Глава 11. Анель

— Нужно нанести макияж.

— Я не педераст и не трансветит, чтобы краситься! — фыркнул босс.

— Послушай меня, Филиппок! — рассвирепела я.

— Что? — округлил глаза босс и хлопнул ресницами.

Босс оглядел меня с ног до головы и вдруг произнёс сладеньким голосочком:

— Значит, Филиппок…

Боже. Неужели я тоже иногда говорю так… как будто лью сахарную патоку в чьи-то уши?..

— Именно так ты называешь меня про себя и за глаза, да?.. — продолжал начальник.

— Ничего подобного! — попыталась отвертеться я, но было уже поздно.

Я села на кресло и вздохнула.

— Извини. Хм… Извините, Филипп Борисович.

— После такого близкого знакомства, — махнул женской ладошкой босс, — можешь называть меня просто Фил.

— Анель, — сказала я, словно представлялась впервые. — Только не называйте меня Аней. Терпеть не могу!..

— И в голову бы не пришло. Зачем портить такое красивое имя? — удивился босс. — И не выкай, идёт?.. Ситуация бредовая… Мягко говоря.

— Не понимаю, как могло такое произойти! — я всплеснула руками и по привычке сложила их на живот. Которого не было.

— Веди себя нормально! — посоветовал мне босс. — Я не размахиваю руками.

— Могу посоветовать тебе то же самое. Я не сижу, расставив ноги, словно рогатку. Подбери ноги, выпрями спину!..

Босс вздохнул, взглянул на своё отражение в зеркале и соизволил сесть, как женщина. Я решительно двинулась в его сторону с косметичкой.

— Ты меня не заставишь делать… это! — отпирался босс.

— Хорошо! Тогда и на встречу с представителями власти мы не пойдём! — не отставала я.

— Пойдём.

— Не-а. Во-первых, я не собираюсь выгуливать своё тело в непрезентабельном виде. Во-вторых, не знаю, какие делишки ты проворачиваешь. Так что нет.

— Анель!… — воскликнул босс. — Зачем тебе краситься?

— Чтобы выглядеть хорошо. Разве непонятно? Беременность — и без того не самое лёгкое время, а когда ещё и лицо бледное, так вообще жить не хочется! — пожаловалась я, передвигаясь в сторону босса с косметичкой в руках.

Он разгадал мой манёвр. Но было уже поздно. Я стояла около босса. И с самым решительным видом достала тушь для ресниц.

Филипп отодвинулся и спрятал лицо в ладонях.

— Зачем тебе краситься? — спросил он ещё раз.

— Я уже говорила, чтобы выглядеть хорошо!

— Ну, вот скажи, зачем тебе это надо? Ты и без того редкая красавица! — сказал босс.

Не успела я улыбнуться в ответ на его комплимент, как босс тут же ехидно добавил.

— Думаешь, совратить кого-то своей смазливой мордашкой? А как насчёт этого?

Босс показал пальцем на свой-мой живот.

— Кто-то прельстится?

Я вспылила. Чем больше я узнавала босса, тем меньше он мне нравился. Или он думает, что беременная девушка перестаёт быть девушкой?

Наверное, в глазах большинства мужчин беременные выглядят жутко непривлекательно. Инкубатор на ножках, бегемот…

Я расстроилась. Глаза жгло, в горле саднило. Но тело босса не желало плакать. Ни одной скупой мужской слезы так и не выкатилось.

— Сухарь! — пробормотала я. — И между прочим…

Я не знала, зачем я это сказала, но я выпалила.

— И между прочим, я крашусь не для того, чтобы соблазнить кого-то!.. У меня… у меня есть жених!..

— Поздравляю! — отозвался босс.

Филипп вырвал у меня из рук косметичку и зашвырнул её на кровать.

— Тем более вот это нам ни к чему.

— Встреча не состоится! — по слогам произнесла я, уткнувшись в экран смартфона.

— Состоится… Ещё как состоится.

— Допустим, состоится! — хмыкнула я. — Но даже если встреча состоится, я наговорю та-а-акого!.. Обо всех бонусах можешь забыть. Как и о прощении грешков…

— Шантажистка! — возмутился босс и обиженно надул губы, буркнув. — Ладно. Давай. Чего там…

Я польщённо улыбнулась.

— Совсем немного, — строго заявил босс.

А потом вдруг отобрал у меня тушь, заявив.

— А впрочем… Я сделаю это сам.

Филипп проигнорировал мои возмущения и прошёл в ванную комнату. Я пошла следом за ним. Не могла я доверить такое ответственное дело, как макияж, дилетанту. Босс встал у зеркала, воинственно открутил колпачок туши и… открыл рот.

— Фил! Тушью красят ресницы, а не губы.

— По-твоему я не знаю? — надменно спросил босс и чересчур резко поднёс кисточку к ресницам.

Мало того, что Филипп повесил на ресницах огромный комок туши, так ещё и в глаз угодил.

— Ааааа! — взвыл босс.

— Осторожнее, парень!.. Это мои глаза. И они мне нужны… Дай сюда, неумеха.

Босс покорился. То-то же… Через минут двадцать он похлопал глазами, посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся, заявив:

— Не вижу разницы!..

Что, совсем ослеп? Хоть бы похвалил работу, что ли? Я раздражённо дёрнула плечом, в очередной раз предложила боссу надеть пояс для беременных. Он, разумеется, отказался. Потом он взглянул на часы и присвистнул.

— Мы опаздываем!.. Какие вы, женщины, копуши!

Да, пока мы препирались и пытались собраться, время пролетело незаметно. Я машинально взяла свою сумочку, закинув на плечо. Потом я по привычке, не глядя, мазнула кисточкой с прозрачным блеском по губам. И вышла.

Филипп корячился в коридоре, держась руками за косяк. Он пытался надеть мои туфли.

— Это не туфли, — простонал он. — Это пыточный инструмент. Я не смогу. Можно я пойду босиком?..

— Исключено! — отрезала я и чтобы убедить босса в правильности своих слов, сказала. — Иначе встречу можно считать испорченной! Нет ничего хуже непрезентабельного вида.

А чтобы не мучить босса, я вынула из чемодана босоножки. Они были без каблука, на невысокой и очень устойчивой платформе. Босс быстро обулся, закинул ремень моей сумочки на плечо. Потом он посмотрел на циферблат часов на моём запястье и начал подгонять меня, потому что мы уже опаздывали.