7. Глава, в которой я получила странное предложение

Фавианнет ушла в глубоко пожилом возрасте, оставив после себя десяток сыновей, одну дочь и целую толпу горюющих наложников, оставшихся без средств к существованию. Мы с Милевой пришли проводить нашу покровительницу в последний путь. Сам ритуал шел на территории павлинов, где ее тело, завернутое в саван, должны были сжечь со всеми почестями. Вокруг стояли представители клана — непривычно пестрые для такого печального мероприятия.

Овечка непрерывно всхлипывала. Да и у меня глаза были на мокром месте. Эта женщина помогла нам в самый темный период жизни, дала работу и поддержку.

А теперь ее больше нет.

— Как думаешь, — Милева стиснула мой локоть, — что там дальше? За всем этим огнем? Мы ведь не исчезаем навсегда?

Хороший вопрос. Я и сама гадала — есть ли что-то большее, чем забвение и пустота за границами смерти, но говорить об этом сейчас, когда подруга едва держится, было необдуманно жестоко.

— Мой народ верит, что мы перерождаемся и попадаем в место, где наши мечты станут явью, а близкие всегда будут рядом, — улыбнулась, обнимая дрожащую оборотницу за плечи. Она все же расплакалась. Вскоре огорченные мужья увели ее в шатер с алкоголем и закусками.

Пламя, разожженное специальной смесью, взвивалось к пасмурному небу фиолетовыми хвостами. Близость дождя совсем не радовала.

— Ты уверена, что хочешь досмотреть? — спросил Кориандр, поглаживая большим пальцем мое запястье.

— Угу. Я видела достаточно смертей. Это — лишь естественное завершение любого действия. Вспышка света, удар молнии, цветение бутонов. Ты рвешься вперед, пока не заканчивается твой запал.

— Какие-то слишком грустные мысли.

Он поднес мою ладонь к губам и осторожно поцеловал пальцы. Его взгляд не отрывался от моего лица. Я развернулась, утыкаясь в его ключицу, остро выпиравшую под кожей. Затылок тут же ободряюще накрыла рука лекаря.

— Просто не люблю затянутые церемонии, — буркнула. — Сомневаюсь, что старушка хотела, чтобы мы все кисли и распускали нюни.

— Очень верное замечание! Полностью согласен, — к нам подошел роскошно одетый мужчина с короткими фиолетовыми волосами. Один из внуков Фавианнет. Он только что давал распоряжения слугам, и я догадалась, что все это значит.

Надо поклониться.

— Отец-павлин, мои соболезнования, — на языке альраута прозвучало не слишком гладко, но я не придумала, как сформулировать это иначе.

— Просто Вираил. И я еще не вступил в должность, однако — вы правы. Бабушка никогда не любила фальшивые слезы и плохую актерскую игру, — Мне обаятельно улыбнулись, всем видом показывая, что к нам с Кори это не относится. — Скоро все закончится. У вас есть пара свободных минут, моя дорогая?

— Да, а что?

— Мы бы хотели огласить последнюю волю усопшей. Там есть вещи, затрагивающие лично вас, мать… э-э…

— Волчица, — подсказала я, понимая, что слово «человечка» звучит непонятно для местных.

— Иди, я подожду. Кажется, нескольким танцорам из вашей труппы стало плохо, — Лекарь встал на цыпочки и присмотрелся к толпе гостей. Кого-то как раз шумно тошнило. — О, вот и для меня дело нашлось. Вверяю жену в ваши руки!

Фиолетововолосый серьезно кивнул.

Мы пошли мимо горюющих и не очень родственников, близких друзей, растерянных любовников матери-павы. Череда белесых застывших лиц смазалась в пятно.

— Вы действительно опечалены, — сказал вдруг молодой глава клана. — Как и наша прима.

— Мы с Милли стали известны лишь благодаря вашей бабушке.

— Тогда многое становится понятным, — загадочно отозвался он. — Эй, Фир, иди сюда. Фиралис! Она готова выслушать наши условия, так что отведи госпожу Софию в сиреневую комнату и расскажи ей все, как мы планировали!

К нам приблизился еще один юноша. Этот был выше и как-то пластичнее.

Длинные лазурные волосы были собраны на затылке в пучок, открывая необычное лицо. Вытянутое, с изящным росчерком скул и прямой линией носа. Карие глаза, подведенные сурьмой, смотрели бесстрастно. Одет был юноша типично для павлинов — в пестрые шелка, закрывавшие плечи, руки и все ниже талии, но оставлявшие обнаженным подтянутый торс акробата с тугой линией мышц.

— Знакомьтесь, это мой старший брат, — Вираил преувеличенно воодушевленно толкнул подошедшего в плечо. — Единственный альфа в нашем клане, к слову!

— Прошу следовать за мной, дорогая гостья, — мне с достоинством поклонились.

Не воин, отнюдь не воин.

Но мягкая сила все же исходила от того, кого назвали Фиралисом.