Глава 13. Роковые пирожки

— Добрый день, сударыня! — поддатый парень не стал ходить вокруг да около. — Не хотите потанцевать?

Света сидела к нему спиной и безмятежно ела салат. Когда к ней обратились, ее вилка замерла на середине пути, и девушка резко повернулась.

— Нет, — брезгливо сказала она. — С пьяницами нет желания танцевать.

— У-у, жестко она тебя, малыш! — воскликнула Лора, щупая парнишку за щеку.

— Да как ты смеешь, тв… — моментально вспыхнул парень и схватил Свету за руку, но почти тут же отшатнулся. Ему на глаза попалось родовое кольцо девушки.

— Вы из рода Нахимовых?.. Прошу прощения… Я не…

Я и Дима уже хотели подняться, чтобы объяснить ему расклад более примитивными средствами, но на лице девушки появилась тень странной улыбки. Ее голова немного дернулась.

— Скажи, тебе нравятся твои пальцы? — одними губами прошептала она, и я ощутил какую-то зловещую ауру вокруг нее.

Не спеша она отодвинула тарелку, вытерла белоснежной салфеткой губки.

— Ну, куда же ты? — Она смотрела на него округлившимися немигающими глазами. Зрачки сузились, губы все шире расплывались в пугающей ухмылке.

— Нет, что вы, я обознался, если бы я знал, что это вы! — До чертиков перепуганный парень пятился назад. Следы алкогольного дурмана испарились моментально.

Света молниеносно схватила его за руку, заломала и впечатала головой в стол. Хватило одного быстрого движения. Ей даже вставать не пришлось.

Такие приемы в тренировочной зале не отточишь. Опытная девчушка…

Бедолага ойкнул и упал на пол, пытаясь остановить кровь, хлещущую из носа.

— Мой нос! — закричал он.

Света нежно взяла его за волосы и ударила коленом. Алые брызги полетели во все стороны, словно она расквасила ногой помидор.

— Ну так что? — Она совсем не женственно уселась на него сверху и принялась наносить размеренные удары по лицу.

— Извините… Отпусти, я сдаюсь! — мямлил он, силясь остановить девушку.

Но та и не думала смирять свой пыл. Мне пришлось взять Свету под локти и оттащить. Про себя я отметил, что мышцы у малышки просто стальные.

Парень тут же закрыл лицо руками и попытался отползти.

— Ох, нет-нет! — наклонился к нему Дима. — За оскорбление тебя следует вызвать на дуэль. Мы тому свидетели. Так ведь, Михаил?

— Верно, — улыбнулся я.

— Дуэль! Дуэль! — кричала Лора, появляясь во фраке с цилиндром, и хлестала парня белой перчаткой по насмерть перепуганному лицу. — На пистолетах!

Про себя отметил, что под пиджаком, все таки, ничего не было…

— Хочешь дуэль? — сощурилась Света, мигом обращаясь воинственной валькирией.

Потасовку заметили только сейчас — приятели незадачливого кавалера подорвались со своих мест и направлялись к нам. Света пыталась вырваться из моих рук, но я держал ее железной хваткой.

Мне показалось, или она тихонько хихикала?

Вперед вышел Караваев:

— Вы напали на моего товарища! Вы понимаете, чем это грозит⁈

Дима уже открыл рот, чтобы что-то возразить, но его перебил появившийся из ниоткуда официант.

— Прошу прощения, но дуэли на борту «Соловья» запрещены! — сказал он, положив на стул белое полотенце.

— А драки? — тут же спросил я, надеясь на положительный ответ. Очень уж хотелось проучить наглецов.

— Молодой человек, ресторан предназначен для приема пищи, а не для выяснения отношений! — По взгляду официанта было понятно, что он не шутит.

— У меня сломан нос! — стонал сидящий на полу парень.

Постепенно от официантов стало не продохнуть. Лора предупредила меня, что маги они не из последних.

— Эта девка напала на моего приятеля! Я требую справедливости! — рявкнул Караваев на официанта, чем вызвал у него легкую улыбку.

— Вы не в том положении, чтобы требовать, Борис Венедиктович, — спокойно произнес официант. — Вы все студенты КИИМ. Права и обязанности у вас одинаковые.

— Она первая ударила! — рявкнул на него Караваев.

Официант, продолжая мило улыбаться, присел рядом с пострадавшим.

— Господин Тихомиров, вы оскорбили госпожу Нахимову. Поэтому ее реакция вполне обоснована. При повторной попытке спровоцировать кого-либо, вы исключаетесь из института, — произнес он будничным голосом. Видимо подобных выскочек он встречал не впервой.

— Нахимову⁈ — зашептались приятели Караваева.

— Я этого так не оставлю… — прошипел тот, поднимая побитого товарища с пола.

— Несомненно! — учтиво поклонился официант. — Мы тоже не можем это так оставить. Запись с камер наблюдения, — показал он на объективы по углам ресторана. — И отчет от персонала отправится вашим родителям. А они самостоятельно примут меры.

Тихомиров побледнел, осознавая, в какую глубокую зад… кхм… неприятность попал.

— А теперь попрошу покинуть вагон-ресторан, господа! — захлопал ладонями официант и указал компании на выход.

— Еще увидимся, Тихомиров! — выкрикнула Света, по-девчачьи помахав ему рукой. От чего побитый парень со стыда едва не провалился сквозь землю. Еще бы, хотел потанцевать с девчонкой, а оказался избит в кровь.

— Почаще оглядывайтесь! — грозился Караваев.

— Вас опустила девчонка, скройся! — не выдержал я.

Он стрельнул в меня взглядом, полным ненависти, и хотел уже оскорбить меня, но дружки вытащили его из ресторана.

— От лица персонала просим прощения за этот нелепый инцидент, госпожа Нахимова. В качестве извинения просим принять бутылку этого вина.

Из ниоткуда возник сомелье и поставил на стол напиток.

— Ого! А у вашего ресторана хороший вкус! — присвистнул Дмитрий, оценив подарок.

— Благодарю, — поклонился сомелье. — Приятного отдыха.

Мы посидели еще минут тридцать, и почти все время Света, как ни в чем не бывало, рассказывала про свое детство. О том, как отец брал ее на линкор и обучал военному делу.

После и Дмитрий рассказал, как обучался в элитной школе, однако упор там делался на стратегическое развитие. Да, ему приходилось заниматься рукопашным боем и фехтованием, но не в таком объеме как у Светы.

— Предлагаю эту бутылку распить в купе. Заодно угостим нашего нового соседа, — предложил Дима. — Наверняка, ему такое вино в новинку.

— Ничего не имею против, — кивнул я.

— Я тоже, — согласилась Света.

Когда мы направлялись к нашему купе, нам навстречу попалась проводница.

— О, господин Кузнецов, вас минут десять назад искали друзья! — улыбаясь, сказала она.

Мы напряглись.

— Друзья? — удивился Дима. — Но мы…

Я тихонько пихнул его в бок.

— И кто это был?.

— Господин Караваев, Глебов, Лазутский, Берилов и Аникеев, — без задней мысли отрапортовала она. — Я хотела проводить их, но ребята — такие вежливые! — справились сами.

— Лора, ты можешь осмотреть наше купе? — спросил я мысленно у своей помощницы.

— Там нет камер, но судя по энергетическим запасам, в купе шесть человек, — ответила она через секунду.

Это было нехорошо. Совсем нехорошо.

— Ох, спасибо вам большое! — поблагодарил я проводницу, аккуратно подталкивая в спину товарищей. Мы поспешили в купе.

— Миша, ты чего толкаешься⁈ — больше для приличия возмутилась Света. — Куда такая спешка?

— А ты не поняла? — удивился я. — Мы не запирали купе. Эта пьянь могла сунуться к нам и устроить там черт знает что. Хоть засаду!

— Ну и чего ты волнуешься? — выдохнул Дима, а потом тоже ускорил шаг. — Иванов…

— Да! — кивнул я. — Неизвестно, что они с ним сделают.

Мы буквально ввалились в купе, где нас должны были ждать пятеро мордоворотов, не простивших унижение, но перед нами предстала крайне интересная картина.

Пять бессознательных тел лежали на полу, а Иванов спокойно сидел за столом и пил чай с баранками. Завидев нас, он виновато посмотрел на устроенный бардак и пожал плечами, словно их сюда ветром надуло.

— Боже, что тут произошло? — воскликнула Света, выглянув из-за моей спины.

Антон при виде девушки встал из-за стола и наклонил голову.

— Баронет Антон Иванов, — представился он.

— Светлана Нахимова. — Она хотела протянуть руку, но в последний момент отдернула ее и сделала небольшой реверанс.

— Лора, данные! — отдал я приказ помощнице.

— Все без сознания. Следов побоев нет, переломов тоже. Он их вырубил одним ударом.

Я сел рядом с одним из хулиганов и проверил зрачок. Тот сразу расширился. Дыхание было. Жить будут, балбесы.

— Что тут произошло, Антон⁈

Некоторые из поверженных начали, мыча и постанывая, приходить в себя.

— Я проснулся от громких голосов и поначалу подумал, что это вы, — сказал Иванов. — И тут услышал, что они собрались испортить ваши вещи и быстро смыться. Ну, я и вышел. — Он пнул одного из лежащих, тот пискнул. — Этот сграбастал меня и подвел вот к этому. — Он пнул Караваева, тот замычал. — Он предложил два варианта: либо я свалю из купе, либо они поколотят меня.

— Я так понимаю, ты выбрал третий вариант? — хмыкнул я.

— Не люблю, когда без повода лезут в драку, — сказал Иванов, продолжая спокойно смотреть на лежащих.

Постепенно они начали приходить в себя и ворочаться.

— Где ты научился так драться? — спросила Света. — Даже я бы их так аккуратно не вырубила…

— Были учителя… — загадочно ответил Иванов.

— Что думаешь? — обратился я к своей помощнице.

— Пока мне нечего сказать. Он сказал правду.

Тогда расспросим наших незваных гостей. Пришлось влепить им пару пощечин, чтобы поскорей привести балбесов в чувство.

Первый очухался Караваев.

— Ну, не твое это, Боря. Не твое! — покачал головой Дима. — Не усложняй ситуацию. Покайся!

— Борис, не нанимай на это дело идиотов! — покачала головой Лора. — Особенно если ты сам идиот.

— Мы уходим, уходим! — выдохнул Караваев, пытаясь встать.

Остальные тоже пришли в себя и медленно, со стонами и держась за голову, поднимались на ноги.

— Надеюсь, нам не стоит объяснять, что если вы провернете нечто подобное во второй раз, мы подадим официальную жалобу роду? — расписал на пальцах Дима их перспективы.

Караваев смерил его злобным взглядом, но ничего не сказал. По уши вляпался, куда уж дальше?

После их ухода мы закрыли дверь на замок. Кому надо постучатся.

— Ну что за денек⁈ — растерянно произнес Бердышев. — Еще даже обед не настал, а мы уже нажили себе врагов!

— Антон, извини, это мы с ними в ресторане поцапались, — повинилась Света. — Мы и не думали, что они настолько глупы и сразу решат отомстить. — Она слегка улыбнулась. — Как и о том, что ты раскидаешь их, если честно…

— Мы с Караваевым еще в распределительном центре повздорили, — добавил я. — На дух не переносит простолюдинов…

Иванов ничего не ответил, только задумчиво посмотрел на закрытую дверь.

— Эх, сбили мне сон, — вздохнул он. — Пойду перекушу. Далеко ресторан?

— Второй этаж, третий вагон, — объяснил Дима и подошел к нему поближе, чтобы не услышала Света. — Там очень дорого… — шепнул он. — У тебя есть деньги?

Антон только улыбнулся, похлопал себя по карману и вышел. Видимо, деньги у него имелись.

— Думаете, с ним все будет в порядке? — заволновалась Света.

— Ты же видела, что он сделал с теми ребятами. — Дима удобно устроился в кресле и достал книгу. Я пригляделся к обложке — Николай Гоголь «Мертвые души. Том 2. Чичиков наносит ответный удар». Да уж. Похоже, Николай Васильевич в этом мире был немного другой натурой.

— Ну… Он так выглядит… Как будто, денег у него в обрез. — Девушка аккуратно подбирала слова. — Да и родового кольца на пальце нет.

— А говорил сын барона, — кивнул я.

Мы еще немного порассуждали на эту тему, высказывая разные теории. Наблюдения касательно Иванова я решил не озвучивать — пусть секретничает. Сам расскажет, если захочет.

Потом каждый решил заняться своими делами. Света принялась приводить в порядок и без того идеальный маникюр. Дима погрузился в чтение, а я уставился в окно.

Мы давно выехали из Москвы, и теперь дорога проходила через леса. Иногда показывались мелкие деревеньки.

После вкусной еды и под стук колес начало клонить в сон. Первым сдался Дмитрий — он тихо засопел в своем кресле, укрывшись книжкой. Следом и Света начала клевать носом, извинилась и ушла в свою комнату.

Тут вернулся Иванов. Удивленно глянув на спящего парня, он улыбнулся и сел за стол напротив меня.

— Встретил проводницу. Она сказала, что скоро будет остановка на пятнадцать минут, — тихо сообщил он. — Может, подышим свежим воздухом?

— Да, почему нет? — пожал я плечами. — Хоть сон прогоню. А что за станция?

— Какая-то деревушка. «Урень», если я правильно понял.

Поезд вправду начал сбавлять скорость.

⁂

Станция «Урень» была небольшой. На перроне поезд окружили местные бабушки, торгующие пирожками. Ларьки с газетами стояли чуть поодаль. Помимо нашего поезда тут проходили и обычные пассажирские составы, направляющиеся в разные точки страны. Было всего три пути, включая наш.

На соседних путях ждали поезд в Москву, народ толпился и скучал. В основном простолюдины да мелкие аристократы, которые хотели посетить столицу ради покупок и экскурсий.

Студенты из незнатных семей побежали к бабкам за пирожками и газировкой. Увы, не у всех хватало карманных денег, чтобы распивать вино в вагоне-ресторане.

— Скажите, — подошел я к проводнице, которая была увлечена газетой. — Ребят у вас чего совсем не кормят? Оголодали совсем.

— Как же не кормят? Два раза в день и бесплатно. Утром — манная каша с киселем, вечером — чай, — сказала она, посмотрев на меня как на дурачка. — А вам-то зачем, господин Кузнецов? Забыли где вагон-ресторан?

— Просто интересуюсь, — пожал я плечами и отошел от нее. Да уж. Каша с киселем. Аттракцион невиданной щедрости.

Антон пристально наблюдал за толпой голодных студентов, которые окружили прошаренных старушек и скупали у них мучные изделия втридорога. О такой «оригинальной» схеме обмолвились две женщины, сетующие на высокие цены. По их словам до прибытия поезда цены у этих бабок были вдвое ниже.

Самые нищие студенты, у которых не хватало денег даже на пирожки, грустно вздыхали и отходили, с завистью наблюдая за тем, как другие с радостью уплетают горячие, ароматные расстегаи.

— Ты посмотри, какие хитрожопые! — у меня начало гореть с такой наглости.

— Не хватает двух копеек, не продам! — злилась бабка-продавщица. — Так! Два пирожка с картошкой, рубль ровно! — Всунула она два свертка в холщовой бумаге в руки оголодавшему студенту.

— У нас не хватает одной копейки. Продадите нам самый дешевый? — спросила девушка в простой одежде.

— Еще чего⁈ Проваливай и не мешайся, если не хватает денег! — огрызнулась бабка.

Да, видимо прав был граф. Простому люду тут нелегко живется. Обдерут как липку, даже если ты едешь в КИИМ служить Империи.

— Извините, разрешите! — Я протолкался через толпу ребят. Все недовольно зашептались, но расступились при виде родового перстня.

«Неужели аристократ решил побаловать себя привокзальной едой? Совсем зажрался в своем вагоне-ресторане!» — было написано на их лицах.

— Чего изволите-с, ваше благородие? — При виде аристократа старуха мигом изменилась в лице и нацепила самую приятную улыбку из своего арсенала.

— Сколько пирожок?

Она быстро оценила мой внешний вид.

— Два рубля! Нет, три. Три рубля!

— А сколько стоит вся твоя корзинка?

— Вся? — В ее глазах загорелся алчный огонек. — Шестьсот рубликов, ваше благородье!

Я картинно приподнял бровь и посмотрел на пачку купюр, которую успел быстро обналичить еще в распределительном пункте. У нее аж слюньки потекли.

— Вот карга старая, — фыркнула Лора. — Им красная цена рублей двадцать. И это она еще тебя благодарить должна!

— Уважаемая! — обратился я к другой бабке с котомкой и в красном платочке. — За сколько отдадите все пирожки?

Та ненадолго зависла, но быстро сообразила, что к чему, и выкрикнула:

— За четыреста забирайте, ваше благородье!

— Слышала? — обратился я к первой. — Пойду куплю лучше у нее.

— Нинка, дура, ты чего творишь⁈ — разоралась она. — Зачем цену сбиваешь?

— Молчи, Зинка. Не лезь не в свое дело!

— А вы, любезные? — обратился я к соседкам, подливая еще масла в огонь. — За сколько продадите свою корзинку? Предупреждаю, куплю только у одной!

К нам подтянулись еще две продавщицы и наперебой начали предлагать свои цены, сбавляя по чуть-чуть. Я же только подначивал, помахивая пачкой купюр у них перед носом.

Толпа недовольно загудела:

— Слыш, ваше благородие? Нахрена вам столько, в ресторане не наелись? — выкрикнул кто-то из толпы.

Все смотрели на меня с нескрываемой завистью. Если бы не мой статус аристократа, меня бы поколотили.

— Знатный решил попробовать что-то за рубль! — пошутил кто-то в толпе, и все засмеялись, но я не обратил внимание.

В итоге самой ушлой оказалась та самая Нинка — за двести рублей она отдала мне всю котомку.

— Ну и жри эти свои пироги… — пробубнила Зинка. — А я еще заработаю. Вас таких голодных тут полно!

— Что ты там вякнула? — я решил напомнить ей, с кем она разговаривает.

— Ничего, ваше благородие, вам послышалось! — и постаралась затеряться в толпе.

Антон аккуратно подошел ко мне со спины:

— Нахрена тебе столько⁈

— А это чтобы некоторые жадные бабки не наживались на бедных студентах! — специально громко сказал я и демонстративно поставил котомку рядом с корзинкой бабы Зинки.

— Пирожки! — заорал я во все горло. — С пылу с жару! Всего двадцать копеек! Подходи, налетай! Скидки, дисконты! Купишь три — четвертый в подарок!

Сперва никто не поверил в такую щедрость, но из толпы вышла «яркая» рыжая девчонка… Как же ее звали…

— Виолетта, — напомнила Лора.

Точно. Она подошла ко мне и протянула горсть монет.

— Три пирожка, пожалуйста, — и отсыпала мне деньги в руку.

— Отлично, значит четвертый в подарок! — кивнул я и наклонился к котомке.

— Благодарю, — поклонилась, прижимая к себе кулек с горячими пирожками.

— Чего думал впечатлить малышку? — кольнула меня Лора в бок. Да, она и так могла.

— Еще чего, — мысленно ответил я ей. — Просто не могу смотреть, как обманывают людей.

— Антон, помогай! — крикнул я Иванову, который с круглыми от удивления глазами смотрел на меня. Он опомнился, только когда я его окликнул в третий раз.

И тут студентов как с поводка спустили. Все пирожки улетели за считанные минуты. Бабки хотели помешать распродаже, но все, что они могли, это с ненавистью прожигать меня взглядами и бормотать проклятья себе под нос.

— Уважаемые студенты, поезд отправляется через пять минут! — сообщила проводница, и все засуетились.

Последние пирожки продались, и ребята заторопились на «Соловей», оставив жадных продавщиц с носом.

— Ну, а теперь и мы пойдем, — потянулся я, похлопав Антона по спине. — Спасибо за помощь.

— Странный ты человек, Михаил… — проговорил он и случайно натолкнулся на мужчину, наступив ему на ботинок.

— Ау! — возмутился тот. — Смотри куда прешь! Новые ботинки!

— Прошу прощения… — склонил голову Антон и поспешил на поезд.

Я последовал его примеру. Наверняка, бабки только и ждали, пока мы уедем. К несчастью для них по громкой связи сообщили, что поезд на Москву задерживается на два часа.

Чертыхаясь, старухи ушли с перрона, так особо и не заработав.

⁂

В купе уже ждала сладкая парочка. Дима и Света сидели у окна и с хитрыми улыбками поглядывали на нас с Антоном.

— Мы все видели! — Лукаво улыбнулся Дима.

— Решил попробовать твой прием, только усовершенствовал его, — улыбнулся я, высыпая целую гору мелочи на стол.

— Странный ты человек, Михаил Кузнецов… — сказала Света, как-то загадочно смотря на меня.

— Вы сговорились? — повернулся я к Антону.

— Эх, поразил ты девчонку в сердечко! — Лора появилась передо мной в костюме проводницы. Вернее, почти — юбка вдвое короче, но жилет застегнут на все пуговицы. Учится девочка.

К нам постучались.

— Проводница? — удивился Антон и открыл дверь.

На пороге переминались с ноги на ногу три парня из простых, словно боялись что-то сказать.

— Что еще? — удивился я, вспомнив этих ребят. — Пирожков больше нет!

— Ох, что вы, ваше благородие… — замотали они головами. — Мы просто хотели сказать спасибо!

О как, сразу «ваше благородие».

— Ну, говорите!

Они в разнобой пустились благодарить меня, нахваливая расстегаи и их божественный вкус и понося жадных старух на чем свет стоит. Стоило довольным едокам уйти, как прибыла следующая партия. До самого вечера к нам наведывались все новые студенты, рассыпаясь в благодарностях.

— Ну, ты молодчина! — похвалил меня Дима. — Честно, мне бы даже в голову такое не пришло. Вот что значит… — он осекся, осознав, что чуть не ляпнул лишнего. — Настоящее благородство!

Когда поток сытых и довольных студентов сошел на нет, Света предложила распить подаренное вино.

Удивительно, но одна такая бутылка стоила дороже целой коляски пирожков, которыми можно было накормить пару вагонов. Видимо и здесь пропасть между богатым и бедными шире некуда. Для одного сто рублей всего лишь бумажка, которую можно промотать за один вечер, а для другого — месячная зарплата на всю семью. Надо бы на вырученные с пирожков деньги заказать простолюдинам нормальный завтрак. А то захлебнутся своей манкой. Правда, придется добавить немного своих… Хотя даже много…С меня не убудет.

Бутылка быстро опустела, и я решил проветриться. Благо в тамбуре гулял освежающий сквознячок, который быстро выдул алкоголь из головы. Мысли прояснились.

В узком коридоре была форточка, которую я открыл и запустил порцию холодного ветра. Стало еще лучше.

— Лора, дорогая, как у тебя дела? — тихо произнес я.

— Миша, цель. Три метра, — серьезно сказала она. — Снаружи, между вагонами. Он подсел на станции. Это не студент и не проводник. Он вооружен.

Я тут же перешел в боевой режим.

— Хороший человек не будет прятаться между вагонами с оружием, — хмыкнул я. — Сколько мы уже едем, пять часов? Ждет, гад, пока все не уснут.

— Думаешь, за тобой?

— Кто его знает? — пожал я плечами. — На этом поезде полно потенциальных целей.

Я посмотрел на часы. Полдвенадцатого.

— Варианты?

И Лора начала предлагать разные стратегии, чтобы уничтожить безбилетника, и включила энергетический сканер. Да, это определенно был не зацепер. Его энергия была огромна. Примерно, как у меня.

Лора активировала тепловизор. Переключаясь между спектрами, я заметил у безбилетника пару ножей. Наверняка острых как бритва.

⁂ От автора: Решил порадовать вас очередной карточкой Лоры, ну и обложки! С вас лайк!))