коричневатыми со…

Взмахиваю головой и снова смотрю на близняшек в лифе.

Никакой Виталины. Хватит.

– Хотите, я вас расслаблю? Я очень хорошо делаю массаж…

Устремляю взгляд на её лицо и вижу, как она смотрит мне на пах.

– Напряжены? Исправлю.

Я усмехаюсь.

С радостью. Да только вот…

– Вернись к шесту. Массажи мне не нужны.

– Босс велел вас расслабить… Если не хотите так, я не против оказать и другие виды услуг, – улыбается, закусывает ровными зубами губу и елозит на мне.

– На шест иди, – приказываю ей. – И не возвращайся.

Она в обиде надувает губы и спрыгивает с меня.

– Импотент.

Может, так оно и есть.

Но последнее, что мне сейчас хочется – секса. И чпокать каких-то баб в клубе нет никакого желания. Резинки к тому же нет. А у меня голова на плечах есть – мне одного ребёнка хватит.

Продолжаю пить, даже не замечая девчонку, танцующую у шеста.

* * *

– Эмир Тагирович… – сладким голосом поёт секретарша. – Виталина задерживается. Это не в её духе…

– Она уволилась, – говорю холодно, держась за голову. Я ожидал, что будет похмелье, но не такое же, что аж не могу встать с кресла. О работе и речи быть не может.

– Как?

– Без лишних вопросов. Иди. Принеси мне лучше минералки.

Софа без пререканий убегает. Её нет пятнадцать минут.

Уже сам не выдерживаю, встаю со своего места. Выхожу из кабинета, делаю вид, что всё нормально. А у самого башка сейчас треснет.

Пускаюсь на лифте вниз. Опираюсь спиной о стенку кабины. Смотрю на цифры. Буфет на первом этаже.

Лифт привычно останавливается. Двери открываются, и в него заходит… Виталина. Поднимает взгляд. Если до этого она была задумчивой, то сейчас, видя меня, теряется. Но всё же заходит в лифт. Отворачивается, скрещивая руки на груди.

Надо просто промолчать. Сделать вид, что я её не знаю.

Но вместо этого мой рот открывается сам.

* * *

Виталина

– Да ладно! Виталина Александровна, вы серьёзно нас покидаете?

– Угум, – отвечаю, приподняв уголки губ. Настроения, если честно, нет никакого.

– Да на кого вы же нас оставляете? Кто теперь будет Эмира Тагировича успокаивать, когда он буйствует?

– Ничего. Справится, – заверяю я. Даже думать об этом не хочу. Вот только этих переживаний мне не хватало.

– Ну, я надеюсь, вы хоть новую помощницу подготовите за две недели?

– Нет. Я хочу написать заявление на отпуск.

Не могу я с Эмиром больше работать. Эти две недели я не выдержу. Ловить на себе презрительный взгляд, чувствовать вину и терпеть пренебрежение в мою сторону. Не смогу. Тяжело находиться с любимым человеком, которому так бесстыдно врала. А он теперь мне и не верит.

– А, хорошо… Сейчас.

Через десять минут я ставлю несколько подписей. Встаю со стула, забираю документы и прощаюсь. Хочу быстрее уйти. Мне бы домой… А то некомфортно чувствую себя в чужих вещах.

Да, я, как дурочка, не ночевала дома. Потому что знаю своих родителей – они назло остались в моей квартире и никуда не уехали. Ждали, пока их психованная дочь вернётся.

А я не пришла. Переночевала у Ксаны, а заодно рассказала ей обо всем. Хотелось кому-то поплакаться в жилетку. И когда я сделала это, стало проще, но наутро я встала немного разбитая. Лицо опухло от вчерашних слёз.

И теперь я выгляжу… мягко говоря, не очень. Ещё и не в своей одежде я словно не я. Мне пришлось брать вещи у подруги, чтобы явиться в офис – домой я так и не попала. Проснулась поздно и не успела заехать, решила сразу пойти увольняться.

Шагаю по коридору, стараюсь не смотреть по сторонам. Вряд ли Эмир окажется на этом этаже. Он сюда априори не ходит. Обычно это делаю я.

А пока здороваюсь со всеми подряд. Иду к лифту, поправляя расстёгнутое пальто.

Нажимаю на кнопку вызова и жду буквально минуту.

Убраться. Отсюда нужно убраться как можно скорее.

Лифт на моём этаже останавливается. Двери открываются, а я поднимаю взгляд с белоснежной плитки. И на секунду замираю, видя Эмира, опирающегося спиной о стенку кабины.

Делаю вид, что не замечаю его.

Хотя сердце громко ударяет под рёбрами.

Под ложечкой посасывает.

Отворачиваюсь от босса, взгляд опускаю. Хочется закашлять, но я просто стою. Бездвижно.

– Ты увольняться пришла?

От его голоса во рту сухо становится.

Но я нахожу в себе силы и отвечаю:

– Да. Вы же сами меня уволили, Эмир Тагирович.

– Я вспомнил, что ты должна отработать две недели. Ты сегодня опоздала. Завтра жду в офисе вовремя.

Чувствую его взгляд на своём теле. Такой жалящий, изучающий.

– Я уже написала заявление на отпуск, – проговариваю.

– Я его не подписывал, – холодно проговаривает.

А я усмехаюсь.

– С некоторых пор их подписываете не вы. А ваш заместитель.

Тихое цыканье за спиной удовлетворяет.

А вот эти пальцы на запястье – нет.

Лифт неожиданно останавливается, а меня дёргают назад. На каблуках, хоть и небольших, ничего сделать не успеваю. Чувствую холодную стенку кабинки и устремляю взгляд на Эмира. Нависнув надо мной, он прожигает меня своими дьявольскими глазами.

Испуганно смотрю на кнопку «стоп». Красным горит. Босс сам лифт остановил!

– Эмир Тагирович, соблюдайте субординацию, – напоминаю ему, а сама взгляд прячу. Чувствую, как босс своим вниманием проходит от шеи к декольте. И мне неловко становится.

У Ксаны одежда… Откровенная.

Чёрное платье на запахе и глубокое декольте делают своё дело.

– Не твой стиль, – вдруг подмечает Эмир.

– Откуда вам знать? – парирую. – Вы рылись в моём шкафу? Да вы извращенец, Эмир.

Забываю добавить «Тагирович». Хватит. Я его так звала, когда работала на него. А теперь я свободная.

– Знаю тебя слишком хорошо. Хотя уже не уверен. Ты дома не ночевала?

Как вообще догадался?

Пытаюсь вырвать запястье, но он сильнее в него впивается. А ещё хуже – ловит второе. Приковывает обе руки к стене кабинки.

– Отвечай, – требовательный голос мурашки вызывает.

– Дома, – громко сглатываю.

– Врёшь. Я видел, как ты с утра пришла с подругой. Как же её… Из технической поддержки, хм. Учитывая, что вы живёте в разных частях города и ты пришла ровно к восьми…

Я стреляю в него взглядом, полным вызова.

– И что? – вдруг вспыхиваю. Всё-то он знает! – Не ночевала я дома. Вам какая разница? Простите, Эмир, но, я думаю, это уже не ваше дело.

Вижу эти чёрные глаза. Искрятся даже в тени.

Эти нахмуренные брови.

Сжатые челюсти и тонкую полоску губ.

– На этом наши рабочие отношения заканчиваются. Я не желаю вас знать и…

Нет уж, хватит с меня.

Я не хочу всего этого.

Точнее, очень даже хочу, но мне так… Фигово. Я пока не готова выяснять отношения. Я ещё не до конца отошла после вчерашнего.

– Отпустите меня. Иначе я подам на вас в полицию за домогательство.

В ответ на мои слова лишь усмешка искажает его лицо.

Неожиданно двери лифта разъезжаются. Кто-то явно открыл его снаружи.

Выглядываю из-за широкого плеча – и едва не проваливаюсь сквозь пол лифта.

На нас смотрит целая куча людей.

И я, тут же вырвавшись, сигаю в толпу.

Кутаюсь в шарфик и бегу куда глаза глядят.

Нет уж! Больше я не поведусь на Эмира!

Если не хочет верить мне – пусть. Но на работу я к нему не вернусь. Хотел бы всё исправить – извинился бы, а не устроил допрос. Ещё и в таком грубом тоне!

Поэтому, выбегая из офиса, я достаю телефон. Листаю список контактов.

Нахожу нужный.

И звоню, немного заволновавшись.

Гудки обрываются, и я, не мешкая, уверенно говорю:

– Здравствуйте, Пётр Алексеевич, – веду себя максимально вежливо. – Помните… Вы предлагали мне должность личного ассистента? Ваше предложение ещё в силе?

Надеюсь, что да…

* * *

– А куда ты собираешься? – Рите явно не даёт покоя то, что её сестра так прихорашивается. Ну, вообще, да. Сегодня у меня собеседование в компанию Петра – и я хочу произвести хорошее впечатление.

А ещё очаровать его знаниями и внешним видом. Я собираюсь сказать ему о беременности, решив больше никогда не врать. Когда я этого не делала – в моей жизни всё было прекрасно. А теперь… Полный хаос.

– На работу устраиваюсь.

– Ты так спонтанно с прошлой уволилась… – добивает сестра.

– Почему же? – поправляю причёску. Беру свои любимые духи. Меня от посторонних запахов воротит, кроме одеколона Эмира и своих. Теперь буду ощущать только свои. – Всё нормально. Босс узнал о моих отношениях со Стасом и уволил. Всё логично.

– Ну он и говнюк, – в возмущённом жесте руки скрещивает.

Я улыбаюсь.

Так. Больше не буду унывать.

Мне всё равно. Пусть живёт со своей суррогатной матерью, как хочет!

– А тебя беременной-то возьмут?

– Возьмут, – заверяю её. Хотя я не уверена. Собственно, всё это я и делаю, чтобы меня приняли.

– Если юбочку покороче наденешь, то шансы вырастут, – хихикает Рита.

– Да ну тебя, – отмахиваюсь.

– Ты в курсе, что родители удумали? – вдруг проговаривает она.

Честно? Знать не хочу. Телефон от звонков разрывается. Они, благо, больше не приезжали. Знают, что дверь я им не открою. Я, кстати, поменяла замки. Так, на всякий случай.

– Что, даже не спросишь?

– Ладно, давай, – вздыхаю и сдаюсь. Поворачиваюсь к сестре лицом. И выжидающе смотрю на неё.

– Хотят, чтобы ты замуж за Стаса вышла.

Нервный смешок сам из горла вырывается.

– Чего-чего? – сажусь рядом. Если сейчас подробности узнаю – упаду. – В смысле? Они что, не слышали, что я говорила?

– Ты же их знаешь, – пожимает Рита плечами. – Мама в бешенстве была. Нашла номер Стаса. Они о встрече договорились. Что на ней было – не знаю, но мама решила выдать тебя замуж за Стаса. Сказала, что незамужняя и беременная – позор на всю семью. Плюс! Говорит, нужен добытчик в семье. Кто ребёнка содержать будет?

У меня запаса матерных слов не хватает на всё это.

– Я разберусь, – резко встаю. Настроение на дно катится. – Мне бежать надо. У меня собеседование с Петром в ресторане.

– Ого, а с каких пор это собеседования в ресторанах проходят?

Хороший вопрос. Я задалась им тоже, но мне нужна работа. Надо показать боссу, то есть Эмиру, что могу справиться и без него.

Поэтому одеваюсь, вылетаю из дома и бегу к метро. На всех парах спешу в ресторан. И когда оказываюсь внутри – чувствую себя неловко. Я привыкла с Эмиром по таким местам ходить. И если честно, то сейчас без него мне некомфортно. Но я отдаю верхнюю одежду в гардеробную на входе. Иду к столику, узнавая Петра по затылку. Он оглядывается и замечает меня.

– Виталина, – улыбается, подскакивает со своего места и отодвигает мне стул. Я благодарю его, устраиваюсь рядом.

– Добрый день. Спасибо, что нашли для меня время.

– Ты когда позвонила, я был в шоке, если честно. Эмир потерял драгоценный камень. Совсем тебя не ценит.

Я улыбаюсь.

– Ничего, в жизни всякое бывает.

Он садится, пододвигается ближе к столу. Пальцы в замок складывает.

– Что-нибудь закажете?

– Нет-нет, – отмахиваюсь. – Я чисто по делу, поэтому буду рада, если мы сразу же к нему перейдём.

– О, мне уже нравится, – улыбается ещё шире. – Меньше слов – больше дела. Я, в принципе, зная слухи и вас, могу сразу сказать, что работа у вас, Виталина, есть. Зарплата около ста пятидесяти, но важный факт – я могу вызвать тебя среди ночи.

Как-то странно мы на «ты» перешли. И вот эта ночь слух режет.

Почему-то, когда мы обговаривали подобное с бывшим боссом, такого подтекста я в его словах не замечала. А вот у Петра…

– Я готова к труду и обороне двадцать четыре часа в сутки. Но прежде, чем вы возьмёте меня на работу, если, конечно, сделаете это, мне хотелось бы кое-что вам сказать.

Неловко до жути, но я собираю всю волю в кулак.

– Я беременна.

Вижу, как взгляд Петра тухнет. Улыбка с лица пропадает.

Да-а, тяжело мне будет найти работу…

– От кого? – нелепо спрашивает.

– Думаю, это не важно. Я пойму, если вы откажете. Но если нет, я буду готова работать и в декрете из дома.

Вижу, как он сомневается. И его интерес ко мне гаснет.

Что, уже не так привлекаю? Забавно. Надо было начать с этого раньше. Может, не пришлось бы тратить время впустую.