Глава 60 Зачем вам нужен чужой ребенок?

Инна быстро помыла полы и вернулась в квартиру к Степану. Он сидел около дочери и поглаживал ее по голове. - Как она? - спросила Инна. - Горячая, дал жаропонижающего, надеюсь, подействует в скором времени, - вздохнул он, - Я вызвал врача. Сказали, что придет в течение дня. - Значит, будем ждать врача. - Тут лекарства от температуры, а здесь документы. Холодильник в полном твоем распоряжении. - Меня мама в детстве поила куриным бульоном, - сказала Инна. - Его варить нужно. - Уж куриный бульон я могу приготовить. - Там в морозилке есть курица, сейчас достану. Инна, спасибо большое, что согласилась посидеть с Миланкой, - сказал Степан, приложив к груди руки. - Что ты думаешь насчет своей бывшей жены? У ребенка синяки на лице. Мне что-то надо будет говорить врачу. - Как-то не хочется поднимать всю эту бучу. Стресс для ребенка. - А вот такое отношение к ней это для нее не стресс. Ты представляешь, как ей одиноко, мать отказалась от нее, да еще и отец не может защитить, - возмущалась она. - Инна, не нагнетай. Я сегодня подумаю, все равно я Милану не смогу никуда сегодня отвезти. - Узнай, может там есть камеры на подъезде. Сейчас везде они понатыканы. - Хорошо. Степан ушел на работу, а Инна осталась вдвоем с девочкой. Та прикрыла глаза и тяжело дышала. Инна намочила полотенце и положила его на лоб Миланы. Затем она позвонила тете Тане. - Привет, Инна, - бодрым голосом ответила Татьяна, - Как жизнь молодая? - Кипит и бурлит, - ответила Инна, - Тетя Таня, не подскажете, чем можно сбить жар у ребенка? - Ты с девочкой Степана сидишь? - Да. Её мать вчера на мороз выкинула в час ночи. - За что? Совсем, что ли? - Милана сказала, что она брата уронила, а маманя говорит, что она его душила. - Вот знаешь, ничего удивительного в этом нет. Во-первых, в обычных полных семьях такое случается, а во-вторых, нельзя таких маленьких детей оставлять вдвоем без присмотра. Степан как на это среагировал? - Ну, он не мычит и не телится, - хмыкнула Инна, - Я бы на его месте разнесла всю эту богадельню и мамане тапкой по голове настучала. Ладно, можно говорить об этом долго, но ребенок весь горит. Он ей дал какой-то сироп от температуры, но что-то как-то слабо действует. - Водкой или уксусной кислотой оботри, - посоветовала тетя Таня. - Не думаю, что у него где-то водка тут завалялась, уксус сейчас поищу. - Можешь взять лосьон после бритья, если у него есть. Эссенцией ее только не намажь. Можно еще в мокрую простыню завернуть, если ее не знобит. - Спасибо, сейчас все это сделаю и перезвоню, - сказала Инна. - Давай хоть поболтаем. Я думала, что ты сегодня ко мне зайдешь, а ты нянькаешься. - Ну, вот так сложились обстоятельства. - Ясно, давай лечи дочу, скорейшего ей выздоровления, - пожелала тетя Таня. - Спасибо, - поблагодарила Инна. Она нашла яблочный уксус в шкафчике, намочила в нем какую-то тряпочку и стала обтирать вялую Милану, тихонько напевая какую-то песенку. Обнаружила синяки на запястьях у ребенка. - Ты меня тут одну не бросишь? - спросила девочка. - Нет, что ты, я буду с тобой до тех пор, пока папа не придет. - Только не уходи, - сказала Милана. - Не уйду. Ты поспи немного. - Спой мне песенку. Мама Матвейке песенку пела, а мне нет. Инне стало жалко маленькую девочку. Она села с ней рядышком, стала гладить по голове и петь какую-то колыбельную. Милана заснула, постепенно у нее спала температура. Инна приготовила куриный бульон и измельчила туда мясо. Пару раз звонил Степан и интересовался, как там дочка. - Пока спит, дышит ровно. Температура, если есть, то она не высокая, - отчиталась Инна. - Начальник нашел знакомого, у которого есть доступ к камерам в подъезде и на улице. Просматриваем события прошедшего вечера и ночи. - И как? - Я ее посажу, - сказал он, - Там нет звука, но и то видно все происходящее. - А ты еще Лену ночью оправдывал. - Да я тут с мужиками поговорил, и они мне сказали все тоже самое, что и ты. Обещали и с адвокатом помочь, и вообще поддерживают меня. - Вот и правильно, - согласилась Инна. После обеда пришла врач - бойкая худенькая женщина в возрасте. Она зашла в квартиру, натянула бахилы на ноги, сняла пальто. - А вы кто? - спросила она Инну, - Папу я знаю, а вот вас нет. - Я няня, - ответила Инна. - Ясно. Что случилось? Инна все ей рассказала и про простуду, и про инцидент. - Да уж, не все мамы одинаково полезны, - сказала врач, осматривая Милану, - В легких чисто, горло красное. Насморк есть? - Пока нет. Доктор написала список лекарств. - Вы знаете, лишение родительских прав — это всё не так просто. Могут прийти к вам органы опеки, осмотреть жилище, проверить холодильник, шкаф и прочее. Тем более лишать будут не папу, а маму. - Я не думаю, что с органами опеки могут быть проблемы, там тоже люди работают. Вы фиксировать синяки будете? — спросила Инна. - Я могу записать в карточке об этом. Вот только выписку дают либо полиции, либо адвокату. - Вы запишите, а мы потом разберемся. - Хорошо. - Вы сейчас на листочке всё запишите, а потом вклейте в карточку, а то вдруг забудете. - Ладно, — вздохнула врач. — Вы потом к психологу с ней не забудьте сходить. Такие вещи не забываются и оставляют свой отпечаток на психике. - Да, я скажу Степану, — кивнула Инна. Врач сделала так, как попросила она. - Лечитесь, если что, то вызывайте. Приходите ко мне на прием через пять дней, напишу вам справочку, — улыбнулась женщина. - Хорошо, спасибо вам. Инна вышла провожать ее в коридоре. - Вам-то зачем это надо? — тихо спросила врач. — Вы молодая, своего родите, ищите мужчину без ребенка. - Благодарю вас за совет, но я в них не нуждаюсь, — улыбнулась Инна. - С чужим ребенком очень тяжело, — сказала врач, выходя из квартиры. - До свидания, всего доброго, — ответила Инна и закрыла дверь. — Сама разберусь, словно я с ним всю жизнь собираюсь жить, а если и собираюсь, то кому какое дело. Милана лежала в кровати и смотрела в потолок. - Хочешь, книжку почитаем? — спросила ее Инна. - Нет, спой мне песенку и дай мишку. - Голова не болит? Пить, есть не хочешь? - Можно попить, — кивнула девочка. — И песенку. - Хорошо. Инна принесла воду, мягкого медведя и снова принялась петь какую-то русскую народную песню. Девочка повернулась на бок, обняла медведя и задремала. Так весь день Инны и прошел. Когда Милана спала, она читала книгу, нашла у Степана в книжном шкафу фантастику. Вечером прибежал Степан. - Девчонки, купил вам вкусную пиццу. Как настроение, как самочувствие? — спросил он. - Папочка, у меня голова болит. Инна мне сегодня песенки пела, а я спала. Она поет лучше, чем мама. - Вот и хорошо. Нет, конечно, плохо, что у тебя голова болит, а всё остальное хорошо. Вечером они все вместе смотрели какой-то мультфильм. После Инна стала собираться домой. - Степа, я дома хочу переночевать, — сказала она. - Может, останешься? — спросил он. - Нет, я домой. - Я тебя провожу. - Хорошо. Они вышли на улицу. - В воздухе уже весна витает, — улыбнулась Инна. — Хоть ночью и морозец крепкий еще стоит. - Ну да, — кивнул Степан. - Хорошо, что коллеги на работе решили тебе помочь. - Я сам удивился от такого. Мы смотрели запись, и у меня сердце кровью обливалось. Она Миланку за руки волокла вниз, и тычками всё, пинками. Представляешь? Я вообще на нее удивляюсь, это же твоя плоть и кровь. Это же не я ходил беременным девять месяцев. И такая жестокость. И да, ты права, во всей этой ситуации виновата Лена, ну и я. У меня в голове засело, что дочка должна общаться с матерью, вот и вышло, что вышло. Хорошо, что обошлось всё только простудой, — вздохнул он тяжело. - Ну и походами к психологу. Ты меня до дома довел, а теперь беги к своей дочери. Она боится оставаться одна. - Мы уходили, она спала. - Вдруг проснулась, — ответила Инна. Степан убежал домой, а Инна вернулась к себе в квартиру. Она набрала полную ванную, налила туда пены и подумала, что ей и одной живется не так уж и плохо.