Глава 7

В выходные мы едем к Галине на юбилей. На заднем сиденье коробка с подарком из модного салона интерьеров и роскошный букет кремовых роз.

Леша дурачится за рулем — вполголоса подпевает и в такт музыке мотает головой из стороны сторону. При этом выглядит абсолютно спокойным и счастливым, а я молча смотрю в окно. Стараюсь не думать о том, что он так же возил, а может и возит, шалаву-Мариночку.

Потому что если об этом думать, то градус моментально подскакивает, в венах закипает кровь и ничего кроме желания устроить скандал и вывести этого вруна на чистую воду не остается.

Я не хочу скандал. Я хочу просто пережить все это и сохранить наш брак.

Мне сложно. Первый порыв, после того как Саша рассказал мне правду о том, как мой муженек подрабатывает личным водителем на бедной хроменькой коллеги — четвертовать. Всех. Развестись, выкинуть в окно его шмотье и сжечь все общие фотографии. Завести в отместку мужика, а лучше трех.

Прямо по самой грани прошла. Еще чуть-чуть и рвануло бы так, что от нашей семейной жизни камня на камне бы не осталось. Спасла Алиса. Ей удалось погасить мой вулкан и настроить на конструктивный лад.

— Нужен тебе Леша?

— Нужен!

— Зачем?

— В каком смысле зачем?

— Кир, главный вопрос всегда, когда принимаешь решение, это «зачем?».

— Люблю я его. Вот зачем.

— Но хочешь без боя отдать его этой пиявке?

— Не хочу!

— Тогда истерику убирай и включай мозги

Включить мозги, когда адреналин хлещет через край, оказалось самым сложным. Сердце металось, давилось от обиды, захлебывалось ревностью и не поддавалось на уговоры.

Если бы подруги рядом не было, я бы сорвалась. Дипломат из меня так себе — я бы высказала ему все в глаза. Прямо, жестко, как умею. Рассказала бы про детектива, которого наняла чтобы следить за ним, и ничем хорошим бы это не закончилось.

Однако я все еще надеюсь на счастливое разрешение этой убийственной ситуации. Поэтому на мне красивое платье, стильные украшения и спокойная улыбка.

— Всегда держи лицо, Кирюш, — еще одно наставление Алисы, — ты самодостаточная, красивая и уверенная в себе. Не опускайся до уровня базарных скандалов. Если хочешь бросить — бросай красиво, так чтобы он всю жизнь этот момент вспоминал и жалел об упущенном. Чтобы помнил твой снисходительный прощальный взгляд и гордую спину, а не перекошенный рот и выпученные глаза. Хочешь остаться — и подавно никаких базаров.

Я хочу остаться. Тем более, если верить моим источникам, а я им верю, ничего криминального пока не произошло. Все на стадии флирта. Подумаешь, флирт, ерунда какая… с кем ни бывает. Я его сейчас придушу на хрен!

— Кирюш, ты чего какая сумрачная в последние дни? — спрашивает Леша, не догадываясь о том, как близко к раю пропасти мы балансируем. И что именно он подталкивает нас к бездне.

Оборачиваюсь к нему и долго задумчиво рассматриваю.

Просто флирт…Просто помощь коллеге… Просто не думать, где достать ружье…

— Что? — хмурится.

— Хороший ты у меня, — выдаю без тени улыбки.

Он напрягается от моего тона.

— Что-то не так?

Все так, любимый. Все замечательно. Просто флирт…

— Нет. Просто вспомнила, вот у Михалыча в том году серебряная свадьба была. Как думаешь, мы столько протянем?

— Так звучит, будто ты из последних сил тянешь лямку нашей семейной жизни, — смеется муж.

О том, как он близок к истине в последние дни, я не говорю. Только рассеянно улыбаюсь:

— И все-такие?

— Куда ж ты от меня денешься, Кирюш? — одной рукой сжимает мою ладонь, второй крутит руль, — ты ж помнишь? Вместе и навсегда.

— Вместе и навсегда, — повторяю за ним словно эхо, стараясь не замечать, как ломит между ребер, — и никакого обмана?

— И никакого обмана, — врет он, не моргнув глазом.

В этот момент мне очень хочется перегнуться на заднее сиденье, взять розы и отхлестать ими по бесстыжей морде.

* * *

— Алексей! — хозяин тепло пожимает руку моему мужу, потом оборачивается ко мне, — Кирюша! Ты, как всегда, просто королева.

— Так-так, — из дома выходит его жена Галина. Ей сегодня пятьдесят, но она выглядит так, что половина тридцатилетних от зависти подавятся, — не успела я отвернуться, как ты королеву себе нашел?

— Так это же Кира. Конечно, она королева. Зато ты у меня богиня. — он берет ее за руку, сплетая пальцы.

Простой жест, но такой искренний, что ни у кого не возникнет сомнений — эти двое любят и уважают друг друга не смотря на прожитые вместе года.

Мне хочется, чтобы Леша тоже взял меня за руку, но он уже занят тем, что тискает большого пушистого кота, вальяжно подошедшего к нам.

— Ну, что встали, как неродные. Проходите! Гости уже собираются.

Мы идем за хозяйкой за дом, туда, где у них стоит высокая беседка с зоной барбекю.

— Когда-нибудь, мы тоже купим дом, — уверенно произносит муж. — заведем баню, двух алабаев и трех детей.

Я аж давлюсь от неожиданности. Трех детей? Серьезно?

Смотрю на него — вроде не шутит.

— Сделаем большую площадку, поставим бассейн, рядом зона отдыха с шезлонгами и зонтиками. Что скажешь?

Я смущенно улыбаюсь, а сердечко внезапно заходится от непередаваемого ощущения теплоты и расцветающей надежды.

Он так уверенно говорит о нашем будущем, что с его слов в моей голове рождаются яркие картинки. И белокаменный дом с высокой крышей и уютной террасой, и банька — кажется, я даже чувствую тот особенный запах березовых дров, и плеск бассейна, и даже тех самых алабаев, виляющих обрубками хвостов.

Эта картинка очень притягательная и бьет в самое сердце, только не вяжется с тем, что муж врет насчет Марины. Может, и правда просто общение? Мимолетный флер, который порой вспыхивает между людьми. Я ведь тоже как-то ходила в кафе с бывшим одногруппником. Мы смеялись, вспоминали универские времена и прекрасно провели время. И я не сказала об этом мужу, потому что не посчитала это чем-то важным. Может, и у него так же?

Да. Я ищу оправдания. И да, мне чертовски сильно хочется их найти.

Праздник проходит в теплой непринужденной обстановке. Кроме нас приглашены еще четыре семейные пары, две сестры Галины и брат Михалыча. Их взрослый сын живет в другом городе и должен приехать через пару дней вместе с семьей.

Мужчины постепенно перебираются ближе к барбекю и начинаю решать глобальные вопросы прожарки стейков до нужной кондиции, а женщины остаются за столом. Обсуждают вкусные салаты, общих знакомых и новые косметические процедуры. Я активно общаюсь и наслаждаюсь этим общением, но в то же время начеку. Ненавязчиво наблюдаю за мужчинами, поджидая удобного момента. И когда Михалыч идет в дом, за какими-то приблудами для гриля я, хватаю со стола свой бокал и отправляюсь следом.

Не отдам я своего мужа никому. И дом из фантазий не отдам, и бассейн, и даже этих дурацких алабаев. Про детей молчу. Потому что моя самая заветная мечта — родить Березину двух сыновей и красавицу дочку. И ради этого я порву любого.

— Кирюш, ты чего? — удивляется Михалыч, когда я появляюсь на кухне.

— Лед закончился, — вру. У стола целый переносной холодильник с идеальными кусочками, — может найдется еще?

— Конечно, — кивает на морозильник, — не стесняйся, хозяйничай.

Я хозяйничаю: кладу несколько кубиков в стакан и перемешиваю соломинкой.

— Спасибо, — ненавязчиво усаживаюсь напротив и наблюдаю, как он ковыряется в ящике.

— Как дела на работе? — спрашивает, не оборачиваясь. От усердия даже кончик языка высунул.

— Хорошо. Бизнес потихоньку растет, клиенты довольны.

— Ты умница.

— Спасибо. А у вас поговаривают, проблемы…

— Нет проблем, — уверенно качает головой, — под нашим четким контролем все работает как часы.

— Слава богу, а то я уже нафантазировала, — беспечно замолкаю, увлеченная содержимым своего бокала — гоняю кубики, и как девочка мотаю ногами.

Крючок заброшен, и Михалыч будучи мужиком въедливым, не может его проигнорировать. Проходит минута, прежде чем он спрашивает:

— Что ты нафантазировала, если не секрет?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Да ерунда, — беспечно отмахиваюсь, — лучше расскажите, куда отдыхать поедете? У вас же тоже отпуск на носу.

Специально пудрю ему мозги. Пытаюсь сбить с толку, прекрасно зная, что не собьется. Не тот он человек, чтобы на пустое перескакивать, а важным пренебрегать.

— Да, как у Лехи твоего, на следующей неделе. Никуда не поедем. Сплошные гости. Так что с фантазиями?

Прячу улыбку. Попался.

— Да сорока на хвосте принесла, что у вас там цыпа завелась, на которую все начальство слюни пускает и позволяет творить, что угодно.

— Какая цыпа? — он, наконец, оборачивается. В глазах искреннее недоумение. Уж он-то точно Марину не замечает, в отличие от некоторых.

— Я ж откуда знаю, — с самым честным лицом развожу руками, — какая-то у вас там дурочка появилась, которая чуть сделку не сорвала, но ей ничего за это не было. Предпочли наказать всех, а не виновницу. Наверное, кому-то она очень сильно нравится, раз такое прощают.

Он хмурится.

— Была у нас на той неделе накладка, не спорю. Вовремя спохватились. И да, был серьезный разбор полетов. Все получили по заслугам, никаких обид.

— Да? — удивленно тру бровь, — а мне наоборот сказали, что коллектив очень осерчал. Потому что все старались, а какая-то бестолочь напортачила. Вместо того чтобы документами заниматься — убежала в салон, а потом свалила на других. И ничего ей за это не было.

Давай же, соображай. Вспоминай, какая курица документы не подготовила.

Хмурится еще сильнее.

— Народ у вас там сильно обиделся. Некоторые даже об увольнении подумывают.

— Если так, то почему никто ничего не сказал, не объяснил? Не попытался разобраться в ситуации, — растерянно произносит он, — почему все промолчали?

— Так побоялись. Поговаривают, что кто-то из руководства на эту пигалицу взгляд положил, вот и сбрасывает ее косяки на остальных. И если ее тронуть, то все — хана карьере. Никто не хочет будущим рисковать из-за какой-то пустышки.

— Ерунда какая-то.

— Абсолютно с вами согласна!

— А кто такое тебе сказал?

К этому вопросу я подготовилась заранее:

— Ой, Юляша — моя знакомая. Она с Леночкой дружит, а та общается с Дианой, которая у вас работала в том году. Может помните ее. И вот у нее там куча подруг осталась — кто-то из них и пожаловался.

Хорошая цепочка. Только этой Дианы в природе не существует.

— Ммм, — неопределенно мычит он.

— Да не берите в голову. Сплетницы те еще. Небось, не так услышали, не так поняли. Вот и додумали как смогли. Ну кто в самом деле, кто будет такую ненадежную сотрудницу держать при себе, да еще и в хороший сплоченный коллектив разлад вносить? Или шашни на работе крутить? Бред, — отмахиваюсь, как от сущей нелепицы, — Лучше идемте к гостям.

— Иди Кирюш, — он все еще хмурится, — а мне позвонить кое-кому надо.

Звони, Михалыч, звони. Ищи концы и наказывай того, кто на самом деле виноват. Я знаю, что он человек принципов и такого никому не спустит. Он сотрудников ценит и несправедливости не потерпит. И уж тем более не допустит, чтобы кто-то думал, будто к него есть интерес к какой-то левой девке.

— Кирочка, ты куда пропала? — спрашивает Галя, когда я возвращаюсь в беседку.

— За льдом ходила, — показываю запотевший стакан.

— Так вот же лед.

Я хлопаю себя по лбу:

— Вот же курица слепая.

Все смеются.

— Давайте, за хорошую память! — произносит одна из гостей.

— И за внимательность.

Все смеются. Я тоже улыбаюсь, особенно когда вижу, как возвращается Михалыч. Сердитый, собранный. Даже забыл то, зачем ходил в дом.