Глава 39. Примирение

* Натали * – Ты не садистка, Натали, не называй себя так, – Дайрон неожиданно развернул меня к себе вместе со стулом, опустился вниз и положил голову мне на колени. – Каспер мне всё объяснил. Прости меня, я делал неверные выводы. Мужские руки надёжно и ласково обхватили меня за талию. Все мои обиды смыло словно волной, но я всё же не удержалась от вопроса: – А что насчёт того, что я избила Виктора? Я сделала этого парня инвалидом и отправила на дожитие в какой-то приют для нищих. – Наверное, у тебя была веская причина поступить именно так. Я уже сам не знаю, на что подумать, Натали. У меня мозг взрывается от той информации, что я получаю извне, которая совершенно не согласуется с тем, что я чувствую. Ты не можешь быть чудовищем, я не хочу верить в такое. Я же чувствую, насколько светлая у тебя душа! Но никак не могу объяснить, почему долгие годы ты морила гаремников голодом и заставляла их спать на коврике в коридоре. У меня не укладывается в голове, как ты, такая милая, нежная и хрупкая, могла избить своего раба до инвалидности. И с какой лёгкостью ты обменивалась парнями с Дариной, словно они были постельными игрушками. Я совершенно запутался, – мрачно признался он. – Понимаю, – отозвалась я. – Нам надо поговорить с тобой, Дайрон, и я тебе всё объясню. Но только не здесь. Я опасаюсь прослушки. – Да, конечно, – закивал парень. – А до этого прошу тебя лишь об одном: воздерживайся от поспешных выводов, ладно? Ты единственный, на кого я здесь могу положиться. И меня очень ранит твоё отношение, когда ты начинаешь изображать из себя ледяную статую. Особенно после всех тех ласковых слов, что ты мне говорил, – объяснила я. – Прости, – он виновато поцеловал мои коленки прямо через одежду. – Не понимаю, как ты умудряешься входить в комнату именно в самые щекотливые моменты, – усмехнулась я. – То я таблетки в руке сжимаю, то шипованный ремень, то дубинку. Или гаремник мои туфли лобызает, пока я ужинаю. – Так получается, – пожал он плечами, немного помолчал и добавил: – Знаешь, чего я боюсь? – Что я откажусь от тебя, верну обратно в Центр? – предположила я. – Нет, – покачал он головой. – То есть да, и это тоже. Но ещё я волнуюсь из-за того, что на тебя накатит очередная ломка, очень сильная, и она тебя сломит. Ты позовёшь Дану и согласишься на её условие: обменять меня на таблетки. Я не позволю никому делать меня постельной игрушкой, даже на одну ночь. – Об этом не волнуйся, я никому тебя не отдам! – твёрдо пообещала я. – В крайнем случае даю тебе разрешение на твоё усмотрение в любой момент вызвать мне бригаду скорой помощи. Пусть снимают эту ломку капельницами. Но больше никакого миктина! – Ты ангел, – шумно выдохнул девальрон. – Составишь мне компанию за ужином? Еду принесли на двоих, – махнула я на стол. – Я Араю предлагала присоединиться, но он стушевался и сказал, что не голоден. – С удовольствием, – расплылся в улыбке Дайрон. Оставив на моих губах нежный мимолётный поцелуй, он сел за стол рядом со мной и приступил к еде, не забывая ухаживать за мной, подкладывая в мою тарелку самые вкусные кусочки. – Прости за вопрос, но зачем Арай твои ноги лобызал? – не сдержал любопытства Дайрон. – Пока тебя не было, мы с ним поговорили. Я спросила его, чем бы он занимался, если бы не был рабом. Он сказал, что художником. Я распорядилась, чтобы он передал Конору мой приказ купить для Арая краски, кисточки, бумагу, мольберты и всё, что нужно для рисования. Сказала, чтобы Арай сам составил список. Ну, он и обрадовался, да так сильно, что полез под стол, – улыбнулась я. – Понятно, – хохотнул Дайрон. – А для чего тебе это? Ну, его картины? Или ты просто захотела его поощрить за былые заслуги? – Да, и поощрить тоже, – отозвалась я. – Но вообще я хочу посмотреть, как он рисует. Может, какими-то картинами можно будет украсить этот унылый особняк. Но главное – надо прикинуть: вдруг художественные творения Арая начнут пользоваться спросом на рынке? Попробуем их продавать. Разумеется, шестьдесят процентов прибыли пойдёт художнику. – Правда? Это очень щедро, – с изумлением уставился на меня Дайрон. – Ты хочешь, чтобы твои гаремники начали зарабатывать? – Пусть у них будет накоплен хоть какой-то капитал и созданы источники дохода, когда… – осеклась я, раздумывая, стоит ли озвучивать свои планы. – Когда что? – заинтригованно уточнил Дайрон. – Когда я дам им свободу, – заявила я. Из рук Дайрона выпала вилка. – В смысле свободу? Ты не шутишь? – ошарашенно уставился он на меня. – А что, это похоже на шутку? – вскинула я бровь. – Правда, всё осложняется тем, что мои гаремники официально оформлены на моего отца. Надо найти способ, чтобы министр Ланир переписал их на моё имя. И тебя тоже. Дайрон уставился на меня так, словно увидел привидение. – Я потрясён настолько, что даже не знаю, какой вопрос задать первым… – пробормотал он с ошалевшим видом. – Ты планируешь дать свободу не только своим гаремникам, но и мне? Девальрону? Но это невозможно, ты понимаешь? И почему ты назвала своего отца так отстранённо – «министр Ланир»? – А разве он не министр? – попыталась вывернуться я. – Довольно вопросов, Дайрон. Я и так сказала больше, чем нужно. Поговорим потом. – Понял, – согласился мой телохранитель, не сводя с меня изумлённых глаз.