49 глава

Чудесный день.

Эллина встала невероятно довольная жизнью.

Какая здесь прекрасная погода!

Никаких дождей. Солнце. Чистый воздух. Магия.

Даже мелкие проблемы не беспокоили. Решались они быстро… Да и незачем из-за них переживать. Все прекрасно.

Сейчас она подсказывала портье, куда кого заселить.

Благодаря герцогу появилась мода «пожить некоторое время в гостинице». Первой до этого додумалась женская половина, которая вдруг поняла, что это все равно, что жить в одном доме со столь высокородным аристократом.

Эллина даже подняла цены. Но это никого не отпугнуло. И теперь срочно понадобилась табличка «мест нет».

Шутка.

Просто, пришлось обговаривать с постояльцами время, на которое снимают номер.

Проживание в «Жемчужине» привело к скачку производства мебели.

Когда богатейшие люди города увидели и испытали диваны и кресла, которые были настолько удобны, что на них запросто можно было уснуть. Да, широкий стул с подлокотниками из драгоценной древесины, украшенный резьбой, обтянутый шкурой, мехом наружу может и выглядит роскошно. Только сидеть на таком долго не получится. А уж заснуть…?

Поэтому роскошные деревянные сиденья выкидывались, и заменялись пухлыми диванами и креслами.

Местные умельцы сумели сплавить хлопок и волокна ветки Чунара, изобретя водонепроницаемую ткань. Ее назвали талас, что означало — бегущая от воды.

Из мешков, набитых шерстяными шариками, складывали необходимую конструкцию и обтягивали таласом, придавая нужную форму.

Оп! Вот вам и кресло, и диван, и матрас. Протер влажной тряпочкой — чистота и ляпота.

Правда, вначале было не мало «блинов», тех что «комом». Все неудачные образцы мебельщики разбирали по домам. Но их упорный, или вернее упрямый труд, был в итоге вознагражден.

В общем, элита теперь была занята благоустройством своих домов. Не забывая прописываться на некоторое время в гостинице. Что поделать. Мода!

Эллина разобравшись с постояльцами, ушла в сад, подышать свежим воздухом. Она мысленно покачала головой — из всех постояльцев, приезжих только несколько человек, остальные местные.

Подойдя к фонтану, она подставила руки под струю. В садике было много людей, одни прогуливались парами, другие отдыхали на скамьях. В жаркий полдень деревья создавали густую тень, а небольшие фонтанчики — освежали воздух.

— Благодати килах — раздался за спиной бархатный голос, от которого внутри звенели струны.

— Привет — ответила она оборачиваясь.

— Как прошла ночь? — улыбаясь своей ленивой улыбкой, спросил он.

— Хорошо. А у тебя?

— Плохо!

— Почему?

— Вот и я думаю — почему? — герцог лукаво улыбнулся — Может, надо было с тобой остаться?

Эллина вспыхнула.

— Полагаешь, со мной ты бы спал лучше? — язвительно бросила она… и закрыла рот руками, запоздало поняв двусмысленность своего вопроса.

— Определенно… Лучше.

Медленно оторвав ее руку ото рта, он поцеловал ее. Руку. А потом вложил в нее цветок.

Изумительный цветок. Похожий на пион. Только с лепестками разных оттенков синего. От темно-синего до бледно-голубого.

Пока она восхищенно разглядывала подношение, герцог исчез.

Эллина напевая, наполнила вазу водой и поставила в нее цветок. От него исходил легкий, немного островатый аромат. Поместив вазу на столе, напротив себя, она села за бухгалтерию. Пока она делала записи, по ее губам иногда скользила улыбка.

В дверь постучались.

— Благодати Килах, Эллина. Можно войти?

— Ой, Лаир, конечно. Проходи — Эллина встретила гостя радостной улыбкой — Как дела? Что нового? Как бабушка? — она забросала его вопросами пока он усаживался.

— Все хорошо. В последнее время заказов столько, что беспокоиться о заработке не приходится — Лаир улыбался, но вел себя несколько скованно.

— Мне кажется, Лароса еще не скоро вернется к тихому размеренному образу жизни — сказала Эллина, вспоминая ажиотаж вокруг мебели.

— Да. Ларосу еще потрясет — согласился Лаир.

Эллине показалось, что Лаир ведет себя странно.

— Лаир, что-то случилось? — посерьезнев, спросила она.

— Нет. С чего ты взяла? — голосу не хватало уверенности.

— Лаир! — какое-то предчувствие поскреблось внутри.

— Да брось. Ничего не случилось… — сказал он, махнув рукой, а потом добавил — Пока.

— Лаир!

— Ладно… Я не хотел в это лезть. Но я считаю тебя своим другом… — Эллина нетерпеливо крутила ручку в руках — В общем…я видел тебя с Кирионом… В саду… — Лаир не поднимал на нее глаз — Вроде как он к тебе…эээ — у Эллины сжалось сердце «что она услышит?» — В общем его интерес заметен…был…всем…

У нее не хватило смелости его поторопить.

— Короче. О Кирионе ходят слухи, что он коллекционирует экзотичных женщин. В последнее время все его любовницы несколько… необычны… Говорят, что поскольку ему никто не отказывал, то все обычные…нормальные женщины ему приелись. И теперь он ищет что-то более…

— Лаир уйди, пожалуйста — глухим голосом перебила Эллина.

Барон, вздрогнув, поднял на нее глаза. Несколько секунд он смотрел на нее, а потом:

— Прости — и торопливо вышел.

Оставшись одна, Эллина с такой силой сжала ручку, что она сломалась.

Единственная ручка. Которую постоянно утаскивал Эрик. И которую она постоянно у него забирала.

Сейчас это не имело значения.

Сейчас имела значение злость.

Эллина была зла.

Эллина была очень зла.

Ну чего Лаир лезет?

Зачем он это сказал?

Кто его просил?

Чего ему не хватало?

Неужели он не мог оставить ее в покое?

Она ведь не мешала его счастью.

Неужели, нельзя было заняться своими делами?

Развлечь Лианию. Переделать кристаллы в накопители. Подсчитать денежки.

И ОСТАВИТЬ ЕЕ В ПОКОЕ!

Злость клубилась в ней, не давая спокойно сидеть. Она подскочила, и, накинув на голову косынку от солнца, просто сбежала.

Оставив позади городские ворота, Эллина шла по дороге к плантациям. Она знала, что никого здесь не встретит. Сегодня выходной.

Не то чтобы ей было нужно сюда…

Она хотела побыть одна. Подальше от людей.

Стремительный марш-бросок помог выпустить пар, и добравшись до полей, она уже успокоилась.

Она ходила между ровными рядами растений, которые позволили этому миру стать более красочным. Эти неказистые цветочки дали возможность раскрасить все вокруг. От тканей до картин. Картин здесь раньше не было. Только портреты. У дворян…, у которых были алхимики.

Удивительно! Все это не добывается непосильным трудом. Это все буквально под ногами.

Лиания, не опытный маг, она изучала магию дома с отцом. За несколько минут она выдала, что с чем надо сочетать, чтобы получить основу для краски.

Это мог сделать любой из сильных магов. Но здешние дворяне, возомнившие себя полубогами, упорно не хотят снизойти до простых людей, чтобы помочь им. Даже мысли такой не допускают. Они могут жить в полуразвалившемся доме, на доходы от крошечных деревень, но при этом палец о палец не ударят чтобы использовать свой дар. Хотя бы за деньги. Это, видите ли, роняет их достоинство. Работать? Ни за что. Работать за деньги? Килах упаси. Благотворительность? Все соседи засмеют.

Эллина шла вдоль рядов, касаясь кустиков кончиками пальцев.

Это немного странный мир.

Но возможно, попади кто-то здешний в ее мир — он сказал бы тоже самое.

Ей, наверное, стоило принимать все как, есть. Но она не смогла. Что-то на нее нашло, когда она узнала, что не скоро попадет домой. Что-то переклинило. Или сломалось. Она ринулась переделывать все. Ей повезло. Пока. Пока все что она предпринимала, было только во благо. Во всяком случае, ей хочется надеется, что от новшеств этот мир не пострадает.

Она, конечно, кое-что привнесла сюда… Но не стоит обольщаться. Переделать его под себя ей не удастся. Он такой какой есть. И люди в нем такие, какие есть.

Он дворянин, привыкший получать то, что захочет. Избалованный вниманием. Обласканный королем. Это естественно, что ему хочется чего-то нового. Ведь многое способствует тому, чтобы его желания исполнялись.

Экзотика.

Она для него — экзотика!

Сама виновата. Не нужно было раскатывать губу. Даже Лаир, благожелательный к простолюдинам, испугался, подумав, что она имеет на него виды.

Эллина сделала глубокий вдох.

Все хорошо.

Она забылась.

Но теперь все хорошо.

Уже начали сгущаться сумерки, когда она в задумчивости приблизилась к мосту, за которым загорались огни «Жемчужины».

Недалеко от себя она увидела высокую фигуру, закутанную с ног до головы в черный плащ.

Эллина, вздрогнула.

Раенар?

Но нет. Этот был потоньше. Постройнее. А когда он оглянулся, оказался чернокожим.

Рассеяно подумав о том, что и в этом мире есть негры, Эллина поторопилась перейти через мост.

Пора приниматься за дело.

Если бы она в тот момент, оглянулась по сторонам, она бы увидела…что-то странное.

Прохожие, разглядев черную фигуру, смертельно бледнели, и в ужасе разбегались…

Войдя в кабинет, она подошла к вазе с цветком. Выкинуть его у нее не поднялась рука. Она, просто переставила вазу на подоконник.

Нужно было приниматься за приход-расход. Что-то она распустилась в последнее время.

Внося очередную запись о закупке мяса, она нахмурилась. Что-то не давало покоя. Что-то… Что-то связанное с…

Додумать ей не дали.

Посреди комнаты заклубился портал.

Эллина выпрямилась и нацепила на лицо бесстрастное выражение.

Раенар был хорош.

В смысле выглядел прекрасно.

В зеленых штанах и колете с пуговицами из драгоценных камней. На поясе из темной кожи, украшенном золотыми пластинами, короткий меч, усыпанный сапфирами… Высокий, загорелый… Хорош, в общем.

Он подошел к ней и, взяв за руку, произнес:

— Я почти не видел тебя сегодня — и, наклонившись, коснулся руки губами. Понравилось, кажись, ручки целовать.

Эллина мягко вырвала свою конечность:

— Раенар у меня много работы.

Герцог, немного удивленный, стоял, глядя сверху вниз на ее макушку. Затем он плавно обошел стол и опустился в кресле напротив.

— Цанелёк, что-то случилось? — чуть обеспокоенно спросил он.

— Что такое цанелёк? — подозрительно спросила Эллина. Он улыбнулся своей улыбкой, от которой у нее внутри все обрывалось.

Нет! Нельзя. Нельзя поддаваться.

Эллина перевела взгляд на угол стола.

— Цанелёк — это такой зверек. Белый…, пушистый — мечтательно прикрыв глаза, проговорил он.

Эллина усмехнулась. Кажется, герцог полагает что она «белая и пушистая». Ну, ну.

Эллина склонилась над бумагами.

Раенар слегка нахмурился.

— Что случилось?

— Ничего — спокойно ответила Эллина — У меня много работы. Я в последнее время что-то размякла, размечталась… А работа стоит — она снова изобразила «вся в работе, аки пчелка».

Раенар посмотрел на нее сочувствующе. А потом сделал пас рукой…

— У тебя не очень хорошее настроение. Но я знаю, как это исправить — и поставил перед девушкой плоскую резную шкатулочку.

Эллина посмотрела на коробок, потом на герцога, и сказала:

— Раенар, это неправильно.

Тот вскинул бровь.

— Мы ведь компаньоны, верно? — на нее смотрели молча, в ожидании — Так что подарки, совместные ужины, прогулки — это все не вписывается… Я не буду принимать от тебя какие-либо подношения. Отныне мы общаемся только по делу. Я подкидываю идеи, ты делаешь на этом деньги.

— Что случилось? — на этот раз вопрос задавался холодным голосом.

— Ничего — она хотела, чтобы он ушел. Оставил ее одну.

— Утром ты была веселой, а сейчас смотришь исподлобья. Я бы хотел знать, что произошло за это время.

— Раенар, повторяю, ничего не случилось — устало сказала девушка — Все было прекрасно. Мне понравилось. Спасибо. Но отныне, все в рамках нашего договора. А это — она показала глазами на шкатулку — забери, и подари девушке. Той, что не будет твоим компаньоном.

Лицо Раенара было спокойным, бесстрастным, глаза смотрели холодно…,и только крошечная жилка пульсировала на виске, подсказывая, что ее хозяин не так спокоен.

— Сува Эллина — голос звучал надменно — Вы можете не беспокоится. Этот подарок уместен в рамках…нашего договора. Вы со спокойной совестью можете его принять. Своей девушке я подарю, что-нибудь более приличествующее. Не хочу ее оскорбить…этим.

При последних словах, за его спиной заклубился портал. Плавно поднявшись, без суеты и лишних движений он слегка кивнул головой и ушел.

Как она и хотела.

Эллина облокотилась на стол и закрыла лицо руками.

Она чувствует себя такой усталой.

И такой несчастной.

И одинокой.

Так хочется домой…

Она начала собирать листки в стопку. Завтра все сделает. Сегодня просто нет сил.

Ее рука наткнулась на шкатулку.

Начался мысленный диалог, в котором приводились доводы за и против ознакомления.

Извечное женское любопытство победило и крышечку открыли.

Некоторое время Эллина смотрела не понимая. Затем она осторожно подняла сережку и посмотрела ее на свет.

Она не удержалась и расплакалась.

В шкатулке лежал сапфирный комплект, проданный, уже кажется, что в прошлой жизни, в маленьком городке Нарисом.

Раенар его, наверное, выкупил.

Эллина плакала и думала, что даже алмазы не смогли бы доставить ей большего удовольствия, чем бабушкин комплект, с которым она попрощалась тогда навсегда.

Слезы высохли, и она сидела, перебирая украшения.

Да. За это она готова была ему простить то, что она для него была всего лишь эпизодом.

Когда она подумала об этом, появилась воронка портала.

Чудно. Она извинится и поблагодарит его.

Она смотрела улыбаясь, когда из портала вышел невысокий мужчина в красном колете.

Удивленная Эллина не успела ничего понять, когда тот шевельнул рукой.

На нее накатила темнота.

Мужчина, подхватив падающую девушку на руки, и ушел в портал.

На полу сиротливо осталась лежать сережка с сапфирами.