Глава 9.

Евгений

Я вчера признался в любви Алине, предложил жить вместе, а в ответ тишина. Вчера не придал значения, тому, что он промолчала, а сегодня мысли только и крутятся вокруг этого. Уже полчаса лежу и думаю. Алина спит, как ни в чем не бывало, завернулась в одеяло как в кокон, такая милая.

Смотрю на нее в упор, а она свернулась в позу эмбриона, лицом ко мне и спит.

Тихонько встаю и иду в душ. Что бы такое сделать, что бы выбросить все негативные мысли из головы. Как же раньше было просто, не испытываешь ничего к бабе и плевать, что она думает, что чувствует.

Все-таки интересно, любит ли она меня? Ну, или хоть симпатию испытываю?

Быстро приведя себя в порядок, возвращаясь в номер. Хочу разбудить свою спящую красавицу. А она-то уже и не спит, только выхожу из душа, как она прошмыгнула мимо меня в ванну. Ну, вот и накрылись мои планы по приятному пробуждению.

Пока Алина в душе, сходил в свой номер и принес ей платье на сегодняшний день, отбудем официальное мероприятие, и только вдвоем, только вместе, и так два дня. Я уже в предвкушении.

Алина возится в ванной, и у меня зародилось подозрение, что она там копается, чтобы не выходить, а время уже поджимает.

– Алина, нам пора уже. Я принес платье на сегодня. Я пойду к себе переоденусь, и буду ждать тебя, как обычно внизу,– говорю, стоя под дверью.

Раз не хочет выходить, пусть значит, успокоится. Может все действительно слишком быстро происходит, и она не готова. Не хочу ее пугать и торопить. Сколько раз мысленно говорил себе этого не делать, но все время забываю об этом, стоит нам только остаться вдвоем.

Ответа из ванной не последовало, и я выхожу из номера, намеренно громко хлопая дверью, что б моя матрешка в ванной точно услышала, что я ушел.

Спешу к себе и, переодевшись, тороплюсь в холл, но лучше б не торопился. Так как в холле меня уже поджидает Тихомиров.

– Здравствуй, Вьюжин, где спрятал своего секретаря?– ехидно улыбаясь, спрашивает он.

– Какое тебе дело Тихомиров?– злюсь я.

– Что ты так нервничаешь? Боишься, уведу у тебя красотку? – зубоскалит Тихомиров, ухмыляется, видя мою злость. Так надо взять себя в руки и не подавать повода Тихомирову глумиться надо мной.

– Алина, не из таких, что бы скакать от одного мужика к другому,– уверенно смотрю в глаза Тихомирову и уже спокойно отвечаю. Пусть видит, что я спокоен и уверен в себе и в Алине.

– Ну, это мы еще посмотрим,– ухмыляется, смотрит на вход в холл. А там моя матрешка в новом платье. Оно не совсем вечернее, от известного бренда, и сидит на Алине очень хорошо. Темно синего глубокого цвета, на запахе, под поясок. И достаточно строгое и в ресторан в таком можно. А как красиво и соблазнительно грудь в нем смотрелась, я аж забыл, как дышать.

– Вьюжин, ну и везунчик же ты,– с придыханием говорит Тихомиров,– вот скажи, где ты ее нашел? Там таких больше нет?

– Каких таких? – говорю и выдыхаю, потому, что только когда начал говорить, понял, что затаил дыхание. Моя матрешка идет в нашу сторону.

– Обалденных! Такая и в постели не даст заскучать и обедом накормит,– совсем тихо говорит Тихомиров, скорее озвучивая мысли в слух, а, не отвечая на мой вопрос.

Алина подходит к нам вежливо здоровается. Я предлагаю ей отставленный локоть, она берет меня под руку, и я увожу ее подальше от Тихомирова.

Надо поскорее ее приручить. У меня есть эти выходные, вернуться из Сочи мы должны парой, которая и живет вместе и будущее планирует тоже вместе. А то такие как Тихомиров вьются рядом, только отвернись.

Алина

Утром лежала и думала. Слышала, что Женя уже не спит, но почему-то хочу побыть сама с собой, поэтому усиленно прикидываюсь, что сплю.

Вчера он признался мне в любви, я была шокирована, что даже не подумала, что он, от меня может быть ждал ответа. Да, что там «может быть», однозначно ждал.

Но это все так быстро, я еще сама не поняла, что хочу и что чувствую, а уж признаваться, тем более не готова.

Слышу, что он ушел в душ. Вскакиваю, хочу уйти к себе в номер. Вот же черт, мы же в моем номере, не могу ж я к нему в номер сбежать.

Вот еще одна причина, почему я не хочу пока с ним жить вместе. Полное отсутствие самостоятельности, и возможности побыть одной. Вот захочу я побыть одна, и куда мне деться? Лучше какое-то время повременю с переездом. А может он и передумает. Вот чувствую, что торопимся.

Слышу, что вода в ванной выключилась, значит скоро выйдет. Приготовила косметичку, и готова проскочить в ванну, что бы меня не успели остановить или помешать. Будто стометровку приготовилась бежать.

Босс выходит из ванной, и я как мышка проскочила внутрь и сразу же закрыла дверь у него перед носом. У него аж лицо вытянулось от удивления.

Мы с ним здесь еще все выходные будем, как мне все это выдержать и не изменить своих решений?

Отсиживаюсь в ванной, уже и душ приняла и высушилась и накрасилась, а он все не уходит. Но вот слышу, стук ко мне в ванну и босс говорит:

– Алина, нам пора уже. Я принес платье на сегодня. Я пойду к себе переоденусь, и буду ждать тебя, как обычно внизу,– слышу, прильнув к двери ванны, а потом и громкий хлопок входной двери в номер. Выглядываю из ванны как воришка, одну голову высовываю, а то вдруг он специально хлопнул дверью, что бы выманить меня. Но начальник действительно ушел, а на кровати лежит платье.

Ох, платье просто шикарное, темного синего цвета, на запахе, ремешок, на груди заклепочка совершенно невидимая, что б не сверкать своим не маленьким размером груди на весь отель. Мне так нравится, что он так все продумывает, даже те вещи, о которых я даже и подумать не могла. Если таким мужчиной жить, будешь как за каменно стеной. А какие от него дети красивые будут. Т-а-а-а-к, гоним от себя эти мысли, нечего мечты мечтать, так не бывает, такие красавчики, женятся на себе подобных. Все гоним от себя розовые грезы. Эх, а так хочется поверить в сказку.

Одеваюсь, и прихорашиваюсь, как угадала, и прическа подходит, высокий тугой гладкий хвост. Образ идеальный. Выхожу в холл, а так босс стоит, беседует с Тихомировым, но видно, что разговор не очень-то приятный. Я направляюсь в их сторону. Здороваюсь максимально холодно и вежливо, босс предлагает мне отставленный локоть, и беру его под руку. Мы уходим от Тихомирова, но спина горит от его взгляда, аж не по себе становится. Вот же настырный, какой мужчина.

Мероприятие проходит на одном дыхании. Мы договариваемся о сотрудничестве с несколькими не большими компаниями, для которых эта выставка шанс показать себя и найти партнеров. Договоренности не окончательные и по прибытии в Москву решаем состыковаться в понедельник, оставляю наши контакты. Все-таки мы в более выигрышном положении, поэтому не стоит слишком показывать свою заинтересованность.

По окончании мероприятия устроители организовали не большой концерт, и я делаю вид своей полной заинтересованности. Босс молчит и не поднимает вчерашний разговор, помалкивает, но так многозначительно посматривает на меня.

Уже вечером после концерта, я ссылаюсь на головную боль и усталость.

– Я провожу тебя до номера,– говорит мне босс и ведет в сторону лифта.

– Не стоит утруждаться,– пытаюсь отделаться от шефа. Мне хочется побыть одной. Не знаю почему, но вот возникло такое желание, хотя с Женей мне очень хорошо, даже больше чем хорошо. А открыто сказать не могу, боюсь, что обижу его и испорчу все. И вот как теперь быть?

– Стоит,– жестко говорит босс и берет меня в железную хватку. – Алина, что происходит? – хочет понять мое странное поведение начальник.

– Ничего не происходит, просто плохо себя чувствую,– снова гну свою линию я.

– Хорошо, сегодня я сделаю вид, что поверил тебе, но завтра мы поговорим,– говорит мой босс. Его благодушное настроение куда-то пропало и передо мной уже прежний начальник, который делал мне замечания, гонял как сидорову козу по офису, и от взгляда которого я сжималась до состояния лилипута. Как же неприятно чувствовать на себе такой его взгляд. Вот и об этом тоже с ним нужно будет поговорить, главное, что бы он на меня так не смотрел завтра, иначе умру со страху. Передергиваю плечами, а Женя обнимает меня за плечи. Но мне совсем не нравится это сейчас, я повожу плечами, и начальник убирает руку, но т-а-а-а-к посмотрел, что я готова была свалиться в шахту лифта, и уползти от него как можно дальше.

Проводив меня до номера, босс тянется к моим губам в поцелуе. Но мне по- прежнему не по себе от его моментальной перемены, из влюбленного мужчину в босса-кровососа, и я отворачиваюсь.

– Доброй ночи,– говорю и закрываю дверь, но Женя удерживает ладонью дверь, довольно громко стукнув по ней.

От его взгляда у меня по спине ползут мурашки от страха. Ох, и тяжелый будет завтра разговор. Как представлю, становится не по себе, но отступать поздно. Нам нужно поговорить и немного обозначить границы наших отношений. Иначе я буду подчиненной не только на работе, но и в отношениях, а я так не хочу. Мне Женя очень нравится, но я боюсь. Очень боюсь.

– Доброй,– говорит начальник и порывисто разворачивается и уходит. Я прикрываю дверь и приживаюсь спиной к ней.

Вот же я влипла, по ходу от завтрашнего разговора решится вопрос не только с отношениями, но и с работой.

А она мне так нравилась, и зарплата устраивала и к начальнику уже привыкла.

Да, так привыкла, что уже переспала с ним. Вот же я дура.

Евгений.

Это что, твою мать, происходит. Я в ярости, я в гневе, готов рвать и метать. Меряю шагами свой номер, очень хочется разбить что-нибудь, а лучше кому-нибудь лиц. Например, упырю, Тихомирову. Именно после его не нужных откровений Алина начала морозится от меня.

Я перекрутил у себя в голове все, причины не знаю. Единственное, это если она пожалела о нашей связи и хочет открутить ситуацию назад, но не знает, как мне об этом сказать.

Лезу в мини бар, выгребаю все, ложусь на кровать в окружении мини бутылочек и поглощаю алкоголь без разбора, а у самого мысли роются в голове. Съедают меня изнутри, мне надо знать ответы, до утра я не протяну. С алкоголем покончено, и я неровной походкой отправляюсь к номеру Алины.

Замираю перед ее дверью, может до утра подождать? Нет, она ответит мне здесь и сейчас. Начинаю колошматить в ее дверь то кулаками, то ногой.

– Открывай!– кричу на весь коридор.

– Евгений Дмитриевич, это вы?– слышу робкое блеянье из-за двери.

– А ты кого-то еще ждешь, матрешка? Открывай!– ору на дверь, но Алина не спешит открывать мне дверь. Я снова колочу по двери. – Открывай, а то высажу ее к чертовой матери,– ору и ругаюсь.

– Евгений Дмитриевич, вы пьяны. Нам лучше завтра поговорить,– слышится еле слышно из-за двери.

– Алина, открой дверь, иначе я ее высажу. Я не шучу,– шиплю зло в дверь.

Из соседних номеров начали выглядывать люди, и недовольно косится на меня, но видя мое разъяренное лицо, ныряют обратно в номера. Скройтесь мыши!!!

Я последний раз стукаю ладонью дверь, и она отлетает и стукает стоявшую за ней Алину, которая от этого всего аж отлетает от двери. Вот же бля….!!!

Залетаю в номер и закрываю дверь, падаю перед Алиной на колени, пытаюсь рассмотреть, что я наделал. На Алине был гостиничный халат, лицо она прятала в руках. Я пытаюсь отнять ее руки от лица и вижу кровь на ее руках, вот же черт, я по ходу нос ей разбил. Вот я мудила, нахера спрашивается, стучал, завтра бы и поговорили, какого хера я поперся к ней ночью, еще и пьяный.

Я поднимаю ее с пола и веду в ванну, включаю ледяную воду, и она смывает кровь с рук. Кровь хлещет из носа, я несусь к холодильнику и мини бару. В морозильнике есть запас льда, вытряхиваю все из ледышници в полотенце, сворачиваю все в компресс и бегу снова к Алине в ванну. К слову, алкоголь из меня улетучился в миг, когда я видел, что стукнул Алину. Прикладываю компресс и веду девушку к кровати, укладываю на постель. Кровотечение остановилось, теперь нужно снять отек иначе завтра красота будет под обоими глазами.

– Алина, прости меня. Я не знал, что ты уже открываешь эту проклятую дверь,– говорю, а самому стыдно смотреть ей в глаза.

– А зачем вы пришли?– тихо говорит моя матрешка.

Я вскакиваю, начинаю судорожно бегать по номеру.

– Алина, пожалуйста, ответь, почему ты сегодня так себя вела? Ты жалеешь, да?– смотрю на Алину, а она открывает газа и смотрит на меня внимательно.

– Нет, я не жалела, ну по крайней мере, до сегодняшнего момента,– и криво улыбается.– Просто все так стремительно происходит, почему я должна тебе верить? Почему должна тебе доверять? – задает вопрос, который ставит меня в тупик.

– Ну, я…., у меня чувства к тебе,– растеряно отвечаю, совершенно не понимая ее вопроса.

– Женя, пойми меня, пожалуйста. Я боюсь, а вдруг я твоя прихоть, каприз. Ну, вот захотелось тебе ради разнообразия покувыркаться со мной, может тебе твои ухоженные красавицы с силиконовыми губами надоели и ты решил ради разнообразия, попробовать с пышкой секс,– тихо говорит Алина.

– Да, что ты такое говоришь? Да как ты можешь такое думать?– ошалело смотрю на Алину, я и не знал, что у нее такие мысли в голове.

– А что мне думать? Неделю назад я была для тебя толстухой, а сейчас красавицей называешь. Что мне после этого надо думать?– на эмоциях говорит Алина, а сама, всхлипывая плачет.

– Не плачь, моя хорошая. Не плачь пожалуйста,– я подхожу и обнимаю свою девушку. – Я дурак, я идиот, я тупица, что мог так когда-то говорить или думать, прости меня. Дай мне возможность доказать, не гони меня, не отстраняйся от меня. Я временем докажу, что мне можно верить. Прошу тебя.

– Хорошо, я не буду тебя гнать, но и ты не торопи меня. Не могу я так,– тихо говорит Алина. А я готов на любые условия, на что угодно, только бы мне дали шанс.

– Можно я с тобой буду сегодня ночевать?– спрашиваю у Алины с видом побитого щенка.

Она кивает, и я помогаю снять с нее халат, а сам раздеваюсь до трусов, ложусь с ней рядом.

– Как нос?– виновато спрашиваю я.

– Нормально, почти не болит,– тихо отвечает девушка. – Тут все растаяло,– говорит она, и я забираю полотенце, и отношу в ванну.

Возвращаюсь и ложусь к Алине, осторожно обнимаю ее.

– Можно?– спрашиваю у нее, имея в виду, что я обнимаю ее. Она кивает, и я очень осторожно и бережно притягиваю ее к себе, и дышу ей в затылок. Моя прелесть, последняя мысль, которая у меня мелькает, перед тем как заснуть.