Глава 16

Лежу, смотрю на василиска, нашептываю слова незамысловатой эльфийской песенки и грею спину о жар костра.

Незамысловатая песенка запоминалась легко. Эльфийский вообще-то не такой уж и простой язык. Хотя я его учила два года. И то потому, что барменом в одной из таверн, где я часто принимала заказы, был полуэльф. Он-то и научил меня этой песенке и еще паре-тройке фраз на эльфийском языке. А через пару лет мы и вовсе общались только на этом певучем, нежно-сладком наречии. Правда, он утверждал, что мое произношение режет слух, словно ногтями по грифельной доске… Но рад был и этому. Ведь все полуэльфы навеки изгнаны из Вечного леса и являются изгоями среди ушастых.

— Очнулась наконец-то…

Удивленно смотрю в васильковые глаза, чуть краснея от осознания того, что он слышал слова песни. А впрочем, вряд ли он что понял.

— Сколько времени прошло?

— Достаточно.

— Прости.

— Главное, что ты пришла в себя. Завтра днем выйдем к замку, а оттуда недалеко до башни.

— Сколько у меня осталось времени?

— Неделя, не больше. Если ты не коснешься камня, твоя голова отделится от тела.

— Конечно. — Кладу голову на скрещенные руки и задумчиво смотрю на него. — И все же ответь мне на один вопрос: почему я? Ты столько пережил, чтобы заставить выкрасть этот камень именно меня. Почему?

— А тебе не все равно? Нужна обязательно причина?

— Да нет, просто интересно. Кстати, ты ведь не расскажешь, зачем он тебе, этот камень?

— Нет.

— И как я его узнаю?

— Он серый и круглый, похож на обычный булыжник. Или гальку.

— Я поняла. Так ты скажешь, зачем он тебе?

Василиск закрыл глаза, его дыхание выровнялось. Я поняла, что разговор окончен. Пых сопел неподалеку, совершенно измученный за все то время, что я болела. Ну и хорошо. Пусть спит. А утром надо будет закончить это задание и постараться вернуться домой, в свою небольшую комнатку на чердаке. Только сейчас я поняла, что до смерти соскучилась по своей прежней жизни…