Глава 25

Полина

Ворочаюсь в постели. То проваливаюсь в забытье, то снова глаза распахиваю. Не спится, что для меня огромная редкость. В итоге в половине второго ночи хватаю сотовый и набираю короткое сообщение:

«Как дела?»

Доставлено. Прочитано. Ответ печатает. Я затаилась, жду.

«Почему не спишь?» - приходит от Ильи.

Я падаю в подушки и улыбаюсь.

«Да вот... Переживаю, как вы там без меня».

«Пять сек».

Илья присылает пару фотографий мужчины около двадцати пяти лет на вид. Его прокололи шампуром. Насквозь.

«Еще одно фото в твою коллекцию идиотизма?» - улыбаюсь. Ветров пишет ответ:

«О да!»

«Им не хватило мяса и решили пожарить товарища?»

«Для начала тщательно замариновав его в спирте. Бухой в хламину. Как матч?»

«С треском продули», - пишу ему.

«Да, я видел статистику».

«Пауль так скакал... я боялась, придется срочно везти его обратно и перешивать».

«Обратил внимание. Дурной парень. Я ему на трех языках повторил слово «покой».

«Жаль, тебя не было. Баскетбол, конечно, не хоккей, но думаю, матч бы тебе понравился. Ты бы видел Ашотовну, отбивающую в ладоши речевки!»

Он пишет, стирает. Снова пишет. Долго. Я уже приготовилась читать целое письмо, но в итоге получаю:

«Ложись спать, Полина».

Немного резковато, и я мгновенно расстраиваюсь.

«Я тебе мешаю?»

«Нет. Но я планирую заглянуть к тебе на завтрак и хочу добудиться. Как раз все и расскажешь».

«У меня нет продуктов», - отправляю ему. Хотела вчера отвести Газзи домой и спокойно сходить в супермаркет, но Пауль украл у меня несколько часов.

«Пиши список, я привезу».

В дверь стучатся в половине девятого. Я уже знаю, что это он. Привыкла за какую-то неделю. Привыкла так, что губы кусать начинаю и внутри все сжимается. Надо не показывать, что рада. По крайней мере так сильно. Пришел, ну и что? Этого давно уже слишком мало.

Тем не менее в прихожую бежим с Газировкой наперегонки. Открываю замок, распахиваю дверь... Стоит. Уставший после дежурства, небритый. Мягко улыбается и протягивает пакет с продуктами. И очередной букет.

- Спасибо. О, Илья, достаточно цветов, мне их ставить некуда. А что в пакете? - заглядываем с Газзи.

- Хотел купить что-нибудь готовое, но потом решил, что ты не откажешься напечь блинов.

- О, с семгой! Супер, сейчас сделаю, - улыбаюсь я. - Ты проходи, я уже погуляла с Газировкой.

- Да? Ладно. - Он разувается и идет мыть руки. - Я ненадолго, Полин. Мне в десять нужно няню отпустить, у нее сегодня выходной.

- Да, я помню. Мия скоро должна Нину привести, так что...

- Поехали с нами на дачу? - говорит он, остановившись на пороге кухни. - Бери с собой Нину. Газзи побегает по участку, пока посадки не начались. Родители будут рады, они по тебе скучают.

Я быстро опускаю глаза. Каждый раз, когда думаю о Ветровых, — чувствую укол в сердце. Они были моей семьей много лет. Мия не знает, как это, но я стараюсь показать Нине на своем примере. Показать все то, чему научилась у Виктории Юрьевны.

Достаю из шкафа миску, ополаскиваю яйца под краном, разбиваю.

- Боюсь, Мия будет против того, чтобы я вывозила Нину из города. Извини.

- Давай переиграем, не проблема. Может, в парк? Погода классная.

- Я... прости. Я... - замираю у плиты.

- Можем в другой раз, ничего страшного, - он подходит и обнимает со спины. Наклоняется и целует в щеку. Его кожа едва уловимо пахнет туалетной водой и свежестью после душа. - Не все сразу. Я спешу, согласен, - он целует снова, и мое сердце разрывается. На кусочки крошечные. Вот каждый раз так с ним! Ну как, как можно от такого отказаться? Зажмуриваюсь. - Улыбнись, пожалуйста, - он снова меня легонько целует. А потом еще раз и еще, пока улыбка невольно не растягивает мои губы. - Вот так. Я люблю, когда ты улыбаешься.

- Щекотно. Ты много делаешь на этой неделе для того, чтобы я улыбалась, - отвечаю нейтрально. Возвращаюсь к готовке. Илья неохотно отстраняется и садится на стул. Завтра будет неделя, как мы занимались любовью. Он не настаивает, но смотрит всегда. Смотрит так, словно ждет малейшего сигнала с моей стороны.

- Кофе ты же будешь? - спрашиваю я.

- Да, пожалуйста.

- Вчера Пауль приезжал, - перевожу я тему. - Вечером ко мне. Мы болтали в его машине часа два или три.

- Сам приезжал?

- С приятелем. Не спортсменом.

- Зачем? - спрашивает Илья.

- Предлагал покататься по ночному городу, - усмехаюсь. - Алиса меня не простит, если узнает! Он ей очень понравился. Не понимаю, почему он не поехал к ней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты очень сексуальна, это бросается в глаза, - говорит Илья с улыбкой. Будто и вовсе не ревнует меня к ночному гостю.

- Как же бросается? На работе я в костюме, дома — в пижаме, - смотрю на себя.

- Один твой взгляд чего стоит. И сколько обещает, - продолжает Илья, и мою кожу покалывать начинает. Потом он произносит строже: - Так а чего хотел-то спортсмен? Не обидел?

- Нет, он хороший. Приключений хотел. - Окунаю черпачок в жидкое тесто. - Я ему прочитала лекцию о том, как ему следует заботиться о больной ноге. Он растрогался. Позвал замуж, - смеюсь.

- Полина, - укоризненно улыбается Илья. - Вскружила мальчишке голову. Как тебе не стыдно?

- Не ревнуешь?

- Даже когда тебе было восемнадцать, ты предпочитала мужчин постарше. Что тебе с ним делать?

Пожимаю плечами. Должность проклятую занимает он, а проклятие безбрачия, похоже, лежит на мне.

Первый блин готов. Он у меня совсем не комом, а очень даже симпатичный. В отличие от тех, что я, образно выражаясь, пеку в своей личной жизни. Раз за разом.

- Точно не хочешь с нами на дачу? - спрашивает Илья. Смотрит на меня внимательно.

Пожимаю плечами и качаю головой. Попробуй догадайся, Ветров, по такому вот ответу. Он склоняет голову набок, глубоко задумавшись. Дальше мы завтракаем, обсуждая его веселенькое дежурство. Майские праздники только начинаются, удачи нам, травматологам.

- Эти шампуры... - говорит Илья. - Пока вытаскивал, аж жареного мяса захотелось.

Шутит, и я смеюсь. А он смотрит, как смеюсь. Любуется. И меня это смущает. Потом он обувается в прихожей, Мия вот-вот должна привести Нину. Я поглядываю на часы.

Напоследок Илья снова подходит, наклоняется и легонько касается моих губ своими.

- Если передумаешь, только позвони, - говорит он.

Обхватывает мое лицо руками, и я в ответ делаю так же. Глажу его колючие щеки.

- Мы такие идиоты, - говорю я тихо. Непонятно, кто кому сделал больнее в прошлом. А мы цепляемся за хорошее. Из последних сил. Завалили свой брак. А сейчас завтракаем и смеемся. И что дальше будет — совершенно непонятно. Где силы найти на это все? Где найти в себе силы...

Он снова наклоняется и целует. Мне кажется, в нем кипит так много эмоций, но он упорно их сдерживает. Все же изменился. Не такой, как был раньше. Еще более закрытый, непонятный. При этом упорно ездит каждый день, букеты эти таскает, а что на душе — не рассказывает. Будто не доверяет. Но ездит же. Каждый день. И целует снова и снова нежно, трепетно.

Нас прерывает звонок в дверь. Долго мне еще будут сниться выпученные глаза Мии. Шок на ее лице нужно видеть, когда сестра заходит в квартиру и видит Ветрова! Тот спокойно здоровается с ней и Ниной, после чего спускается по лестнице, не дожидаясь лифта. Он сейчас живет по строгому расписанию, и не может себе позволить задерживаться.

Расстаемся мы с Ильей, впрочем, ненадолго. Потому что время летит стрелой, оно превращается в набор рутинных действий с перерывами на его объятия.

Вот он снова целует меня в прихожей, когда приезжает в понедельник утром с букетом и предложением погулять с Газировкой, пока я собираюсь. Целует в машине по пути в больницу. Целует у себя в кабинете, не обращая никакого внимания на мои возмущения и выкрики о субординации!

А потом, в прадике, по пути домой, подносит мою ладонь к лицу.

- Не хочешь посмотреть мою новую квартиру?

- Что? Ты говорил, там грязно.

- Уже нет. Сейчас там только пусто.

- А Женя?

- Мы ненадолго. Я попрошу Аню, она задержится на пару часов.

- Нет, он же ждет. Так нельзя. Может, возьмем его и поедем втроем?