Глава 11. Все может разрушиться

Видана Зотова

— Ну и что же это за замашки первобытного человека, Парфенов? — пытаюсь оттолкнуть его и продвинуться к выходу, но он меня останавливает, практически впечатав в стену. — У тебя мозги на солнце выгорели? Последняя извилина вдруг покинула твою головешку? — еще одна попытка выбраться остается безуспешной.

— Да отвали ты от меня, наконец! — это его молчание и грубость совсем из себя выводит. — Что тебе нужно от меня? Да, мы с тобой вдоволь… — понижаю голос до шепота, — …потрахались. Вспомнили старые, добрые времена, когда нам было хорошо. На этом же все. Нас должна связывать лишь работа. К тому же у тебя такая чудесная невеста есть, — аж зубы сводит от ее упоминания.

Боже! Что же я несу? Почему не могла заткнуться сразу же после слов о работе? Зачем выставляю себя полной идиоткой, не способной язык за зубами держать? Ведь наверняка, Артур решит, что это ревность чистой воды. Что мне не по душе такое положение дел, где он может стать мужем Кристины Князевой. Этой мажорки, что не вызывает во мне каких-то светлых чувств, лишь один сплошной негатив. К тому же я журналист, глаз наметан на ложь и обман. Поэтому и считаю, что этой дамочке есть, что скрывать даже от своего любимого парня, который решил связать с ней жизнь.

— Неужели, ты меня ревнуешь? — слова Парфенова являются для меня как гром среди ясного неба. Вот не было дождевых тучек, а потом за минуту они смогли появиться. Также и с моим состоянием. Полное вроде бы спокойствие оборачивается бурей огромной силы внутри.

Он что сейчас так шутит или же говорит на полном серьезе, глядя мне в глаза? Слегка наклоняю голову вправо, чтобы разглядеть намек на что-то смешное, но вместо этого вижу лишь холодную решимость. Парень серьезен и даже не думает шутить по этому поводу. Уверен в своей догадке.

— Чего? — все-таки удается сдвинуть его с места и сделать шаг вперед, прямо к заветной двери. — Ты с ума сошел! — только дотрагиваюсь до ручки двери, как меня живо хватают за талию, прижимают к крепкой мужской груди и одной рукой слегка сжимают горло. Растрепавшиеся волосы лезут прямо в лицо, и я пытаюсь сдуть их потоком воздуха. — Да что ты все строишь из себя Алешандре Тициано из «Тайных истин»? — ну как-то сразу пришла в голову сцена именно из этого сериала.

— Кого? — горячим дыханием обдает мое ухо, мочку которого слегка прикусывает. Тем самым, не дав полностью сосредоточиться на его таком простом вопросе.

Он же не понял, о чем идет речь. Да и как это я могла забыть, что Артур никогда не смотрел со мной этой сериал, а называл его, цитирую, «мыльной оперой для домохозяек»? Ему же по душе совсем другие сюжеты, тем более не с бразильскими актерами и актрисами. Вот «Сыны Анархии»; «Во все тяжкие»; «Игра престолов» (хоть тут мы вместе смотрели) — его тема. Такие ему нравятся, от таких приходит в восторг, а не от моего «мыла» на экране. Приходилось отдельно от него смотреть, надев наушники и не обращать внимания на явную провокацию со стороны парня, который вот прямо сейчас затеял что-то не очень хорошее.

Недаром же, пока я пребываю в воспоминаниях, его наглая рука пробирается мне под подол юбки и гладит обнаженное бедро в опасной близости от нежного местечка, которое, должна признаться уже истекает соками возбуждения просто от присутствия Парфенова рядом. Если сейчас же не прекратить эти его игрища, мы можем нарваться на серьезные неприятности, ведь в доме как бы не одни. Наши «вторые половинки» совсем рядом находятся. Они могут в любой момент отправиться на наши поиски. Если еще этого не сделали.

— Убери руки, Парфенов, — впиваюсь ногтями прямо в его правую шаловливую руку, как раз подобравшуюся к кружеву. Наверняка, боль ему причинила, да только плевала я на нее. Гораздо важнее сейчас, чтобы он прекратил ко мне свои подкаты и наконец-то выпустил отсюда.

Быть с ним в одном помещении дольше пары минут ой как нельзя. В прошлый раз это привело к сексу в доме недоделанного рэпера, теперь же он, похоже, намерен дискредитировать меня в глазах Рауля. Может, хочет показать, какая я падкая на мужчин, тем самым отомстив и за прошлое, и за что-то в настоящем. Один раз мы с ним уже оступились, больше такое не должно повториться. Сосредоточимся, пожалуй, на работе, а не на выяснении отношений.

— Неужели, Ариэль боится быть застигнутой на месте преступления? — ощущаю его коварную улыбку и вместе с тем балдею от милого прозвища, которым он меня наградил еще в самом начале нашего непростого общения.

Тогда я хоть и была очарована Артуром Парфеновым, лучшим другом «подставного парня» Рины, но не позволяла ему к себе приблизиться. Держала на некотором расстоянии денька два прежде, чем позволить поцеловать, а уже потом переступить окончательно черту. Именно в тот момент парень и дал мне это прозвище, намекая на рыжий цвет волос у героини мультика. Похоже, от Дениса научился, который свою тогда еще девушку называл «Рапунцель» за ее небольшую оплошность несколько лет назад. Да только Артур не имеет никаких прав, чтобы так ко мне обращаться.

— Я для тебя, — резко дергаюсь в сторону, чего он явно никак не ожидал. — Видана Зотова, а не какая-нибудь Ариэль, — вот теперь меня ждет успех. Я наконец-то оказываюсь на свободе, повернувшись лицом к немного ошарашенному парню. — Мы с тобой всего лишь коллеги, — надо указать на статус, ведь так же легче справляться с эмоциями, бушующими внутри. Пусть посчитает меня отъявленной стервой, но хотя прекратит всякие попытки залезть ко мне в трусики.

Да и что вообще на него нашло? То он люто меня ненавидит, грозясь чуть ли не задушить, то прижимается своим накаченным телом, вызывая приятную дрожь по всему телу. Что за метаморфозы с ним происходят? Какого, блядь, черта? Понять вот этого ну никак не могу. Словно передо мной мужчина-загадка, встречающийся с мажоркой.

Ну, вот опять! Опять я думаю про его невесту, сама себя накручивая и делая только хуже. Все эти мысли про их совместное будущее выбивают почву у меня из-под ног. Хочется треснуть себя чем-нибудь тяжелым, чтобы мозги все-таки на место встали, а не превращались в тягучее желе. Работа. Вот то, что нас объединяет и больше ничего. Мы пишем одну статью на двоих. Пересекаемся только ради нее. Он читает мои наброски, я просматриваю его фотографии. Разоблачим гада, устроим ему «веселую жизнь» и начнем дальше общаться, как обычные коллеги.

Лишь двое из моего окружения будут знать о нашем прошлом. Ни Рауль, ни Кристина не должны прознать об этом. Не хочется каких-то разбирательств с их стороны. Нужно всего лишь немного потерпеть, после чего Артур уедет в Россию, а я останусь здесь. Приключение на этом и закончится. Только вот почему меня гложут какие-то сомнения? Сама же недавно рассуждала про шалости перед важным шагов в жизни, а теперь иду на попятную.

— Размышляешь над тем, — смотрю прямо ему в глаза, видя в них смешинки? — как бы побольнее меня ужалить, да, Зотова? — делает шаг навстречу, но я выставляю вперед левую руку.

— Ну, так попробуй, сделай это. Причини мне боль на словах, — перемещает ладошку по своей накаченной груди, добираясь до сердца. Ощущаю его глухие удары. Когда-то оно билось лишь для меня, как и мое для него. — У тебя это отлично получается, сучка, — чуть сжимает пальцы, от чего закусываю нижнюю губу. — Ты же два года назад разбила тут все вдребезги, — неприятные импульсы проходят по телу. Словно на меня вылили ушат ледяной воды, которая заставляет аж поморщиться и реально начать замерзать. Еще боль в пальцах доставляет дискомфорт. — Неужели, измена с Дмитрием стоила того, чтобы закончить наши отношения? Или же ты изначально не думала о чем-то большим со мной?

Черт! Да что же он ко мне пристал с тем поступком из прошлого? Ну и изменила я ему. Что с того? Многие так поступают. Парни так постоянно, даже не думают о моногамии. А вот если это касается девушек, то тут начинается катастрофа вселенского масштаба. Просто Апокалипсис какой-то, который всех может уничтожить.

— Артур, — предостерегающе произношу, чтобы он больше не развивал эту тему. Да только решимость во взгляде намекает на обратное. Твою мать! — Да хватит уже говорить об этом! Хватит! — вырываю руку из его цепкой хватки и, поморщившись, оказываюсь с ним лицом к лицу. — Прошлое не изменить, Парфенов. Туда не вернуться, как бы мы этого сильно не хотели, — режим «холодная сука» включен. Просьба всем держаться от Ариэль как можно дальше, иначе беда случится. — Я не жалею о том, что сделала. Ни капли, — на его красивом лице мелькает тень боли и отвращения. Снова я вобью огромный гвоздь в крышку его гроба, в котором похоронила тем днем два года назад. — С тобой мы хорошо провели время, но с ним меня связывало нечто иное. То, чего тебе никогда не понять.

Если бы можно было убивать взглядом, в моей груди уже бы давно появилась дыра на месте сердца. Артур глядит на меня, как на какое-то мерзкое насекомое, что нужно немедленно раздавить, так как существование мелкого паршивца может привести к тяжелым последствиям. Да, знаю, что ударила его по больному месту. Да, унизила этими словами, показав, что он мне совершенно был безразличен все это время. Но так нужно сделать. Парфенов не должен узнать ту тайну, что я берегу вот уже два года и никому о ней не говорю.

Даже моей лучшей подруге Рине ничего не известно. Она просто в курсе, что я переспала с бывшим, будучи тогда в отношениях с Артуром. Что якобы из-за чувства вины сбежала из города, навсегда оборвав все контакты с близкими людьми. Даже родители некоторое время не знали, где их единственная дочь. Только лишь мой брат Олег знал некоторые подробности, но ни с кем этим не делился. С одной стороны, я ему за это благодарна, а вот, с другой, ненависть к нему еще сильнее растет в моем сердце.

— И когда же ты успела такой сукой стать, Видана? — отшатывается назад, чуть ли не плюнув себе под ноги. — Где та девочка с огненно-рыжими волосами, что в аэропорту чуть ли не слюни пускала?

Он тоже помнит меня такой, беззаботной, милой, веселой девчонкой, проводящей счастливое время со своим парнем. Как жаль, что всего этого уже никогда не вернуть. Выбор был сделан еще тогда в России, когда стремительно развивающиеся отношения могли перейти на новый уровень. Только вот я вместо того, чтобы вперед с Артуром двигаться, свернула на первом же повороте и побежала, сломя голову, назад. Туда, где вроде как раньше была счастлива, не замечая, как медленно утопала в болоте. Как все дерьмо, что было на моем пути, вдруг вылилось в серьезную проблему.

— Давно уже и нет ее, Артур, — равнодушно пожимаю плечами, разведя руки в стороны. Пытаюсь казаться стервозной дрянью, пряча под коркой сучьей натуры настоящие чувства. — Не думай, что где-то еще возможно отыскать ту самую Видану, которая так сильно запала тебе в душу в этом самом городе.

Париж нас соединил когда-то, сделав такими счастливыми. Россия нас, наоборот, разъединила, разбросав по разным сторонам. И вот спустя два года снова французский город свел вместе. Но только не для того, чтобы повести в совместное будущее, а лишь ради мимолетного приключения. Оно то и станет прекрасным воспоминанием на всю оставшуюся жизнь.

— Тогда все было иначе, — качает головой из стороны в сторону. — Словно мы были детьми, впервые испытав те сильные чувства.

— Может быть, — соглашаюсь с ним, после чего поворачиваюсь спиной и пытаюсь нащупать ручку. Когда же мне это удается, открываю деревянную дверь и оказываюсь в светлом помещении.

Прищуриваю глаза и немного морщусь, так как яркость буквально слепит. Слышу за спиной, как Артур выходит из той маленькой комнаты. Вот мы и поговорили, ни к чему толком не придя. Нервно оглядываюсь вокруг, молясь про себя, чтобы Рауль еще говорил с сестрой, а Крис где-то в саду развлекалась в гордом одиночестве. Ведь Артур как-то же объяснил ей свое исчезновение. Не просто же так взял и ушел. Она бы наверняка что-то заподозрила.

— Фух, — непроизвольно вырывается, когда рядом никого не оказывается, даже ушедшего Парфенова. А я ведь даже не слышала, как он покинул мое общество. Наверное, поскорее решил исчезнуть от суки. Ну что же? Не могу его в этом обвинить, так как сама же и оттолкнула.

— И что же это вы, — замираю на месте, услышав противный женский голос, пробирающий до мурашек, — там делали? — поворачиваюсь лицом к его обладательнице, видя мерзкую улыбочку на красных губах.

Руки сложены на груди, пятая точка упирается в косяк дверцы. Девчонка явно что-то задумала. И это что-то имеет непосредственное отношение ко мне. Твою мать! Вот так попасться на глаза этой пигалицы. Ну, ничего. Я смогу ей противостоять, она получит ответный удар от Виданы Зотовой.

— А где Рауль? — решаю не отвечать на ее дурацкий вопрос, а сменить тему. Совсем не хочется, чтобы он что-то узнал про нас с Артуром. И это не от того, что я боюсь последствий, дрожа от страха. Нет, не по этому. Просто сама могу ему все рассказать.

— Нууууу, — тянет слово, опустив голову и разглядывая свой розовый лак на ногтях. Она, должно быть, тоже решила меня проигнорировать. Причем так неумело, что появляется яркое желание ее прихлопнуть подобно мухе. Снять, что ли балетку и зарядить по ее самодовольной роже от того, что поймала меня, выходящей из комнаты с Парфеновым?

Ну, вот что же меня так угораздило? Почему судьба так надо мной посмеялась? Ругнуться бы трехэтажным матом прямо в сторону Полин, которая уже отлепила задницу от косяка и, подойдя ко мне практически вплотную, пару секунд меня разглядывала, после чего кивает головой, дабы я следовала за ней в гостиную. Вздохнув и закатив глаза от ее выходки, шагаю вперед. Ведь увидев характер этой сучки в действии всего несколько минут назад, решаю не ввязываться в скандал с сестрой Рауля. Она же может заорать на весь дом, привлекая ко мне и Артуру ненужное внимание. Да и вообще, от чего только я отдуваться должна за наше пребывание в комнате? Это он меня туда затащил, а после слинял как можно скорее, снимая с себя всю ответственность.

— Что тебе нужно, Полин? — тут же спрашиваю, стоит нам войти в просторную, светлую гостиную с прекрасным видом из окна, прямо на голубое озеро, в котором так хочется сейчас искупаться, чтобы охладиться после пребывания рядом с Артуром. — Явно ты не просто так меня сюда позвала. Поэтому говори, что ты хотела, — разглядываю наглую девчонку, так ехидно мне улыбающуюся. Может она дочка Джокера, судя по растянутым губам. — Хотя я и так догадываюсь.

— Да неужели? — наигранное удивление, что выводить из себя начинает. Вот по ней точно театральное плачет, ждет такую молодую, начинающую актрису в свои ряды. — Правда знаешь? — да она просто издевается. Малявка чертова, хотя уже посещающая университет Сорбоны. — Какая же ты догадливая.

Сжимаю руки в кулаки, дабы не потянуться к балеткам, чтобы ими заехать по ее симпатичной морде. Вот испорчу ей личико, и поклонников у нее поубавится. Что же тогда она делать станет без своей привлекательной внешности? Дома скрываться под предлогом очень тяжелой формы болезни? Тогда может и друзья от нее отвернутся, одна она тогда останется. Хммм, а эта отличная идея. Надо только балетку поскорее снять, иначе кто-то нас тут найдет, и мой план провалится.

— Оставь свои неумелые попытки выразить удивление для идиотов, кто на это ведется, — складываю руки на груди, стоя напротив девчонки, решившей, похоже, мною покомандовать. Да только я не дам ей такой возможности. Больше никто не станет распоряжаться моей жизнью так, словно я куплена за бешеные деньги. — И прекрати скалиться, тебе это не идет, — да разве ее что-то проймет. Сучка явно задумала меня шантажировать начать, я даже знаю, чем именно. — Неужели, так сильно хочешь получить в личное пользование самолет брата?

Вижу, как загораются ее глаза, как улыбка становится еще шире. Полин Клеман чертовски довольна моей догадкой. Ведь что же еще нужно пигалице, преследующей старшего брата? Конечно, организовать главное торжество в ее жизни, на котором окажутся наверняка влиятельные друзья. В Сорбоне же полно таких мажоров, как она сама. Все они детки богатых родителей, дующих им в задницы, дабы их чадо было довольно. Недаром же после окончания престижной академии Полин быстренько поступила в университет Парижа, решив не учиться где-то в Марселе. Лучше уж столица, где еще и богатый брат живет.

— Да, — одно слово, но какой в нем огромный смысл.

— И с чего же ты взяла, что я смогу тебе в этом помочь? — приподнимаю удивленно бровь вверх. — Рауль же ясно дал тебе понять, что не намерен выполнять твой каприз по поводу самолета. Он переживает за сохранность своей собственности, которую ты, — показываю на нее пальцем, — и твои богатенькие друзья смогут сломать. Да вы же разобьетесь где-нибудь, случайно вырубив пилота.

Таким людям не стоит доверять, иначе все обернется бедой. Уж сколько по всему миру было случаев, когда мажоры так погуляли на вилле, яхте, самолете, да хоть в поезде или лимузине, что потом одни сплошные пострадавшие от их вечеринок появляются. Они сами, их друзья или же обслуживающий персонал. Вот последние чисто случайно попадают в неприятности, после которых немногие получают достойную компенсацию.

— А с того, — похоже, мои слова ее ни капли не задели. Она, оказывается, в этом плане толстокожая, — что Раулю не очень понравится мой рассказ про измену его девушки с незнакомым для него парнем, у которого к тому же есть невеста. Мммм, — прижимает задумчиво указательный палец к губам, — как в Санта-Барбаре дела тут обстоят, — откуда этой малявке знать про такой известный на весь мир сериал. Да она не родилась в то время, когда он шел, и явно никогда его не смотрела. — Интересный выходит сериал, Видана Зотова. Не находишь?

— Думаешь, он поверит в твои россказни? — разыгрываю из себя человека, пребывающего в крайней степени досады. — Не будь так уверена, Полин.

— Это ты, — встает так близко ко мне, что ощущаю ее дыхание на лице. Так и хочется плюнуть на нее, чтобы отошла подальше. Ишь чего удумала, лезет в мое личное пространство. Еще в фильме «Грязные танцы» Джонни злился, когда Бэйби оказывалась рядом, вплотную к нему, а должна стоять на расстоянии вытянутой руки, — решила, что мой, — подчеркивает это слово, — брат способен за какую-то неделю, полностью довериться скандальной, — презренно окидывает взглядом, — журналистке.

Да что же это они все заладили? Скандальная журналистка, скандальная журналистка. Неужели, то, что я пишу про разоблачения богатеньких уродов, не нравится другим богатеньким придуркам? Так как теряют все герои моих статей, а уже потом неудачи следуют за их окружением. Так как денег то нема. Пустые карманы и кошельки. Уже не поедешь на Ибицу, дабы вволю там повеселиться. Придется остаться дома, кусая локти от досады. Наверняка, именно поэтому ко мне такое отношение. Да и слухи пускают про мою личную жизнь, наверняка, все эти мажоры.

— Скорее уж он мне доверится, чем своей сестричке, что только бабки от него и требует, — делаю пару шагов назад, сокращая расстояние. Находиться рядом с этой куклой Барби для меня подобно заражению опасного вируса. Вдруг еще наращенные ногти пустит в ход. Не успею даже до балеток дотянуться. — Ты же ни дня не работала, но требуешь якобы то, что заработала. Обыкновенный трутень.

Громкий смех раздается на всю комнату. Он больше смахивает за ухахатывание Доктора Зла из фильмов про Остина Пауэрса, чем смех обычного человека. Полин Клеман изволила повеселиться. Нет, ну она точно нарывается на огромные неприятности. У меня даже пятка чешется.

— Ты поговоришь с братом о моем желании отпраздновать День Рождения на его частном самолете, — вся такая самая серьезность. Жаль, лопаты под рукой нет, чтобы сбить с ее башки огромную корону. — Иначе он узнает, что его девушка заперлась в комнате с другим парнем и провела там где-то около получаса, — и откуда эта стерва про время знает? — Я просто предположила, — как ни в чем не бывало, пожимает плечами, строя из себя саму невинность, хотя на деле она тем еще дьяволом является. — Да к тому же что делать девушке с парнем в…

— Да хватит уже повторять одно и то же из раза в раз, — резко перебиваю ее, так как ее повтор точно плохо скажется на моих ушах. Из них кровь пойдет из-за ее противного голоса. — Не стоит шантажировать меня, девочка, — с удовольствием при этой произнесенной фразе пафосно бы очки надела, цокнув языком, — иначе все зубы обломаешь. Мне плевать на твоих богатых предков. Ими можешь не пугать. Все равно коленки дрожать не будут.

Если уж я пошла против подонка Готье, у которого связей было, чуть ли не по всей Франции, то приструнить падчерицу адвоката смогу в любом случае. Журналисты порой рискуют собственной жизнью ради той ли иной статьи, способной перевернуть весь мир. Хожу иногда по лезвию ножа, где так легко в пропасть свалиться, если вовремя не преподнесешь читателям что-то новенькое. Кинешь атомную бомбу, ее разнесут по всему городу, дойдет до нужных ушей, и плохой человек окажется поверженным скандальной журналисткой Виданой Зотовой.

— Как же мой милый брат «любит» ошибаться в людях, — театрально вздыхает, прижав руки к груди, словно у нее проблемы с сердце внезапно начались. — Бывшая девушка такой огромный нож ему в сердце воткнула, так теперь и нынешняя пассия может уничтожить его светлые чувства к ней. Как же это ужасно.

О Господи! Она аж невидимую слезинку в уголке глаза вытирает подушечкой пальца. Ну, точно на актрису должна выучиться, а не в Сорбоне прохлаждаться. Там она явно загубит свой талант, вот зуб даю. Видел бы ее кто-нибудь, точно бы по достоинству оценил игру. Не одной же мне «наслаждаться» дебютом Полин в качестве первоклассной актрисы. Пусть все обитатели дома о нем тут же узнают. Ей я лучше мозги вставлю, чтобы не смела шантаж свой применять.

— Послушай меня внимательно, дорогуша, — глубокий вздох, дабы унять бушующие эмоции внутри. — Ты просто…

Резко распахнутая дверь обрывает меня на полуслове. Поднимаю взгляд на вошедшего и чуть не скулю от досады. Ну как по закону жанра в самый кульминационный момент сюда приперлись все: Рауль, Артур и Кристина. Вот последняя больше всего злости во мне вызывает. Ей бы я с радостью придушила. Если бы можно было колечко на ее чертовом пальце увеличить в размерах, оно стало тогда превосходным орудием для убийства мадемуазель Князевой.

— Видана? Полин? — глаза Рауля в недоумении бегают то по мне, то по сестре. Ведь он же не понимает, с какого это перепугу мы тут вдвоем находимся. Да я и сама не знаю, зачем поддалась на ее провокации. Лучше бы послала куда подальше и отправлялась вновь в сад. — Что здесь происходит?

Чувствую себя как школьница, застигнутая во время списывания контрольной по особо важному предмету в жизни. Словно мы с одноклассницей договорились изучить вопросы, так сказать, выборочно, чтобы друг друга помочь, но в самый ответственный момент с треском провалились. Нас застали врасплох учитель, завуч и директор. Какой, мать его, конфуз!

— Полин? — голосок Кристины для меня подобен скрежету по металлу или же звуку обматывающего какую-то коробку скотча. Аж неприятно морщусь, покосившись на эту барышню, резко рванувшую с места и тут же заключившую в объятья Полин Клеман.

Ну, вот только не говорите мне, что эти двое очень хорошо друг друга знают. Нет-нет-нет! Я взвою, если это правдой окажется. Точно закричу от досады на весь дом, оглушая еще и соседей, которые наверняка где-то далеко находятся, если уж у особняка такая территория. Но я все равно им весь вечер испорчу своими орами во всю глотку. Пусть хоть тут смилостивится судьба надо мной и перестанет играть в свои дурацкие игры.

Вот же черт! Видимо я все-таки нагрешила в прошлой жизни достаточно, раз в этой мне так не везет. Грехи оттуда перекинулись сюда. Прелестно, просто прелестно. Полин и Кристина просто очешуенно друг друга знают, раз, чуть ли не прыгают от радости. Ан-нет, ошибочка. Как раз таки прыгать начинают, что-то лопоча. То, что понятно им обоим. Боже! Взрослая баба Князева, а ведет себя как ребенок рядом с малолеткой. Просто в голове все это не укладывается. Капец!

Подхожу поближе к Раулю, а-то эти девчонки еще и меня своим «безудержным весельем» заразят, а я так болеть ну никак не хочу. Едва же поднимаю голову и гляжу вперед, тело начинает бить мелкая дрожь. Артур Парфенов с коварным, даже опасным прищуром в кофейных глазах, словно мысленно сигналы мне подает, что я могу нарваться на неприятности, стоит лишь сделать неверное движение. И должно быть оно касается моего прикосновения к плечу Рауля. Готова поклясться, что когда я рядом со своим парнем оказалась, бывший зубами заскрипел.

Да только вот плевать мне на это. Раз я хочу отвадить его от себя, то надо показать свое к нему безразличие, хотя сделать это сейчас с трудом получается. Руки дрожат, по телу нервные мурашки бегут, а в голове полная каша. Лишь две обезьяны перед нами радуются встрече друг с другом, вспоминая прекрасно проведенное время год назад. Кажется, они тогда в Испании встретились. Мажорки.

— Ты как вообще в Париже оказалась? — Полин как будто в глотку лампочку засунули, так она сияет. — Вместе с родителями приехала? — так она еще и родичей ее знает. Ну, точно вхожа в их семью.

Кошусь в сторону Артура. Интересно, а он хочет связываться с неадекватными Князевыми, так еще и терпеть рядом с Кристиной эту пигалицу? Если это так, то он точно мазохист. Любит над собой издеваться. Я бы на его месте бежала от них без оглядки. Сумасшествие какое-то чистой воды.

— Так я сюда приехала вместе с женихом, — поворачивается в сторону Парфенова, послав ему обворожительную улыбку, так еще и воздушный поцелуй. Слава Богу, он его не поймал, как герой из фильма «Цыпочка». Вот тогда бы я точно прилюдно глаза закатила и забилась в истерическом хохоте. — Вот, смотри, — протягивает ей правую руку, на которой красуется изящное колечко, которое она так надменно и даже пафосно достала из той коробочки.

Точно хотела меня этим уколоть. Она вот типа замуж скоро выйдет, а я всего лишь отношения с парнем завязала. Да и судя по сплетням вокруг моей персоны воздыхателей у меня должно быть огромное множество. Я же все-таки их как перчатки меняю.

— Мммм, жених, — так загадочно произносит Полин, разглядывая кольцо. Вот же черт! Она сейчас скажет что-то всем здесь присутствующим, развязав своеобразный бой в особняке своего старшего брата.

Взгляд этой маленькой бестии говорит о ее решимости рот свой поганый открыть и сделать гадость лично мне. Только вот не пойму причину такого поведения. Неужели ревнует старшего брата к его девушке? Ну, тогда это просто глупость. Настоящее ребячество. Нужно, блядь, сложившуюся ситуацию как-то исправлять. Возможно, поступиться своими принципами и все-таки пойти у этой стервы на поводу. Помочь ей осуществить давнюю мечту насчет Дня Рождения, а уже потом подумать, как с небес на землю спустить. Пусть сейчас она себя королевой почувствует, но лишь на время.

— Даааа, — тянет слово Кристина, смотря влюбленными щенячьими глазами на Артура. Еле себя сдерживаю, чтобы не высказаться по этому поводу. — Мы с ним сегодня всех огорошили такой новостью, — на секунду задерживает на мне свой надменно-довольный взгляд.

Кристина Князева явно Богиней себя ощущает, превосходя здесь нас всех. Она царица, мы холопы. Нет, ну тут точно лопата нужна, а не простая балетка, которая совсем не поможет. Как же уже бесят все эти богатеи, возомнившие себя самыми властными, известными и уважаемыми людьми в мире. Словно на все имеют право, даже на человеческую жизнь. Им же невдомек, как люди страдают после встречи с ними, сколько горя они способны причинить тем, кто попался на их пути. Думаю, что Полин вот именно такая. Не ценит ничего и никого, а только все портит. Вот именно ее просьбу я должна выполнить, иначе в своем рассказе брату все приукрасит. Нет, это не страх быть разоблаченной перед своим парнем. Просто так легче потом рушить все надежды и мечты таких вот сучек. Она же подумает, что я расстелилась перед ней ковриком, об который можно легко ноги вытереть при любом удобном случае, но на самом деле я всего лишь пускаю ей пыль в глаза.

— Рауль, — немного в руку Клемана ногтями впиваюсь, чтобы привлечь к себе его внимание, ведь он неотрывно глядит на собственную сестру, наверняка, уже в уме прокручивая момент, когда сможет от нее избавиться. — Мы тут с твоей сестрой кое о чем поговорили, — старательно строю из себя полнейшую дурочку, чтобы все присутствующие мне поверили, особенно Полин. — Я думаю, что ты должен, — бросаю косой взгляд на довольную девушку, сложившую руки на груди, — позволить ей взять твой самолет.

На секунду вокруг тишина образуется. Никто не говорит, кажется даже и не дышит, сердце не бьется у людей. Какое-то прямо дежавю. Слишком часто после произнесенных слов возникает вот такая ситуация. Только сейчас с шоком в глазах Рауль поворачивается ко мне и пару секунд как экспонат в музее разглядывает со всех сторон. Наверняка, ищет признаки сумасшествия в моем поведении. Но я же вполне себе здорова, лишь мыслей коварных полным-полно. В душе я выгляжу, как Гринч, задувший очередную гадость для людей.

— Ты сейчас верно шутишь, да? — улыбка Рауля тут же меркнет, после столкновения с моим непроницаемым взглядом. Да, мой милый, я сама серьезность. Такой уж я ненадолго стала. — Полин, — разгневанный поворачивается к сестре, которая и глазом не моргнула, что боится своего старшего брата. Как стояла в непринужденной позе, так и стоит до сих пор. Поражаюсь ее выдержке, — что ты такого Видане сказала, что она вдруг на твою сторону встала?

— Да ничего такого, братик, — от ее невинности аж блевать хочется. Тоже мне ангел во плоти, под стать своей подруге Князевой, которая как-то странно улыбается, словно бы знает все грани ее характера и наслаждается этим. — Просто рассказала твоей девушке, — от ее сладкого голосочка у меня точно пятнами от диатеза все лицо покроется. Прямо милая, сахарная девочка, показывающая себя такой очаровашкой. — как бы мне хотелось отпраздновать свое двадцатилетие, — столько лет, а дури в голове как у непутевого подростка с замашками ребенка, — на борту самолета со своими самыми близкими друзьями. Видана меня поддержала, — многозначительно смотрит на меня, как бы подбадривая на дальнейшее развитие разговора.

— Не будь таким букой, Рауль, — прижимаюсь к нему всем телом, старательно игнорируя злобный взгляд, направленный со стороны Парфенова. Даже на ментальном уровне ощущаю, как он буравит мне спину. Еще чуть-чуть и там точно дырка останется размером с футбольное поле. — Пусть Полин развеется, отметит, как следует торжество. К тому же…

— Да, Клеман, — влезает в наш разговор Кристина, от чего хочется голову этой змее свернуть, лишь бы больше не шипела за зря. Хватает и того, что она откуда-то очень хорошо знает Рауля. Ладно, хоть не трахалась с ним в прошлом. На том «спасибо». Тут Бог миловал, — дай сестре возможность устроить вечеринку, как ей того хочется.

Если он сейчас прислушается к словам этой мажорки, я всеми своими ногтями вопьюсь ему в руку, расцарапаю до мяса и буду с изощренным удовольствием наблюдать, как он корчится в муках. Только потом окажу ему первую медицинскую помощь. Тут я его девушка, а никак не эта сука, являющаяся невестой Артуру. Его будущая жена, мать его детей, хранительница очага.

Да Божечки ты мои! Мозги, похоже, и правда плывут непонятно куда, стоит лишь подумать о том, что она и он окажутся в ЗАГСЕ, дабы вступить в брак. Святая корова! Это даже хуже просмотра «Сумерек», где Эдвард Каллен не может устоять перед личным сортом героина в виде Беллы Свон. Фу! Аж морщусь при воспоминании об этих фильмах. Ну не люблю я таких вампиров. НЕ ЛЮБЛЮ! Они просто пародия на «Дракулу» и ему подобных. Но вот свадьба Парфенова с Крис выглядит как настоящий Апокалипсис. Именно его когда-то майи предсказывали, да только на несколько лет ошиблись с датой. Вот он, скоро наступит.

— Крис, — от голоса Артура резко вздрагиваю. Такое чувство, что отвыкла его слышать. — Может не стоит вмешиваться в дела семейные, — обходит нас с Раулем, берет ее за руку и пытается увести прочь из гостиной. Но невеста оказывает явное сопротивление.

Ох, я бы на его месте вырубила ее, закинула на плечо и унесла куда подальше, лишь бы глаза не мозолила. Мажорка лезет туда, куда не следует. Словно все специально делает, мне назло. Отчего-то я точно не понравилась, вот и вывести решила из себя. Ведь как иначе объяснить ее провокации в саду, а потом надменный взгляд после того, как кольцо на пальце оказалось? Ни с того, ни с сего изменилось ко мне отношение. То она чуть ли не подругами лучшими хотела со мной стать, то теперь показывает себя со мной как наглая мажорка. У нее, что раздвоение личности? Диссоциативное расстройство идентичности? Как у героя фильма «Сплит»?

— Но Видана же не входит в их семью, — готова поклясться, у Артура внутри взорвался шарик терпения после ее слов. Он точно зол сейчас, недаром так сильно напряжена спина, что ткань майки может лопнуть в любой момент.

Когда же он в таком состоянии, лучше выполнять его просьбы. Даже девушек это касается. Нет, руки он не распускает, показывая свою безграничную силу, но немного грубости все-таки проявляет. На нее вот точно нарвалась Кристина, оказавшаяся перекинута через плечо. Громкий визг чуть барабанные перепонки не попортил, а небольшое ругательство стало теперь не слышно из-за их ухода. В гостиной остаются лишь трое.

— Полин, скажи мне правду, — Рауль подлетает к сестре подобно урагану, сметающему все на своем пути. — Какого черта ты натворила?

— Ничего я не делала. Уже в сотый раз тебе повторяю, — неужели снова они заладили свой скандал? Слушать это мне не хочется. — Меня ты не послушал, так хотя бы с девушкой своей поговори, милый братик, — бросает ему в лицо последнюю фразу, поднимает голову вверх и, подмигнув мне так, чтобы Рауль этого не видел, скрывается в коридоре.

Твою же мышь! Эта напряженка когда-нибудь закончится или же нет? Вся эта сцена из дешевого сериала уже в кишках сидит. И от нее ни черта не избавишься. Бесит. Командировка в особняк месье Майкрофта во всем виновата. Надо было еще после разговора с Нинет по поводу неустойки включить дурочку и попросить денег у Рауля, дабы избавить себя вот от всего этого, что вокруг происходит.

Но нет, я же гордая и так людьми не манипулирую. Хотя Клеманом вот придется. Пусть уже соглашается на празднование Дня Рождения сестры в самолете, все равно же ничего у нее не выйдет. Уж я-то смогу за ее шантаж весь праздник ей испортить. Не будет ко мне лезть, не будет строить из себя королеву Франции. Мария-Антуанетта, не иначе. Должно быть, такая же расточительная фигура.

— Видана, — Рауль прикасается тыльной стороной ладони к моей правой щеке, вызывая еле заметные мурашки по телу, — моя сестра вполне могла как-то манипулировать тобой, чтобы добиться своих целей. Поэтому ты…

— Я разве похожа на маленькую девочку? — удивленно приподнимаю одну бровь вверх, стараясь выглядеть оскорбленной. — Мне давно не шестнадцать лет, чтобы мною могли манипулировать. Тем более такая пигалица, как Полин Клеман, — дергаюсь влево, не желая быть к нему ближе. Пусть помучается. — Будь это так, то карьера журналистки у меня закончилась давным-давно. Но, как видишь, — развожу руками, широко улыбаясь, — я все еще наплаву. И ничто этого не изменит.

— Рыжик, — и от чего это милое прозвище так раздражать меня начинает. Вроде бы ничего в нем нет оскорбительного, а я готова разораться в приступе истерике в тот же миг, — ты же сама меня отговаривала от такого решения. А сейчас…

— Мне просто надоело слушать нытье Полин, — отчасти это правда. Девчонка выбесила своими повторяющимися фразами. — Так как я твоя девушка, она решила через меня надавить на тебя, — точнее шантажируя, что ей же во вред будет. Не на ту напала. Холодная стерва, в которую меня когда-то превратили, еще устроит ей много чего интересного. — Пришлось сказать ей, что я попытаюсь переубедить тебя, — закусываю нижнюю губу, решая немного пошалить, лишь не думать о том парне, что со своей невестой сейчас может развлекаться в другой комнате.

Сокращаю расстояние между нами, разглядываю прекрасное лицо своего парня, дотрагиваюсь до плеч, впиваюсь в них ногтями и сама тянусь к нему за поцелуем. Сначала он, как неумелый пацан, стоит истуканом посреди гостиной, словно не знает, что дальше делать, но после нескольких секунд раздумий все же отвечать мне начинает. Ласкает мой язык своим, сжимает в своих крепких объятьях, обнимая за талию и давая почувствовать животом всю силу своего ко мне желания.

— Видана, — открывается на пару секунд от моего рта и вожделенно разглядывает черты моего лица, как будто видит меня в первый раз. — Ты сводишь меня с ума, рыжик, — пальцы ласкают нежную кожу бедра, так как юбку он немного приподнял и в любой момент может добраться до моих трусиков, почувствовать мою влагу.

Да, я теку, очень обильно теку, так как хочу с этим мужиком трахаться, не думая о взгляде кофейных глаз, проникающего прямо в душу и способного ее себе подчинить. Нет, мне не нужен Артур. Хватит! Один раз развлеклись, вспомнили былое, больше ничего такого не будет. У него невеста есть, а я с парнем наконец-то хорошим начала встречаться. Мне нужно ничего такого. Нет! Нет! Нет!

— Нет, я не хочу, — произношу эти слова вслух в тот самый момент, как ладонь Рауля накрывает мой холмик сквозь ткань трусиков. Клеман в недоумении глядит на меня, словно боль мне какую-то причинил. — Прости, — извиняюсь перед ним, обняв за плечи и уткнувшись носом в мирно вздымающуюся грудь.

— Все хорошо, — возвращает конечности на мою талию, прижимая к себе. Что-то мне это напоминает. Совсем недавно мы так стояли в коридоре, а теперь в этой гостиной. Только в тот раз я слезы лила после выходки Кристины, а сейчас в руках стараюсь себя держать. — Тебе стоит отдохнуть после пребывания в доме T-Rex. Он кого угодно может из равновесия вывести.

— Ты с ним виделся? — почему-то это мне любопытно узнать.

— Пересекались пару раз на мероприятиях, — пожимает плечами, а я перебираю пальцами ткань его рубашки. — Он попытался со мной заговорить по поводу вложения денег в его новый клип. Пришлось объяснять ему, что мы не заинтересованы в таком проекте. Для нас это слишком мелко, — должно быть придурок сильно так обиделся. — На самом же деле мы просто не хотели связываться с этим ненормальным рэпером.

— Вот тут ты прав, — в голове тут же всплывает его поведение после несостоявшегося интервью. — Он неуравновешенный, которого слушают такие же психи. Быть с ним в одной комнате — сплошной стресс.

Пусть уж лучше Рауль думает, что из-за интервью я сама не своя, чем дальше допытывать меня начнет. Знаю, что вопросы задаст, чтобы узнать о причинах моего самочувствия. Ведь начни я врать, чем искусно владею, ненароком снова в истерику впаду.

— Что-то случилось, Эжен? — смотрит поверх моей головы, от чего разворачиваюсь в объятьях Рауля и вижу невысокую женщину в серой униформе. Она при виде девушки рядом с хозяином как-то даже опешила и впала в своеобразный ступор. Неужели, они не привыкли к такому? Рауль что девушек сюда никогда не приводил? — Все в порядке?

— Месье Клеман, — как-то неуверенно произносит чуть полноватая служанка. — Ваши гости собираются уехать, нужно…

Бах! Внутри у меня что-то надламывается, а потом вдребезги разбивается. Как хрустальная ваза, которую бережешь, хранишь подальше от чужих глаз, а потом раз и теряешь ее. Остаются лишь мелкие осколки, больно впивающиеся в органы и заставляющие их кровоточить. Шум в ушах не дает нормально услышать, что же там говорит Рауль этой Эжен, перед глазами все плывет, душа как будто от тела отделяется, и я даже не сразу соображаю, что в кармане громко орет мобильный телефон. Нахожусь в какой-то прострации, балансируя на канате, а внизу темная бездна, способная забрать к себе. Мне даже чудится, что когтистые лапы демонов царапаю мои ноги, пытаясь утащить вниз.

Мобильник так и продолжает напоминать о себе такой знакомой мелодией. Заторможенными движениями, словно я робот из «Терминатора», нащупываю телефон и, не глядя, провожу пальцем по экрану. Подношу к уху и тихо шепчу «Алло» дозвонившемуся до меня человеку.

— Видана! — Ален Дюмаж. — Срочно возвращайся в город, — голос такой обеспокоенный, как будто катастрофа произошла. Неприятное ощущение начинает сосать под ложечкой. Хоть бы все были живы и здоровы. Но вот дальнейшие его слова заставляют возненавидеть судьбу, которая всегда была ко мне благосклонна. — Джиневра в больнице. Ее утром сбила машина.