Эпилог

Эпилог

Год спустя. Сочи.

— Как же я счастлива сюда вернуться! — В восторге замираю у панорамного окна того самого отеля, в котором мы с Вадимом и Амелией отдыхали в прошлом году. Я мечтала сюда вернуться, и вот это случилось.

Только делаем мы это уже не втроём, а вчетвером. Провожу ладонями по аккуратному животу, в котором растёт наш с Державиным сыночек.

— Я тоже счастлив, —Вадим крепко обнимает меня со спины. Его губы касаются виска, — Обедать пойдём? Я тебе устриц закажу…

— Вот ты ж! — хлопаю его ладонью по руке и смеюсь. Он мне этих устриц никогда не забудет! А я терпеть не могу и устриц, и осьминогов, и вообще всё то, что шевелится и кажется живым. Как можно это все есть???

В планах на эту поездку у нас — встретить в Сочи Новый год и Рождество, много гулять и дышать свежим воздухом. Ещё я очень хочу навестить Алевтину и её внука, познакомить Вадима и Ами с этими прекрасными, чуткими людьми, которые помогли мне в сложных обстоятельствах.

— Как там мой сынишка себя сегодня ведёт? — ладони Вадима бережно опускаются на мой живот и нежно оглаживают.

— Толкается, — беру его ладонь и прикладываю туда, где ощущаю толчки. — Чувствуешь?

— Чувствую, — голос Вадима наполняется трепетом.

— А мне? А мне дайте поздововаться! — из своей королевской детской выбегает Амелия и спешит к нам. Протягивает ладошку, чтобы я приложила её ручку.

— Дай сестричке пять, сынок, — прижимаю ее ладошку и тут же получаю реакцию изнутри.

— Он меня товлкнув! — Амелия в полном восторге.

Этот год был очень сложным для всех нас. Наташа пыталась устраивать скандалы, требовала опеку над дочкой и баснословные алименты. Кричала о моральном ущербе.

Но ничего не вышло. Наташа получила лишь обозначенную в брачном контракте сумму.

Она постоянно звонила мне с разных номеров, караулила у дома и обвинять во всех грехах. На этой почве у меня случилось пару нервных срывов.

А потом мы с Вадимом узнали о беременности и у нас состоялся очень серьёзный разговор. Мы не хотели потерять ребёнка, а моё душевное равновесие было ключевым фактором. Пришлось идти к психологу, работать со своей виной перед сестрой, с комплексом «хорошей удобной девочки», которая всех должна сделать счастливыми.

Для меня это был очень сложный шаг — открыться постороннему человеку, обсуждать очень личное. Но я рада, что прошла терапию и смогла сохранить своё душевное равновесие.

Жизнь такова, какова она есть, — и больше никакова.

Мы должны отдавать свою любовь тем, кто в ней нуждается, тем, кто любит нас, и находить в себе силы уходить от тех, кто нас уничтожает. Даже если это самые близкие люди. Даже если это человек, с которым ты появился на свет из одной клетки.

Когда я забеременела, то очень волновалась, что как и мамы, у меня тоже могут быть близнецы. И безумно обрадовалась, узнав, что ребёнок один. Я знаю — роди я двойню, я бы очень сильно тревожилась о том, чтобы между ними не сложились такие же отношения, как у нас с сестрой.

Месяц назад Наташа вновь вышла замуж. На этот раз за мужчину намного старше себя.

Полный, неприятный, с рыхлым лицом и мутным взглядом. Зато у него очень много денег, этого не отнять. Думаю, именно это и привлекли мою сестру в мужчине ее мечты. Вместе с ним она уехала жить за границу.

Что ж, это её выбор…

Немного отдохнув после дороги, мы отправились погулять по сочинским улочкам. Я рассматривала всё вокруг и вспоминала нашу прошлую поездку, сравнивала себя прошлую с собой настоящей.

Тогда я была безумно влюблённой, но очень неуверенной в себе женщиной. А сейчас я обрела опору и стала другой. Я спокойно говорю Вадиму о своих желаниях, не пытаюсь быть удобной. Ему это нравится, правда. Он восхищается тем, насколько я живая.

У нас, конечно же, случаются скандалы. Мы можем бурно выяснять отношения и даже какое-то время не разговаривать. Но потом обязательно миримся.

Отношения — это не про стерильную идеальность, а про умение принимать друг друга со всеми достоинствами и недостатками, про умение разговаривать и договариваться.

— Ух ты! — замираю напротив кафе Дениса.

Сейчас на нём красуется винтажная вывеска "У бабушки". Внутри почти ничего не изменилось —круглые столики, витрины с пирожными, аромат кофе в воздухе. Встречает нас Катя — она выбегает из-за стойки и сразу меня обнимает. Её беременный животик ещё больше моего.

— Как я рада тебя видеть!

— Я тебя тоже!

— Не хотела рассказывать в переписке, — она смеётся, обнимая свой животик.

— Я тоже, — показываю на свой. — А это мой Вадим, — представляю мужа и обнимаю его за руку, — наша Амелия.

— Здвавствуйте, — Ами широко улыбается, — можно мне товтик?

— Даже нужно, — умиляется Катя, — присаживайтесь, я сейчас сделаю чай и выберу для Амелии все самые вкусные и красивые кусочки.

— Ува!!!

Катя звонит Алевтине, зовёт Дениса из подсобки, и мы всей дружной компанией усаживаемся за столик у окна. Я передаю им в подарок милую тарелку из своего города.

— Через пару месяцев у нас откроется ещё один зал, мы выкупили соседнее помещение. Так что она нам очень пригодится, — Денис принимает её с благодарностью.

Мы проводим несколько часов за приятной беседой, а потом сердечно прощаемся. Я обещаю, что обязательно загляну к ним ещё.

В кафе мы набираем с собой с десяток разных пирожных с кремом — именно их я начала поглощать тоннами во время беременности. Обратно в гостиницу возвращаемся на такси.

Я счастлива, но безумно устала, поэтому спокойно ухожу на дневной сон вместе с Амелией.

Вадим использует это время плодотворно, чтобы покататься с горок вместе с Демьяном. Он с женой тоже приехали отдыхать в Сочи. После пробуждения мы с Ами обедаем в ресторане внизу, а потом я оставляю её с папой. Сама спешу к Серафиме, по которой очень соскучилась.

Она была одной из тех, кто сразу принял меня и не осудил. Мы сблизились настолько, что она стала подружкой невесты на нашей с Вадимом скромной свадьбе.

Сейчас Серафима с Демьяном купили дом за городом, поэтому видеться часто не получается.

— Привет! — обнимаю свою подружку.

Мы усаживаемся на стеклянной веранде кафе недалеко от горнолыжных спусков — будем следить за тем, как Вадим будет ставить Амелию на лыжи. Я бы вела себя как курица-наседка, поэтому меня от участия отстранили сразу.

— Это горка детская, — улыбается Серафима.

— Знаю, но всё равно переживаю, — развожу руками.

— Это тебе, — Серафима ставит передо мной небольшую коробочку с бантиком.

Внутри я нахожу милую цепочку из белого золота с кулоном в виде детских ладошек с голубым камнем в центре. Композиция очень нежная и у меня наворачиваются на глаза слёзы.

— Спасибо!

— Это на удачу. Я очень за вас рада.

Она улыбается, но на дне её глаз я вижу боль. Пару месяцев назад Серафиме поставили диагноз бесплодие.

— Всё ещё наладится, — кладу свои ладони поверх её.

— Не в моём случае. Шансов — ноль, — она вздыхает. — Жаль только, что мы с Демой поторопились жениться.

— Ну что ты такое говоришь! — горячо протестую. — Он тебя очень сильно любит!

— Но я никогда не подарю ему ребёнка…

Её взгляд скользит за окно, где к Вадиму и Ами присоединяется Демьян. Он подбадривает Амелию перед первым спуском и очень внимателен.

— Он был бы очень хорошим отцом, — ее тревожный взгляд не отрывается от широкой спины мужа. — У него классно получается с племянниками и вообще с детьми. Ты же видишь. Я уверена, через пару лет он меня просто возненавидит.

— Глупости! Тебя невозможно ненавидеть!

— Дема говорит, конечно, что ему неважно и что он любит меня несмотря ни на что… Но я себя больше не ощущаю полноценной, — она смахивает слезу. — Прости, у нас такой повод радостный, а я что-то опять в слезах. Давай о чём-нибудь другом.

— Серафима....

— Я видела фотки Наташи со свадьбы. Вот это трэш! — Она закатывает глаза. — Ради денег она вышла за старого хряка.

Я сдаюсь и вместе с ней переключаюсь на другие темы.

Вечером все вместе ужинаем и расходимся по номерам. Ами очень быстро ложится спать, позволяя маме с папой провести вечер вместе.

Я забираюсь на мягкий диван с ногами, зачарованно смотрю на ёлку, украшенную игрушками. Под ней уже лежат подарочки, которые мы приготовили друг другу, есть и от Ами. Трогательные и все в блестках новогодние открытки.

Я завела себе коробку, куда складываю всё памятное от моей старшей доченьки. Уверена, когда она подрастёт, ей будет очень интересно пересмотреть все эти милые штучки, которые она делала в детстве.

— Демьян звал на ночные катания, но я отказалась. — Вадим садится рядом. Я тихонько устраиваюсь у него на груди. — Помнишь, как я тебя соблазнял на этом диване?

— Помню, — отвечаю шепотом. Мои пальцы забираются под его футболку и скользят по животу. — Вообще не понимаю, как я смогла тогда тебе отказать.

— Это ты просто не знала, каков я в деле.

— О да… — прикусываю губу, — зная, что ты будешь со мной делать, моя воля была бы сломлена за секунду.

— Я хорош, — Вадим довольно улыбается. — Знаешь, я подумываю над тем, чтобы переехать сюда, в Сочи, — муж нежно целует он меня в висок. — Как тебе такая идея?

— Я буду только за. Мне здесь нравится.

Москва для нас слишком шумная, да и от скандала с разводом, который до сих пор о себе напоминает, хочется быть подальше.

— Отлично. Я подумаю об этом более серьёзно, посмотрю перспективы для бизнеса, во сколько обойдётся переезд.

— Хорошо. Я тебе доверяю, — тянусь и нежно целую его в губы, — так ты будешь соблазнять меня на этом диване?

— Мммм… боюсь не получится.

— Это почему же? — расстегиваю пуговичку на своей блузке.

— Кажется ты перехватила инициативу и занялась этим сама.

— Прости… это гормоны, — кусаю виновато губу.

— Обожаю твои гормоны, обожаю тебя… — Вадим жадно целует. Подхватывает меня на руки, словно пушинку, и несет в спальню.

___

История Демьяна и Серафимы " Сын для олигарха. Его тебе родила другая"