29 глава

Друзья увлекли Эллину домой. Привычно собравшись в гостиной за столом, они сидели тихо. Странно молчаливо. Глядя на виновницу глазами, выражавшими самые разные чувства. Изумление, восторг, восхищение… Первым заговорил Лаир:

— О Килах! Что ты сотворила? — он смотрел на нее в недоумении — Ты не говорила, что будет нечто подобное. Так делают на Туманной? Я должен сказать… Вы наверно самые счастливые люди, раз можете видеть такое… Это было так… — не находя слов, он замолчал, покачивая головой.

— Ты создала нечто волшебное — восхищенно произнес Нарис, обнимая ее.

— Ты все изменила — коротко и емко сообщил Эрик, глядя на нее с одобрением. Эллина, неожиданно для себя, залилась краской. Она близко сошлась с этими ребятами и даже не думала, что будет смущаться перед ними.

— Ну что вы… Это же не я… Это актеры хорошо сыграли… Все овации им. Эрик покачал головой, Нарис усмехнулся, а Лаир сказал:

— Ага, конечно. Неужели ты не понимаешь… Все эти спектакли каждый год ставят. Та же «Неумирающая любовь» есть в репертуарах почти всех театральных трупп. И как ты думаешь, кто-нибудь из них получал такое количество зрителей. Просто то, что устроили вы, было настолько необычно… Ты видел, сколько людей плакало — обратился Лаир к Эрику, тот кивнул — Ты не понимаешь, то, что вы сотворили, было похоже на сказку… А потому — он заговорщицки ухмыльнулся — всему высшему свету придется утереться. Все это создано не ими. Благослови тебя Килах — и подскочив к ней подхватил ее на руки и начал кружить по комнате. Эллина рассмеялась, Эрик и Нарис тоже, а в это время открылась дверь, и вошли Арис с Лианией.

Лиания резко побледнела, но удержала на лице безмятежную улыбку. Лаир увидев ее, помрачнел и опустил Эллину на пол. После приветствий и восторгов по поводу сегодняшнего представления, Нарис пригласил Лианию отужинать. Лаир заявив, что он опаздывает на встречу, ушел. Графиня осталась и в продолжении всего ужина вела себя очень мило и тактично. Но Эллина почему-то показалось, что она напряжена. Несмотря на то, что она очень расхваливала увиденное ею сегодня, восхищалась оформлением гостиницы и все такое…Эллина чувствовала в ней какой-то надрыв. Она не съела ни одного кусочка, хотя и тыкала вилкой в тарелку. В середине ужина она извинилась, и сославшись на то что уже поздно, а баронесса не предупреждена, засобиралась домой. Эрик сказал, что проводит ее. Она с достоинством склонила голову. Эллина провожала ее задумчивым взглядом. Дождавшись когда графиня выйдет за дверь, Эрик, наклонившись, зашептал Эллине на ухо:

— Она влюблена в Лаира — и поспешил за дамой в ночь.

Осмыслив услышанное, Эллина начала вспоминать и анализировать последние декады.

Они все были очень заняты. У всех дел было по горло. А у нее бесконечная беготня по городу, объяснения до хрипоты своих требований заказчикам. Времени было в обрез, вот-вот начнут возвращаться те, кто заправляют в этом городе. Приходя домой Эллина проглатывала ужин и наскоро умывшись падала в кровать. Живя в таком режиме, она не замечала, что она ест, где уж тут обращать внимание на отношения между людьми. Но сейчас, оказавшись в своей комнате, вспоминала странности, которые видела, но пропускала мимо. Так получилось, что Лиания влилась в их коллектив. Многие вопросы Эллина все еще выясняла с ее помощью. Очень часто во время этих совещаний она замечала, что ребята смотрят на нее с уважением. Причем все. Но вот Лаир… Он буквально светлел, когда она появлялась в комнате. Но в какой-то момент, из-за навалившихся проблем она не заметила когда именно, все изменилось. Эллина вспомнила, как Лаир стал избегать совместных ужинов, когда там была Лиания. Как он мрачнел при ее появлении. Он осунулся, и хотя и раньше был довольно бледным, теперь же совсем стал похож на призрака. Что за кошка пробежалась между ними задалась вопросом Эллина.

Она собирала свои вещи и укладывала в котомку, когда постучав, вошел Нарис.

Неодобрительно посмотрев на сборы, он обиженно произнес:

— Значит, ты решила окончательно?

— Брось Нарис. Ты сам понимаешь так лучше — Эллина махнула рукой приглашая сесть рядом с ней — Там я буду рядом со своим детищем. Да и вообще… Пора и честь знать. Сколько вы еще собираетесь меня кормить?

Дело было в том, что она устроила себе в гостинице, что-то вроде квартирки. К ее рабочему кабинету примыкала небольшая гостиная, спальня и ванна, которые она обустроила по своему вкусу. На днях она собиралась перебраться туда. Нарис горячо протестовал. Увидев, что он и сейчас собирается ее уговаривать, Эллина решила это пресечь:

— Нарис ну перестань. Ты прекрасно понимаешь, что теперь все изменилось — она взяла его за руку — Вряд ли у нас будет оставаться время на ежевечерние посиделки — увидев огорченный взгляд, поправилась — Нуу, мы изредка будем встречаться… И вообще, у тебя лечебница — напомнила она.

— Терса — поправил он ее, и расплылся в улыбке.

Он сделал это. Правда, сильно подпихиваемый Эллиной, но сделал. Напротив гостиницы, через дорогу, была построена больница. Те же «булыжники» на тех же условиях возвели двухэтажное здание. Поскольку здесь про больницы ничего не знали(целители принимали пациентов у себя дома), то название этому учреждению придумал Нарис. Он назвал ее терсой, в честь легендарной магианы, которая во время мора лечила всех, не обращая внимания на богатство или бедность. Как и она, в лечебнице, названной в ее честь, лечили всех. Все работающие здесь были «бузи», то есть со слабым даром целителя. Но, несмотря на это, их совместных усилий хватало, чтобы оказать необходимую помощь. Три сильнейших целителя отсутствовали. И все больные начали ходить в терсу. А учитывая, что плату здесь брали, чуть ли не в два раза меньшую, то терса стала очень популярной.

— Как идут дела? — спросила Эллина, припомнив, что в последнее время они мало общались.

— Пока хорошо — ответил Нарис — К нам начали приходить и с более серьезными болячками.

Лучше всего обстоят дела с лекарствами. Мы их готовим там же, на первом этаже. Ты была права. Многим понравилось, что можно держать дома необходимые долгохранящиеся настойки, а не бегать каждый раз к целителям.

— Ты начал расплачиваться с ребятами? — все кто, строили, подводили воду и все остальное, делали это бесплатно. С условием расплатится, когда появится возможность. Они поделили задолженность. Нарис сказал, что затраты по больнице попытается оплатить сам.

— Да, уже нескольким оплатили. Мы ведь недорого берем… Когда сможем расплатиться полностью…даже не знаю. Но ребята пока не требуют… — он посмотрел на нее тревожными глазами — Мне иногда страшно становится. Может, не стоило нам ввязываться во все это?

— Нарис, это я дала «слово», что когда начну получать доход, постепенно с ними расплачусь. Ты здесь не причем, ты ничего не обещал. Если с гостиницей не получится, то придумаю еще что-нибудь. Самое главное, чтобы терсу не попытались закрыть. Нужно чтобы вы стали популярными…

— Ну, это, кажется, вполне возможно. По правде говоря, к нам начали приходить и не совсем больные. Просто чтобы посмотреть, что и как, а потом с важным видом рассказать в таверне заинтересованным слушателям.

— Вот и отлично. В таком случае, когда ты собираешься делать предложение Миларе? — лукаво спросила Эллина. Нарис покраснел.

— Нееет…что ты. Я не могу…

— Почему Нарис? Сейчас ты ведь не просто «бузи». У тебя есть терса. Неужели ты не достаточно хорош для пекаря. Ну, хотя бы узнай, как она к тебе относится — посоветовала Эллина — Я-то и так знаю. Когда она тебя видит, она таааак улыбается — подзадоривала она.

— Она всем улыбается — понурился целитель.

— Да, всем. Но тебе по особенному. Ты должен с ней поговорить — уговаривала она его.

— Не могу — измученно проговорил Нарис — Она уже семерым отказала. Если и мне откажет… — он замолчал — А так, я хотя бы могу надеется на что-то.

— Ужас. Семерым??? Ты с ума сошел? Чего ты медлишь? А если она устанет ждать от тебя предложения и выйдет за какого-нибудь придурка? — Эллина схватила его за плечи и встряхнула — Значит так завтра, по пути на работу, заходишь в пекарню и приглашаешь ее в театр. Там как раз намечают что-то романтичное. После, когда будете идти домой, предложи хотя бы встречаться.

— Это не совсем правильно — опустив голову, сказал Нарис — А что если ксан-целители вернувшись, заставят закрыть терсу. Я должен крепко стоять на ногах… прежде чем устраивать свою жизнь — ей показалось, что хотел сказать что-то другое — Мне рассказали, что подопечные ксанов, в число которых как ты помнишь я не попал, посмеиваются над тем что мы делаем, и предсказывают, что как только их кураторы вернутся, все снова ринутся к ним. А в терсе останется только голытьба, которая будет расплачиваться с нами хлебом и сыром.

— Что ж — сказала Эллина, опустившись на кровать — Недолго осталось… Посмотрим, кто кого…

Нарис вытянулся рядом с ней. Как и раньше, подумала Эллина. Ее взгляд остановился на каменном блоке с крестиками. Она с грустью подумала, что уже потеряла счет дням. Она уже не помнит, сколько времени здесь находится. Впереди у нее столько дней, что зачеркивать их не имеет смысла. В ее мире уже лето на исходе. А здесь на исходе весна. Сюда она попала к концу зимы. Наверное, отныне она начнет считать по временам года.