ГЛАВА 9, · в которой на поиски клада бросились все, да не все

Неприятности начались уже на этапе библиотеки. Нашли они нас в виде Вероники и Глеция, наших вечных врагов. Появившихся не вовремя, когда мы склонились над найденной картой и строили догадки, продвигая Люсю к правильной.

— А что тут у нас? — выхватил незамеченный нами вовремя Глеций у нас из-под носа карту. — Ух ты, карта клада! Вероника, глянь!

Этот недоумок привлек внимание всей библиотеки. Естественно, картой заинтересовались все. А наши доводы, что карта наша, так как нашли ее мы, были отвергнуты. Если она вывалилась из библиотечной книги, значит, она общая — посчитали алчные студенты.

Пришлось играть по новым правилам. Мы разделились на команды. Их было четыре. Наша с девчонками, в которую потом должны были войти наши мальчики. Вторая — во главе с Вероникой и Глецием, к которым присоединились еще несколько студентов. И остальные две сформировались из присутствующих.

Сделав магические копии карты на четыре команды, мы все разошлись, чтобы заняться поисками сокровищ. Я не сильно волновалась, потому что у нас была фора: мы-то в отличие от остальных точно знали, где зарыт клад. И должны успеть раньше всех.

Срочно вызвав ребят, я объяснила им проблему, и мы быстро принялись за дело. «Расшифровывать» карту пришлось в ускоренном режиме, все показали себя очень догадливыми и умными, словно ежедневно занимались кладоискательством.

Кантора я попросила примкнуть к команде Вероники и Глеция, чтобы держать под контролем ситуацию и задерживать и запутывать их по мере сил. Кантор для такой роли подходил, потому что Вероника была в него влюблена, из-за этого меня ненавидела и строила козни.

Мы выбежали на улицу и напоролись на мрачного магистра Сухариэриела, который остановил нас жестом и тяжелым взглядом обвел каждого. Мы сглотнули. Такой взгляд не предвещал ничего хорошего. И точно.

— Досифея и Кантор, со мной, — позвал он и пошел в противоположную от нужной нам сторону.

Мы с Кантором настороженно переглянулись.

— Э-э, магистр Сухариэриел, мы сейчас очень спешим, можно мы к вам попозже подойдем? — спросил Кантор, а я усиленно закивала.

Эльф обернулся.

— Нет, дорогие мои. У меня возникли срочные вопросы по фейолийи и ее почкам. Вам же даже ночью из-за нее не спалось, вот и мне теперь… больше ни о чем не думается. Пойдемте, пойдемте, — настоятельно позвал он нас с собой.

Мы переглянулись с ребятами, я махнула им рукой. Мол, справляйтесь сами, без нас. Я готова была и за Кантора ответить, он нужнее в команде противника, но магистр недвусмысленно дал понять, что спрос будет с обоих.

Эльф привел нас в свой кабинет декана в башне магии жизни и смерти. При подходе к башне эльф дотронулся до нее, и она обзавелась уродливым, вызывающим чувство напряжения и безотчетного ужаса рисунком в изломанных абстрактных линиях и кляксах^.[5]

— Это мое настроение сегодня, — отметил эльф, нагнетая обстановку.

Мы с Кантором переглянулись. Если речь пойдет о вчерашнем, то есть ночном происшествии, я провалюсь со стыда. Не знаю куда, но точно Куда-нибудь провалюсь. Уже с утра, как нахлынули воспоминания, чувство стыда накрыло с головой. Мы с соседками уставились друг на друга и дружно застонали.

— О нет, — закрыла лицо руками Алеора. — Скажи, что мне все это приснилось. Мы. Вломились. К магистру. В дом. О-о-о-о-о, а-а-а-а-а, — застонала она горько.

— Да, Алеора, мы сделали это, — мрачно подтвердила я.

Мы скрестили взгляды на Люсе. Упрекать попаданку в том, что это по ее вине все случилось, язык не поворачивался. Но все же, но все же…

— Девочки, простите, это я виновата, — правильно поняла наши взгляды соседка и сразу запросила прощения.

— Все виноваты, — отрезала я справедливо. — Нас никто не заставлял. Но как теперь смотреть эльфу в глаза? — мрачно задала я риторический вопрос. — Все, пить больше не будем. Ни-ни, — зареклась я.

— Зато какой он был… красивый… — Люся мечтательно прижала руки к груди. — Когда я б его в таком виде увидела? Девочки, я, кажется, влюбилась!

— Кажется? — уточнила я. — Нам так с первой нашей встречи кажется.

— Нет, я серьезно. То было еще не по-настоящему, просто восхищение. А сейчас я пропала.

Все, Люся витала в облаках. Я переглянулась с Алеорой, тяжело вздохнула.

— Ты поэтому вчера грустила? — спросила я Люсю.

— Да, вчера стало тоскливо, но сегодня я преисполнена любви, — кивнула она.

— А Мегакрут как же? — спросила Алеора.

Люся спустилась на бренную землю.

— А что Мегакрут? — проворчала она. — Я вижу его отношение и очень ценю, но я не люблю его. Согласна быть другом.

— Нужна ему твоя дружба, — фыркнула Алеора.

— Но что мне делать, если я не люблю его? — развела руками Люся. — Сердцу ведь не прикажешь.

— Но и магистр никогда не ответит на твои чувства! Какой смысл страдать? — заспорила Алеора.

— А ты, ты сама можешь заставить себя не любить кого-то? — запальчиво спросила Люся.

Алеора вспыхнула, засунула ноги в тапки и помчалась в ванную, тем самым прекратив спор. Люся вопросительно на меня посмотрела.

— Что-то не так?

— Не знаю. — Я задумчиво пожала плечами. — Не обращай внимания.

И вот сидим мы с Кантором напротив магистра, а он сверлит нас взглядом.

— Досифея, что ты знаешь о темных эльфах? — начал издалека магистр.

— Они могут выпить жизнь, — не на шутку испугалась я. К чему такой вопрос?

Сухариэриел блеснул глазами и ухмыльнулся, как будто ему понравился мой вариант ответа.

— Если говорить не о магии, а о физических особенностях, Досифея. И не разочаровывай меня хоть сейчас. Подумай.

Я сглотнула и еле слышно просипела:

— Темные эльфы видят ночью как днем, — вздохнула я и понурила голову.

— Да, Досифея. Почему принял участие в этом Кантор, я понимаю. Это его не оправдывает, но хотя бы мне понятно. О чем думала ваша женская компания в тот момент, мне неясно. Наказание вам я придумаю позже, но у нас есть проблема посерьезней. Мне нужен внятный рассказ о происшедшем, кто заходил в мой дом. Начни с начала.

Пока магистр выговаривал, я сидела, опустив голову и сгорая от стыда. На последних словах подняла голову. Он же правда не думает, что я кого-то выдам?

— Мы просто хотели забрать Люсину свечку, потому что она не удалась и Люся не хотела, чтобы вы потом ее ругали, даже про себя. Вы ведь понимаете, ей важно выглядеть в ваших глазах положительно? — И я выдала самую жалобную моську из своего арсенала.

— Понимаю. А также чувствую, как начинаю заводиться от мысли, что мы так и будем ходить вокруг да около. А когда я не в настроении, у меня разыгрывается фантазия. Очень хорошо придумываются изощренные наказания провинившимся студентам. — И эльф отбил нервную дробь костяшками пальцев по столу.

У-у, влипла так влипла. Нет, точно больше ни капли бальзама в рот, ни-ни. Научусь снимать стресс Рагнаровыми методами, упражнениями и тренировками.

— Магистр, может, вы скажете, что произошло? — вступился Кантор, переводя огонь на себя.

Эльф покрутил в руке кристалл связи, который лежал перед ним на столе, Словно раздумывал, отвечать или нет.

— У меня в комнате был василисуш. Он исчез.

Ох, вот это дела! Василисуши — магические животные, обитающие в лесах эльфов. Они питаются жизненной магией, которую эльфы дарят окружающей природе. Как они доподлинно выглядят, не знает, наверное, никто. Василисуши обладают магией иллюзии и могут принять вид любого животного, которого встречали в своей жизни.

Чем больше размер животного, тем больше им требовалось магии, поэтому они редко принимали вид какого-то крупного зверя. Чаще мелкого грызуна или вовсе насекомого. Но иногда, чтобы позабавиться и напугать кого-то или для сохранения своей жизни, могли перекинуться и в какого-то дикого хищника, который был им знаком.

Как у многих магических животных, характер у василисушей был не сахар. Если ты сразу не понял, что перед тобой василисуш, а не обычный заяц, к примеру, то понимал это из-за последствий от встречи с ним.

Василисуши любили плеваться, они накапливали слюну и выплевывали ее комок так, что она растекалась по жертве вязкой жижей. Но это еще полбеды. Слюна их красилась и на несколько суток оставляла цветные пятна на теле или одежде, смотря куда попадет. Никакими магическими средствами их не скрыть, так как сама их природа была магической. В общем, тот еще лапушка.

Но и это не все проблемы, что создавала встреча с василисушем. Со слюной василисуш как бы тебя помечал, и, пока следы от пятен не сходили сами собой, он был к тебе привязан магической нитью.

Он возводил тебя в ранг хозяина. Но хозяина без прав, с одними обязанностями. Василисуш находил тебя и начинал требовать заботы: еды, мягкой постели, ласки и магической подпитки. В общем, садился на голову в прямом и переносном смысле. Несмотря на то что свою магическую сущность он подпитывал магией, в облике выбранного зверя он любил полакомиться той же пищей, что и сам зверь, чей облик он принял. Причем обладал, мягко сказать, прожорливостью. И капризным характером. Если что не по его — плюнет, не посмотрит, что хозяин.

Обидеть василисуша нельзя — ни убить, ни прогнать. Он охранялся законом. Естественным путем они не размножались и были бесполыми существами, рождались же при каких-то магических феноменах. Такие всплески магии иногда бывают в природе — их называют магическими вспышками или затмениями, или когда происходят какие-то выбросы неестественным путем, как было, например, в пору того же Эпиштена при его опытах. Поэтому после такого магического феномена говорят: где-то василисуш родился.

Раньше им помогали феи и поддерживали постоянную численность их популяции, но после того как феи ушли, василисуши вырождаются, они стали редким, исчезающим видом на грани вымирания. А польза от них тоже есть. Их слюна, как ни странно, обладает полезными магическими свойствами и входит в состав многих зелий и ритуалов. Высоко ценится магами и стоит очень дорого.

Но в неволе василисуши тоже не живут. От хозяина они уходят, как только им надоедает сытая жизнь или что-то не понравится. Уйдет и не попрощается, превратится в жучка, и ни в какой клетке не удержишь. Да и нельзя их держать в неволе, подсудное дело, если узнают.

Единственные, кто с ними мог справиться, — темные эльфы. Они подчиняли магию василисуша своей. И главное, темные эльфы могли убрать последствия плевков василисушей, цветные пятна. Если хотели, конечно.

Теперь благодаря нам где-то по территории академии бродит неприкаянный василисуш. Впору хвататься за голову! Что я и сделала, выражая полное раскаяние и ужас от произошедшего.

— А отследить и поймать вы его не можете? — озабоченно спросил Кантор.

Он вряд ли встречался с василисушем, но при обучении студентам, конечно, рассказывали о магических животных. Впрочем, я хоть и бывала у эльфов, видела василисуша тоже издалека, и выглядел он тогда обычным зверем в барсучьем облике.

— Нет, пока он не даст о себе знать, — нахмурился магистр. — Но он умный и сейчас будет осторожен. На несколько дней затаится. Кто входил в мой дом и выпустил василисуша?

Делать было нечего, пришлось рассказывать, раз такая ситуация.

— Заходила одна только Люся. Взяла свечку и сразу вышла. Но она ничего не говорила о василисуше.

— А она о нем знает? — скептически поинтересовался эльф и поднял бровь.

— Нет, конечно. Она мало что знает о нашем мире. Но она не говорила, что встречала какую-то зверушку.

Впрочем, обратила бы внимание Люся на обычного котика, если там его встретила?

— Последний раз он был птицей. Канарейкой в клетке, радовал своим пением, — ответил магистр.

— Хм, вы думаете, что Люся могла выпустить его из клетки? — предположили мы с Кантором.

— Почему нет? Что мы, в конечном счете, знаем о попаданцах? Что у них в голове? Может, в их мире держать птиц в клетках преступление?

— Почему она тогда не сказала? Люся мне кажется простодушной девушкой, — ответила я.

— Ты так хорошо ее знаешь? — усомнился эльф.

— Нет, но…

— Но в конечном счете есть факты. Проникновение в мой дом и исчезновение василисуша.

— Это да, — согласилась я, почесывая макушку. — Я спрошу у нее. Не будем сразу ее обвинять. Василисуш мог принять и другой облик, когда увидел Люсю. А Люся оценить ситуацию не могла. Особенно в том состоянии, в котором мы находились, — со смущением сказала я и покраснела от снова нахлынувшего стыда.

Да я сама в том состоянии не смогла бы оценить ситуацию и василисуша бы не заметила, пока он в меня не плюнул.

— Но никаких пятен я на ней не заметила, — вступилась я за соседку по комнате.

— Это еще ни о чем не говорит, — отрезал эльф. — Но если он сделал ей привязку, скоро появится у вас.

— Ой, мамочки, — пискнула я непроизвольно и поймала веселый взгляд Кантора и злую усмешку эльфа.

Он еще поругал нас, почитал лекцию о поведении и последствиях необдуманных поступков, но понял, что бесполезно, и отпустил с миром. Наказав смотреть в оба и, если василисуш даст о себе знать, сообщить сразу ему.

— О наказании я еще подумаю. Когда настроение будет особенно плохим, — напоследок бросил он нам, чтобы мы не расслаблялись.

Мы виновато кивнули, скорбно вздохнули и поторопились покинуть кабинет магистра.

— Где будем искать наших? — нетерпеливо спросила я, как только мы вышли за дверь. — К месту клада сразу пойдем?

— Да, скорее всего, мы найдем их там, — кивнул Кантор.

Ему, как и мне, не терпелось присоединиться к друзьям, и было досадно, что такое приключение проходит без нашего участия.