Глава 60. Диагностика

* Натали * – Не помню, – тихо выдохнула я. Джеральд внимательно на меня посмотрел, и на меня посыпались новые вопросы. Какой сегодня месяц? Какое число? Как звали твою мать? Имя нашего правителя? Как называется наша страна? Как называется планета? Снова и снова я пристыженно отвечала: «Не помню». Во взгляде врача росла обеспокоенность. – Кто снабжал тебя миктином? – Не помню. – Сколько раз в день и по сколько таблеток ты его принимала? – Не помню. – Помимо миктина, ты принимала другие вещества? – Не помню. Как говорится, почувствуй себя партизаном на допросе… Джеральд не прекращал допытываться. К счастью, наконец-то пошли вопросы, ответы на которые я знала. – Сколько тебе лет? – Двадцать, – уверенно ответила я. Врач с облегчением кивнул и продолжил: – Как зовут твоего отца? – Джон Ланир. – Как зовут мачеху? – Шияна. – Её девичью фамилию помнишь? – Нет. – Как фамилия твоего девальрона? – кивнул он на начавшего приходить в себя Дайрона. Парень кидал гневные взгляды на врача, но к счастью, больше на него не кидался. Приняв сидячее положение, он пододвинулся к диванной подушке на полу, на которой я сидела, и затих. – Найт. Дайрон Найт из клана Сумеречных тигров, – уверенно отчеканила я. – Хорошо, – удовлетворительно кивнул док, что-то записывая в своём блокноте. – Ты пришла сюда с Дайроном и охранником. Как его зовут? – внимательно посмотрел на меня Джеральд. – Максвел Инрой, – отозвалась я. – Отлично. Сможешь вспомнить, какую последнюю книгу ты читала? Ну, это был совсем лёгкий вопрос. Улыбнувшись, ответила: – Кодекс о рабовладении. Бровь Картера удивлённо взметнулась. – Изучала его, когда мы ехали сюда, – пояснила я, интригуя врача ещё больше. – Не буду спрашивать зачем, – изрёк он в итоге. – Помнишь, как зовут твоих гаремников? – Каспер, Арай и Конор, – перечислила я. – Точнее, Конор больше не гаремник, он уже управляющий. Заменяет Мейсона, пока тот в больнице. Есть ещё симбионты – Чак и Дак. – Замечательно, – прокомментировал Джеральд и внёс новые пометки в блокнот. – Последний вопрос. В твоём доме сейчас проживает медбригада. Ты помнишь имена врачей? Пришлось напрячь память. – Главврача зовут Рон Лейсон, а остальные мне не представились. Возможно, они называли друг друга по имени, когда переговаривались, но я не запомнила, как их зовут, – ответила я. – Как интересно, – почему-то озадаченно пробормотал Джеральд и снова что-то записал. Достав из кармана небольшую яркую пластиковую карточку, он показал ей мне: – Какой это цвет? – Оранжевый, – отозвалась я. – А форма этого предмета? – Прямоугольная, – пожала я плечами. Он перевернул эту карточку: – А теперь какой цвет? – Зелёный. Скорее, изумрудный, – уточнила я. – Сколько пальцев? – Джеральд показал мне указательный. Я усмехнулась: – Всего пять, но поднят вверх один. – Логично, – улыбнулся врач и отложил блокнот в сторону. – Теперь смотри за кончиком карандаша, не отрываясь – заявил он и поводил этим предметом в разные стороны. Я выполнила его указание. Затем нужно было дотронуться пальцем до носа с закрытыми глазами, я это тоже сделала. – Интересный случай, – пробормотал Джеральд, озадаченно потерев подбородок. – Так ты в силах мне помочь или нет? – напряжённо спросила я, открыто глядя ему в лицо. – Позволь озвучить тебе результаты тестов, – мягко произнёс он. – Твои реакции вполне адекватны. По неврологии сильных отклонений нет. Но, как ты сама понимаешь, имеются серьёзные проблемы с участком мозга, отвечающим за память. Возможно, это побочное действие передозировки миктином. Но вполне может быть, что это отсроченный результат старой травмы головы в результате ДТП. Нам это неважно. Надо просто привести тебя в норму. – Спасибо, Джеральд, – с благодарностью посмотрела я на него. – Есть ещё некоторые аномалии, – продолжил врач. – Какие? – напряглась я. – Ты слишком легко и быстро произносила фразу «Не помню». Такое чувство, что вместо неё ты отвечала: «Не знаю», – тонко подметил Картер. Я растерянно промолчала, не зная, что на это сказать. – Позволь пояснить на примере, – продолжил врач. – Допустим, ты задала мне два вопроса. Первый – как называется пятая звезда в галактике Скорпиона, и второй – какая музыка звучала на моём десятом дне рождения. На первый вопрос я бы сразу ответил: «Не знаю». А на второй – притих бы, пытаясь вспомнить. Ты отвечала не задумываясь, Натали. Словно понимала, что пытаться вспомнить бесполезно: ты просто не знаешь. Ты призадумалась лишь однажды, когда я спросил про имена врачей медбригады. Тогда ты реально пыталась вспомнить, обдумывала ответ на вопрос. И меня это сильно интригует. Признаться, в моей врачебной практике такое встречается впервые. – И что ты намерен делать? – спросила я дрогнувшим голосом.