25

– Кутеж-град был сердцем чудного королевства, и правил им Светлояр Кутежский…

– Китежский, – сквозь зубы перебил Баюна Мракьян. – Светозар Китежский, а не…

– Опять он со своим Светозаром! – закатил глаза кот, несколько раз фыркнув, недовольно дёргая усами. – Раз такой умный, может сам тогда всё расскажешь?

– Баюш, – привлекла я внимание кота к себе, пока они снова не перешли к откровенной перепалке. – А попробуй отца Светлояра назвать Светозаром, а царицу – Роксаной.

– Ты…

– Мракьян, – перебила я мужчину, примирительно подняв ладони. – Просто послушай. Я и сама могу рассказать, но боюсь, что у меня слишком скомкано получится. Ведь лучшие рассказчики – это Баюны. Их речь течёт неспешно, захватывая внимание, а подробности историй затягивают, словно…

– Ладно, – мурлыкнул кот, перебивая, приняв мою откровенную лесть. – Я могу продолжить без опаски снова быть прерванным?

Мракьян переводил взгляд с меня на кота, едва заметно играя желваками на лице. Это было единственным, что выдавало его напряжённое состояние.

– Продолжай, – не без злости разрешил коту Мракьян.

– Так вот, – выдержав паузу, Баюн снова прикрыл глаза, перед тем как начать свою историю. – Кутеж-град был сердцем чудного королевства, и правил им Светлояр Кутежский, – приоткрыв левый глаз, кот посмотрел на Мракьяна. К счастью, попыток перебить и поправить кота, тот больше не делал. – На трон взошёл он рано, да и правил без большой охоты, больше увлекаясь магией, чем своим народом. Но люди его любили, а за красоту и обаяние многое прощали, сквозь пальцы смотря на чудачества. Да и как его, сиротку, не жалеть? Отец его умер, едва наследник родился на свет, оставив вдовой королеву. Допустим, звали её Роксаной, – не без иронии дополнил кот, бросив взгляд на Мракьяна.

– Но и она долго не прожила, если история не врёт, – поспешила я продолжить, видя, как Мракьян хочет что-то ответить коту. И судя по всему, лысому пушистику услышанное точно не понравится!

Если Баюна перебивать, мы никогда не дойдём до сути. А эту сказку и так все знали. Кроме Мракьяна.

– Мои истории не врут! – переключился на меня кот. – Да, королева умерла при пожаре. Печальная учесть… но ещё печальнее судьба её сына. Ворожба его интересовала, но ни великие силы отца, ни ведьмовской дар матери, Светлояр не унаследовал. Подвластно ему было лишь предвиденье, но толка от дара для королевства было мало. Да и сам царевич скучал, просматривая грани будущего. Не всегда они были точны, не всегда ему интересны. Пока однажды не получилось у него заглянуть в прошлое. И увидел он там нечто, что поразило его до глубины души. Тайна, которую он так и не смог раскрыть, погубив и себя, и своё королевство.

Тут бы я поспорила, но пока молчала, держа выводы при себе. Ими лучше поделиться с Мракьяном наедине.

– Несколько лет Светлояр созывал сильнейших колдуний и ворожей, пытаясь достать сокрытое когда-то с глаз, но слишком невыполнимыми оказались условия, – продолжал кот, с каждой новой фразой добавляя голосу всё больше трагических ноток. – Забрать себе то, что от людей когда-то спрятали, смог бы лишь тот, чьё сердце и помыслы чисты. Тот, кто без тени сомнения шагнёт во мрак и трижды позовёт при этом именем, которым нарекли когда-то сокрытое во тьме.

Поймав взгляд Мракьяна, я лишь пожала плечами. Про сердце и помыслы я ничего сказать не могу. В тот момент мной двигало любопытство и желание найти силу, от которой когда-то откололи кусок, ставший после Алатырём. Про произнесённое трижды имя я и вовсе ничего не могу сказать. Мракьяна правильно я точно не называла, на все лады перебирая варианты. Может случайно что-то произнесла три раза, конечно… но сколько я не вспоминала, ничего определённого на ум так и не пришло.

Верно выполнено, на мой взгляд, было только одно условие. В клубившуюся там тьму я и правда вошла без тени сомнения. Что я, тьму никогда раньше не видела, что ли? Страха я не испытывала даже близко.

– Отчаявшись, – продолжил рассказывать Баюн, не обращая на наши гляделки с Мракьяном никакого внимания. – Светлояр решил искать ответы в будущем, пытаясь в своих видениях разглядеть того, кто сможет выпустить из тьмы сокрытое. И у него это получилось. Вот только было это в слишком далёком будущем. В таком далёком, что ни он, ни его потомки, этого уже не увидят. И тогда Светлояру пришла в голову идея. Слишком сильна была его жажда высвободить сокрытое. Слишком сильным было желание увидеть всё своим глазами.

Баюн интригующе замолчал, создавая драматическую паузу. Правда, не найдя на наших с Мракьяном лицах ожидаемых им эмоций, он печально вздохнул, продолжив без прежнего энтузиазма:

– Светлояр, при помощи сильнейших ворожей, скрыл Кутеж вне времени и пространства, оставив ключ от города. Медальон, с изображением герба славного королевства. Именно он, выбрав себе хранителя, укажет путь и вернёт Кутеж-град, когда придёт время.

Баюн демонстративно отвернулся, всем своим видом показывая, что история подошла к концу и больше он никого здесь не задерживает.

– И это всё? – с недовольством обратился к коту Мракьян. – Вся история?

– Сами просили про Кутеж рассказать, – фыркнул Баюн. – И не за «спасибо», хочу напомнить. Тебе напомнить, Кирьяна.

Кот с печальным вздохом посмотрел на свой лысый живот, который по привычке продолжал поглаживать лапами.

– Помню, – усмехнулась я, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны. – Прислужница принесёт. Всё как и договаривались…

– Меня это не устраивает, – мотнул головой Мракьян. – Я только зря потратил время…

– Давай я попробую объяснить, – перебила я его, краем глаза следя за Баюном.

Я хотела обсудить всё без лишних ушей, но… Видимо, придётся так. Ведь даже если я предложу Мракьяну уединиться, сомневаюсь, что он согласится на это.

– Давай представим, что после твоего заточения, Роксана вышла замуж за твоего отца и…

– Во время моего заточения, – передразнил меня Мракьян, – она уже была за ним замужем.

– А ребёнок? У них был...

– Не было, – слишком резко ответил он мне.

– Значит, она родила его после того, как скрыла тебя во мраке, – стараясь говорить максимально сдержанно и спокойно, пояснила я. – В этой истории много белых пятен, но, как мы можем теперь понимать…

– Мой сводный братец узнал обо мне и решил спасти? – откровенно рассмеялся Мракьян. – Не смеши.

– Если верить истории, то Светлояр обладал даром предвиденья, – попыталась я достучаться до здравомыслия Мракьяна. – Почему ты думаешь, что он не захотел исправить то, что совершила его мать?

– Именно потому, что я прекрасно знаю, на что способна его мать, – холодно ответил он. – И чтобы её сын…

– Но он так же сын твоего отца, – перебила я, добавив, как мне казалось, весомый аргумент. – Да, Светозар совершал ошибки, идя на поводу у Роксаны и поддавшись горю, он был не прав так обращаясь с тобой, но…

– А не кажется ли тебе, что ты слишком много про меня знаешь? – сократив между нами расстояние до минимума, вкрадчиво поинтересовался Мракьян, опасно нависая надо мной и вынуждая запрокинуть голову.

Разница в росте у нас была внушительная.

– У меня было несколько видений, – шёпотом призналась я. – Там… когда ты уничтожил Алатырь. Я не знаю, как это получилось.

Мой ответ Мракьяна явно озадачил. Он так внимательно всматривался в моё лицо, словно искал признаки лжи. И разочаровывался, не находя их.

– И что именно ты видела? – наконец поинтересовался он, не разрывая наш зрительный контакт.

– Немного, – не выдержав, я опустила голову, пряча взгляд. – Но увиденного мне хватило, чтобы сделать определённые выводы.

А после того, как мама сопоставила всё с историей про Кутеж – они только подтвердились. Да и слова Мракьяна… Единственное, что у меня никак не желало укладываться в голове, это медальон. Точнее, один связанный с ним момент.

– Мракьян, – решила я нарушить образовавшееся между нами молчание, вновь посмотрев в лицо собеседника. – Послушай… про твою семью нам действительно ничего не известно. Была только история про Кутеж… Китеж, – исправила я название под пристальным взглядом мужчины. – Но мы никак её с тобой не связывали, пока моя мама не вспомнила про шкатулку, в которой я в детстве нашла этот кулон. Мы не смогли перевести надпись. Но ты смог, – я замолчала, пытаясь правильно сформулировать свою мысль. – В рассказанной истории медальон упоминается, как и его хранитель. Но ты узнал его. Значит, он что-то делал и раньше. До того, как попал в руки к Светлояру. Я… видела, как твоя мама передала его тебе. Вот только на том месте, как она начала говорить, видение оборвалось и… я услышала только, что: «Когда станет нестерпимо холодно»…

– Больше она не смогла ничего сказать, – безразлично перебил меня Мракьян. – Это были её последние слова.

– Прости, я…

– Но ты права, – сухо продолжил он говорить, не обращая внимание на моё замешательство и сочувствие. – Медальон делал ещё... что-то, – с усмешкой добавил он. – И тебя от него нужно избавить.

Странно, но в его словах мне почудилась угроза, как если бы он сказал, что кулон необходимо избавить от меня, а не наоборот...

А может и не почудилась, так как именно на этих словах мужчины, Баюн поспешил спрятаться от нас за дубом.