12

РАДА

– Демид Маратович… - произношу, переминаясь с ноги на ногу.

Он поднимает взгляд с бумаг, давая понять, что внимательном меня слушает. А я не знаю, как ему сказать, точнее спросить… Кидаю взгляд на диван.

Тот самый, на котором некоторое время назад сидели мы вместе, а сейчас там расположился один мужчина. И уже от простого сидения на нем все мое тело болит. А что будет после восьмичасового сна на нем… Даже представить боюсь.

И как-то мне стало жалко Азаматова, несмотря на то, что он мужчина и ничего плохого с ним не случиться, если пару дней поспит на нем. Но не хочется, чтобы он страдал, но и отдавать мягкую большую кровать, что находиться в спальне, я не хочу.

И что тогда делать?

Как в таких случаях поступать? Что послушать: совесть или здравый смысл?

– Ты что-то хотела, Рада? Извини, но мне еще работать. Ты, если устала можешь идти ложиться.

– Нет… То есть, да. Демид Маратович… - как же сложно это произнести в слух. В голове держу, но губы не шевелятся, словно их кто-то приклеил намертво.

– Леднева, давай быстрее.

Набираю в легкие воздуха и выпаливаю:

– Может поменяемся?

Он вскидывает брови вверх, удивленный и, кажется, мужчина не понял, про что я только что у него спросила. Но это моя вина, не точно выразилась.

– Конкретнее выражайся, пожалуйста.

– Может поменяемся местами. Вы поспите в спальне, а я тут, - киваю в сторону дивана.

Он, конечно, не удобный, но я маленькая, хрупкого телосложения, как-нибудь умещусь и посплю две ночи, а Азаматову лучше выспаться. Ему еще договор подписывать, если все выгорит. И в его случае лучше быть бодрым, выспавшимся с ясным умом.

Поэтому выбор очевиден. Я – сплю на диване, а босс – на кровати в спальне.

Демид Макарович внезапно откидывает бумаги на стол и расслабившись откидывается назад на спинку дивана. Скрещивает руки на груди, из-за чего мышцы на предплечьях еще больше начинают выделяться и в упор смотрит на меня.

– Ты хочешь спать здесь? На диване? – уточняет он.

Я киваю.

– Да. Вам выспаться нужно, а мне здесь… удобно будет, - мало вероятно, но я лучше отпущу это. Я не та, кто будет жаловаться. Если это конечно не ночевка один на один с мужчиной, с которым ты вообще не состоишь в отношениях.

– По твоему лицу что-то сомневаюсь, Леднева. Не верю. Поэтому марш в комнату спать. А я здесь. Мне все равно еще поработать нужно.

– Но… - обескураженная его словами я даже шагаю вперед, желая… Что? Убедить, что мне лучше спать здесь? Не знаю.

Но я хочу, чтобы Азаматов выспался, набрался сил и не провалил сделку. Она очень важна для компании. Все заказы важны, но здесь немного другое. Поэтому эта земля нужна нам. Ему. Демид Маратович ведь за морочился, чтобы ее получить и нельзя упускать такую возможность.

Я головой упрямо качаю, не желая уходить.

– Нет. Раз вы не хотите, тогда я лучше посижу с вами.

Подхожу к дивану и плюхаюсь недалеко от мужчины. Совсем рядом, нас разделяют несколько сантиметров.

– Ты всегда такая? – неожиданно спрашивает он, кидая через плечо на меня взгляд.

– Какая?

– Вредная. Упрямая. Совсем не слушаешь то, что тебе говорят.

– Не правда, - махаю головой. – Ну, если немного. Но я ведь права, Демид Маратович. Вам нужно отдохнуть.

– Мне нужно поработать.

А еще говорит, что это я упрямая. Да он не лучше меня, такой же упрямец. Если не хуже. Попробуй его переубедить, все равно стоит на своем.

Для мужчины это хорошо, но не в таких случаях.

– Я с вами посижу. Давай бумаги проверю, - протягиваю руку, чтобы забрать листы.

Но Азаматов только смиряет меня долгим нечитаемым взглядом. А после кидает:

– Лучше сделай мне кофе, Леднева. Самый крепкий.

– Хорошо, - киваю и встаю, направляясь в сторону столовой.

Быстро нахожу турку, зерновой кофе и приступаю к готовке. Я уже знаю весь процесс, не единожды варила для мужчины. Поэтому уже через каких-то пять минут подаю боссу ароматный кофе с щепоткой корицы.

– Спасибо, - благодарит, не поднимая от бумаг взгляд, отпивает из кружки напиток и ставит ее обратно. – Вкусно. Что-то новое добавила?

– Да. Корицу. Нашла ее в шкафчике.

Мы вновь погружаемся в тишину.

Я внимательно слежу за Азаматовым. То, как он сосредоточенно читает документы, подписывает, держа ручку красивыми длинными пальцами. Печатает в ноутбуке и вновь читает бумаги…

Мне нравится. Вот так сидеть с ним рядом, молча наблюдать за тем, что он делает. Это приносит какое-то особенное удовольствие. Умиротворение. Тишина не напрягает. С ней даже как-то комфортней.

У нас в семье обычно вечера проходят в тишине. Каждый в своей комнате. Но в той атмосфере… Она душит, как и контроль отца.

Почему я тогда не съехала, спросите вы?

Так, кто мне позволит. Папа решил, что жить я должна лишь со своим мужем. Но никак не отдельно. Думает, что я распущусь, превращусь в такую, о которой лучше не стоит упоминать.

Но, если он так думает, то значит плохо меня знает. И все же его воспитание накладывает особый отпечаток. Я не ханжа. Даже пару раз целовалась, но дальше ничего не заходило. Но никогда не позволю себе лишнего.

Это как установка, которую в тебя запрограммировали перед тем, как запустить для дальнейшей работы.

Возможно, у меня получится отстоять свои права. Жить отдельно от родителей, когда тебе уже давно не десять, не есть плохо. Наоборот. Ты учишься быть самостоятельной, отвечать в первую очередь за себя, решать проблемы.

Разве это плохо? Отец думает, что да. Но надеюсь, у меня получится его переубедить.

В какой-то момент чувствую, как медленно начинаю уплывать в сон. Веки тяжелеют, их нет сил держать открытыми. Тело расслабляется, и я засыпаю.

На затворках сознания ощущаю горячие руки на своем теле. Меня поднимают и куда-то несут.

Хочу открыть глаза, но веки настолько налились свинцом, что сделать это не получается. Но я чувствую, как мне тепло. Хорошо. Сильные руки держат меня крепко.

А после опускают на что-то мягкое, словно пушистые облака, и укрывает сверху теплом. Я сильнее укутываюсь в это тепло и засыпаю.