Глава 58. Картер

* Натали * Дайрон оказался прав: путь до клиники доктора Картера занял примерно час. Девальрон доверил сесть за руль Максвелу, а сам расположился рядом со мной. Напротив нас притих Каспер. Видимо, блондин нечасто покидал поместье своей госпожи, поэтому сейчас с интересом поглядывал в окно, рассматривая проносившиеся мимо сначала густые деревья, а потом дома – от низких особняков до сверкающих на солнце высоток, а также рекламные голографические экраны. Я не могла свободно общаться с Дайроном в присутствии гаремника и охранника, поэтому просто прижалась к его боку и погрузилась в чтение книги – Кодекса о рабовладении. – Каспер, у тебя сумка с продуктами, – окликнул блондина девальрон минут через пятнадцать. – Ох, да, простите, что отвлёкся, госпожа, – встрепенулся тот. Дайрон нажал на кнопку под сиденьем, и перед нами из пола выскочил столик, на который гаремник выложил пластиковые контейнеры с салатами и большую чашку-термос, в которой оказался чай. – Десерт тут, столовые приборы здесь, – поставили передо мной ещё пару контейнеров. – Это что, всё мне? – поразилась я. – А вы? – Мы уже успели позавтракать, дорогая госпожа, – подмигнул мне Дайрон. Быстро подкрепившись, снова погрузилась в чтение. Порадовалась, что, как только отец перепишет на меня Дака и гаремников, не будет препятствий для того, чтобы дать им вольную. Это можно будет сделать на следующий день после обретения права на рабов и симбионта. А вот с Дайроном всё было гораздо сложнее. Статус девальрона был пожизненным и никакой свободы тут не подразумевалось. Единственный способ изменить это – опротестовать приговор. Нужно найти способ доказать невиновность моего защитника. – Вот и приехали, – голос Максвела выдернул меня из раздумий. Мы остановились у невысокого светлого особняка в центре города. Аккуратный, с большими окнами, украшенный ажурной ковкой, я бы даже сказала изящный – в нём ничего не выдавало то, что оно являлось медицинским учреждением. Разве что небольшая вывеска у входа. Вторая наша машина, в которой ехала моя охрана, разместилась на парковке возле нас. Каспер остался ждать в машине, а я в сопровождении Дайрона и Максвела вошла внутрь. Странно: всю дорогу я совершенно не волновалось, а сейчас на ровном месте начался внутренний мандраж. Девальрон уловил моё состояние. С нежностью приобняв, он прошептал мне на ухо: – Не волнуйся, я рядом. Всё будет хорошо. При любых затруднениях списывай всё на провалы в памяти. Я кивнула. Обстановка внутри была такой же стильной и изящной, как и архитектура этого здания. Возникло впечатление, что мы оказались в небольшой, но очень дорогой гостинице, в которой делался упор на уют. Я окинула взглядом многочисленные мягкие диванчики и кресла, стеллаж с книгами у окна и стойку регистратуры. За высоким столом из светлого дерева сидела приятная блондинка, которая проводила меня в кабинет врача. А Дайрону и Максвелу пришлось остаться в фойе: со мной их не пустили. – Проходите, леди Ланир, присаживайтесь, – доброжелательно махнул мне рукой представительный доктор лет сорока. С первого взгляда он произвёл на меня хорошее впечатление – спокойный, с умными глазами, гармоничными чертами лица. И вместе с тем внутри с новой силой всколыхнулась тревога, что он меня раскусит. Поймёт, что я никакая не Натали, а иноземный пришелец в её теле. Возможно, врач обладал даром эмпатии, поскольку он моментально почувствовал моё состояние: – Что вас так встревожило, Натали? Могу я обращаться к вам так, по-простому? – Да, конечно, – кивнула я, ответив на второй вопрос, и опустилась в то кресло, на которое он указал – бордовое, бархатное, удобное. – Так что вас напугало в моём скромном кабинете? Ваш пульс сильно участился, едва вы увидели меня, – тонко подметил врач. – Волнуюсь, – честно ответила я. – Мне очень нужно избавиться от миктиновой зависимости. Переживаю: вдруг вы не сможете мне помочь? – Чувствую, вы говорите правду, но только частично. Не стоит ничего скрывать, дорогая Натали. На этот кабинет установлена самая надёжная защита от прослушки, вдобавок я подписал документ о неразглашении той информации, которую получу от пациента. Иначе ко мне бы никто не ходил, понимаете? – улыбнулся он. – Хотите сказать, что не передадите результаты нашей встречи моему отцу? – вскинула я бровь. – Передам, но в очень общих чертах и предельно кратко. Он услышит от меня самое главное – что я подтверждаю ваш решительный настрой на избавление от зависимости, провёл тщательную диагностику и подобрал подходящее лечение, – пояснил Картер. – Ясно, – сдержанно отозвалась я. – Позвольте озвучить те мысли, что возникли в моей голове, – заявил врач. Я посмотрела на него с настороженностью. – Вы встревожены, поскольку понимаете, что от результата нашей с вами встречи зависит вся ваша дальнейшая жизнь. Когда мы беседовали с министром Ланиром, он упомянул о своём намерении положить вас в специализированную клинику. Но лечение там будет длительным и повлечёт за собой юридическую утрату вашей дееспособности. Ваш отец очень любит вас, и он пойдёт на такой шаг только от отчаяния. Это будет крайняя мера, но мы постараемся её избежать, – произнёс врач, сверля меня пристальным взглядом серых глаз. – Вы собираетесь меня шантажировать? – в душе всё похолодело. – Чего вы хотите? Чтобы я стала вашей любовницей или что-то ещё?