ГЛАВА 10, · в которой непонятно, кто кого соблазняет

— Отойдемте, дира Мибалмарр, — официальным тоном попросил дракон, когда вернулся. Янтара я не видела.

Пошла за драконом, он отвел меня в сторонку, к окну.

— Дир Янтар во всем признался, — начал дураконище, и я тут же фыркнула.

— Я уже не ребенок, чтобы вестись на такое.

— А ведете себя именно так, — укорил он.

— А с чего вообще решили, что это мы? — прикинулась я дурочкой. — По магическому следу?

— Нет, — усмехнулся он. — Логика. Я уже о вас кое-что понял и навел справки.

— A-а, ознакомились с моим досье? — поинтересовалась я.

— Ознакомился, — кивнул Ашер-ящер. — С вами надо держать ухо востро.

— Да ладно вам, Ашер, это всего лишь невинная шутка, — отмахнулась я. — Хотели снизить градус официоза и пафоса. Посмотрите, как народ сразу повеселел. Мы с Янтаром каждый год так развлекаемся. И в прошлые разы шутки были не такие невинные.

— В прошлые годы не было меня. А сейчас за безопасность отвечаю я и хочу, чтобы мое дежурство прошло без происшествий. Я понятно выразился?

— Понятно, — кивнула я и облизнулась, хотелось пить и еще непонятно чего.

— Дуся, что с вами? Вы так странно на меня смотрите.

— Как?

— С аппетитом. Как на морковный воздух в ресторане. И что-то вас мотает и качает. Вы хорошо себя чувствуете?

— Не знаю… Не очень. В жар бросает. — Я вытерла лоб рукавом. Воспитанные диры так не делают, но когда пот струится со лба, как-то все равно.

Дракон подошел поближе и заглянул мне в правый глаз, расширив веки выпущенными когтями.

— Похоже на приворотно-возбуждающее зелье, — постановил он.

— Сейчас проверим, если вы мне покажетесь привлекательным, значит, это точно оно, — засмеялась я каким-то нервным неестественным смехом.

Я присмотрелась к дураконищу, взглянула в глаза, перевела взгляд ниже, на губы, на шею, к плечам. Улыбка сползла с лица.

— И правда приворотное. — Я в ужасе закрыла глаза.

Потому что дураконище показался мне вдруг очень привлекательным.

— При чем тут я? — удивился дракон. — Вы должны испытывать влечение к объекту, который вас приворожил. Давайте найдем его и сразу примете нейтрализатор.

— Вы не понимаете, — огрызнулась я. — Со мной все не так работает. Вы должны меня увезти отсюда, Ашер.

— Я? — со смешком поразился дракон. — С чего бы мне все бросать и нянчиться с тобой, Дуся?

— С того, дураконище, — разозлилась я, а он от услышанного эпитета покраснел глазами. — На меня не действуют приворотные. Это особенность моей наследственности. Такой эффект могли дать только принятые одновременно приворотное и нейтрализатор. И действует это как просто возбудитель. О-очень сильный возбудитель, — томно выдохнула я и тут же зажмурилась.

Это я не специально так, оно уже само, под воздействием зелья. Я же старалась пока себя сдерживать, как могла. О просто возбудителе я соврала, конечно, для выполнения своего плана. Приворотное я сделала на дракона.

Не я, конечно, а Алеора тайно приобрела у одного мага, подпольно торгующего и такими вот зельями. Только дракону об этом знать вовсе не следует.

— Если вы читали мое досье, то должны знать, откуда я это знаю. Должны знать мою историю.

Дракон мрачно кивнул.

— Поэтому мне опасно оставаться здесь. Мне опасно вообще находиться с кем-либо. И поэтому вы должны меня спасти.

— Да почему я-то? — возмутился дракон, пытаясь отпихнуть прижавшуюся к нему меня.

— Как почему? — возмутилась в ответ уже я. — Где ваша хваленая логика? Потому что вы единственный, кому я не нравлюсь!

Я вцепилась в него еще сильнее, прижимаясь всем телом. Потерлась бедрами о его бедра.

— Досифея! — рыкнул дракон, оглядываясь вокруг, не заметил ли кто сие непотребство. — Возьмите себя в руки!

— Не могу-у, — простонала я, получая удовольствие от прикосновения груди к жесткой ткани жилета дракона. — Это уже сильнее меня. Я о чем вам и толкую.

Я снова томно дыхнула ему в лицо, глядя на жесткую полоску губ дракона.

— Только вы и устоите, понимаете? У вас есть шанс, ни у кого нет.

Дракон все старался отпихнуть меня, придерживая сильной ручищей за локоть. Но чувствовалось, он уже сдавался, понимая, что я права.

— А если рассказать вашему отцу? — искал он все-таки пути отступления.

— Нет-нет, папенька не должен знать. Он будет очень переживать, я боюсь за его сердце.

— Может, тогда брату? — неуверенно произнес дракон.

— За что вы его так ненавидите? — упрекнула я дракона, потершись еще раз грудью и застонав от пронзившего удовольствия. — Зачем хотите до греха парня довести? Я же сейчас кого угодно соблазнять буду.

— Ох, дуся на мою голову, — буркнул дракон. — Поехали тогда.

Он поволок меня на выход в обход, чтобы нам никто не встретился по пути.

— Точно никакого лекарства от этого нет? — подозрительно покосился он в мою сторону, наблюдая как я ерзаю и призывно улыбаюсь на сиденье рабочей воздушной платформы, имевшейся у каждого стража.

— По-твоему, я сейчас наслаждаюсь этим? — возмутилась я. — Если бы было что-то, я бы бежала вперед тебя, чтобы с тобой в таком состоянии не находиться. Но любое зелье может дать непредвиденный эффект. В том числе и усиливающий, — напугала я на всякий случай.

— Куда уж больше, — ворчливо откликнулся и отвернулся от меня дракон.

— Куда мы летим? — спросила я.

— Ты же просилась ко мне. Вот и заглянешь в царские хоромы.

— Ты сам ее выбрал или от работы такие щедроты? — Я подняла бровь, оглядываясь в маленькой захламленной квартирке в не самом лучшем районе Бекигенга.

— Располагайся, как дома, но не забывай, что ты в гостях. — Дракон «радушно» повел рукой, обозревая пространство тесной комнаты, но на мой вопрос не ответил. — Пить тебе я больше ничего не предлагаю. Зато предлагаю лечь в кровать и поспать, пока не закончится действие зелья. Кстати, сколько оно длилось в прошлый раз?

— Всю ночь. И еще немного утром. — Я отвела взгляд. — Воды хочу. В горле пересохло.

Дракон кивнул на графин с водой на подносе на столе. Рядом стоял и простой хрустальный стакан.

— У нас самообслуживание, дуся. Не думай, что я тут буду вокруг тебя хлопотать.

У-у, морда коричневая! Какая же сволочь все-таки. Нет, надо, надо проучить его так, чтобы надолго запомнил.

Я взяла стакан, подошла к мойке, сполоснула.

— Значит, девушка в беде не вызывает в тебе желания ее защитить? — кокетливо проворковала я, пройдя обратно мимо и ненароком задев его игриво бедром. — Я думала, страж — твое призвание.

Я подошла к столу, на котором стоял графин, взяла его и начала наливать, изогнувшись и отклячив попу так, что она упиралась в пах дракону.

— Мм, Дуся, ты чего делаешь? — растерялся он.

— О пресветлые боги, — взмолилась я. — Ты реально не соображаешь? Я тебя соблазняю, дураконище! И не думай, что мне это нравится! — добавила я.

— Как ты меня назвала?! — взревел он. — И уже дважды! Я отшлепал бы тебя за такое. Да боюсь, что сейчас ты примешь это совсем не за наказание.

Почему-то при этом он не отодвинулся, а его тяжелая рука легла на мою ягодицу. Я поерзала, переступая ножками, и, дракон, ощутимо сжав мои бедра обеими руками, нашел в себе силы отодвинуться.

— Слушай, может, тебе Дрейка позвать? — хрипло сказал он. — Вы позанимаетесь этим в свое удовольствие, и все будут довольны.

— А потом я что с ним буду делать? — спросила, повернувшись к дракону.

— Да, это проблема. Замуж, как я понимаю, ты за него не собираешься, — хмыкнул он.

— Ни замуж, ни встречаться, ни давать какие-либо надежды, — покачала я головой. — Что это?

Встрепенулась я, услышав тихий звук, похожий на урчание или вибрацию.

— У тебя есть кошка? Кис-кис, — позвала я. — Хотя нет… этот звук идет от тебя.

Я снова прислушалась. Да, дракон издавал тихий урчащий звук.

— Драконы, когда возбуждены, вибрируют, не знала? — подал голос Ашшур.

— Нет, откуда? Я не была с драконом. Я вообще ни с кем не была… кроме одного раза, — поправилась я.

— Ну, теперь знаешь, — отвернулся ящер.

— Слушай! А может, это выход? — обрадовалась я. — Мы с тобой переспим и разойдемся как ни в чем не бывало.

— Нет, — отрезал дракон.

— Почему нет? Помнится, ты мне предлагал, — поддела я его.

— И мы оба с тобой понимали, что я тебя дразнил. — Дракон повернулся и серьезно посмотрел мне в глаза. — Попробуй поспать, Досифея. А я поработаю.

— И ни у меня, ни у тебя из этого ничего не выйдет. Ашшур… — Я приблизилась к нему вплотную, заметив панику во взгляде дракона, — это же выход, ты сам понимаешь. Мы ненавидим друг друга, но сейчас я изнываю от страсти к тебе, а ты хочешь меня.

Я обняла дракона за талию и облизнулась, он автоматически облизнулся в ответ. Ах, как я хочу почувствовать этот раздвоенный язычок у себя во рту. Ой, о чем это я думаю? Ах да…

— Мы проведем эту ночь и забудем об этом. Почему нет?

— Потому что ты сейчас не в себе, Досифея, — глухо сказал дракон, завороженно смотря на мои губы. — Ты ненавидишь меня, и, когда зелье пройдет, ты пожалеешь об этом.

— Да, я так же буду тебя ненавидеть, Ашшур. Потому что ненавижу я тебя здесь, — дотронулась до его лба, — и здесь, — положила руку ему на грудь в районе сердца. — Но это не значит, что я пожалею о страстной ночи, проведенной с тобой, если ты постараешься доставить мне удовольствие.

Я обхватила его руками за шею, погладив пальчиками ее сзади вверх-вниз. Вибрация стала слышнее. Дракон разорвал объятие.

— Это в тебе говорит зелье, Досифея.

Он отнес меня на кровать, уложил, прикрыв одеялом.

— Спи, Дуся, — грозно сказал он.

— Можно я хотя бы разденусь? — Я похлопала глазками.

— Нет! — рявкнул драконище и при этом громко завибрировал.

— А спать со шпильками в волосах? — Я обиженно выпятила нижнюю губку и прикусила.

— Да! — еще громче рявкнул ящер и подтянул мне одеяло до подбородка.

Сам сел за стол ко мне спиной и занялся бумагами.

— А-ах-х… о-ох-х… мм… — извивалась я на кровати.

— Что ты там делаешь? — усталым голосом спросил дракон.

— Пытаюсь удовлетворить саму себя, раз больше некому.

— О богиня… — простонал бедный ящер, уронив голову на руки. — Досифея, я же не железный…

— Да? Можно проверить? — обрадовалась я, подлетев к нему.

Пощупала. Он поднял голову и смотрел жалобным взглядом, мол, за что это на мою голову?

— Нет, Ашшур. — «Ш» в его имени я покатала на языке, и дракон отреагировал на это прикрытием век и громкой вибрацией. — Ты не железный. Ты — алмазный, — вынесла я свой вердикт.

— К сожалению, нет… — сдался дракон и усадил меня на колени лицом к себе.

Мы сидели, разглядывали друг друга, я нечаянно поерзала, за что тут же была крепко сжата сильными ручищами.

— Сиди смирно. — Драконище прислонился своим лбом к моему.

Я погладила его по голове. Жалко мне тебя, дракончик, но самую малость. Не надо было со мной связываться.

Провела пальцами по его маске с чешуйками. Они были мягкими и эластичными на ощупь.

Спустилась до ушей, которые привлекли меня с первого раза. Уши дракона стали моим фетишем. Я хотела их потрогать и поразглядывать с момента, как увидела. Наконец мне представилась эта возможность, и я собиралась ею воспользоваться.

Я уделила им самое пристальное внимание. Потрогала и каждый миллиметр ушек, и за ними, раз десять попросила раскрыть их.

Дракон вибрировал громче и громче. При этом дергаясь, когда я наглаживала между хрящиками.

— Щекотно, — пояснил Ашер-ящер. — Это место у нас очень чувствительное.

— Но приятно? — приставала я.

— О да… очень… — Он жмурился, и в желтых глазах играли языки оранжевого пламени.

Чтобы отвлечь меня от ушей, которыми я никак не могла наиграться, как ребенок, дорвавшийся до вожделенной игрушки, дракон спросил:

— Есть у драконов еще одна особенность. — Он вынул раздвоенный язык и проурчал: — Хочешь попробовать?

— Очень. — Я согласно приоткрыла губы.

И ахнула, когда дракон завладел моим ртом. Непередаваемые ощущения, усиленные эффектом возбуждающего зелья.

В поцелуях моя практика была намного больше, чем в постели. Намно-ого больше, если считать, что в интимных отношениях я была только с одним Кантором. А вот в поцелуях я считала себя знатоком. И уже имела возможность сравнивать и оценивать, что вот этот умеет целоваться, а этому надо практику подтянуть.

И до этого я считала, что самые сногсшибательные поцелуи были у Кайла. Ну и если быть откровенной с самой собой, то и у Кантора, но я списывала это на эффект от зелья. На трезвую голову я с ним не целовалась.

Но от того, что вытворял с моим ртом драконище, я испытала оргазм уже во время поцелуя. Когда своим раздвоенным языком он прошелся по моему. Я застонала и вцепилась в дракона, выдыхая ему в рот мои стоны. Он выпил их, утробно вибрируя, и эта вибрация теплом раздавалась по моему телу, заполняя внутри. Ах, как же приятно! Даже в фантазиях такого бы не придумала.

Он потянулся к моим волосам и молниеносно освободил мой пучок от шпилек, распустив волосы. Любовался на то, как они падают вниз. Мерцающее пламя в его глазах завораживало. А он зачарованно пальцами перебирал пряди.

Я уже намеренно поерзала на коленях дракона. Хотелось ощутить его желание, убедиться в нем, в том, что он хочет не меньше меня. Твердая выпуклость убеждала меня в этом. Дракон нетерпеливо рыкнул и помог мне ритмично подвигаться туда-сюда.

Покрывая лицо и шею поцелуями, Ашшур потянулся за крючками платья на спине. Невероятно нежно и не спеша расстегивал крючок за крючком, оголяя по кусочку кожи. От такой ласки возбуждение ударило волной внизу живота, скручивая и вызвав очередной гортанный с гон.

Дракон отреагировал нежным укусом в обнаженную ключицу. Я потянула платье за рукава, желая поскорее от него избавиться, но дракон недовольно рыкнул:

— Нетерпеливая моя.

Он провел рукой вдоль обнаженного участка спины по позвоночнику, вызвав спазм желания. Но мне не хотелось долгих нежностей, не сейчас. Была бы я в нормальном состоянии с нормальным партнером, тогда да. Сейчас же кожа стала так чувствительна, словно горела огнем. Который мне необходимо было потушить.

Все оказалось слишком: слишком чувствительно, слишком остро, слишком жгуче. Как изголодавшемуся путнику не до гурманства и изысканности блюд, так и мне сейчас нежные ласки не дарили удовлетворения, а сводили с ума. Меня не надо было распалять, я изнывала от желания и нетерпения.

Ашшур понял и помог скорее освободить грудь. Когда он наконец добрался до соска и потянул его губами, я громко вскрикнула и выгнулась, жалея, что мы еще в одежде и я не могу оседлать дракона. Сейчас я бы хотела совместить эти ощущения, наполненности внутри и ласки моей груди.

Дракон угадал мое желание и, продолжая терзать грудь умелыми, сводящими с ума ласками своим необычным языком, потянулся к ногам, приподнимая юбку, оглаживая руками ноги и задирая подол выше и выше, до самых бедер.