23

Эвелин

Дверной звонок режет по ушам, словно острый кончик ножа, который небрежно полоснул по руке. Я застываю перед зеркалом и перевожу глаза на дверь. Слышу ещё один звонок и выдыхаю, откладывая расчёску.

Последний раз посмотрев на спящую дочь, я выхожу из комнаты, даже не размышляя о том, кто это может быть. Проходя мимо ванной, бросаю на нее быстрый взгляд, слыша оттуда шум воды. В горле создается твердый комок и я сглатываю его, ощущая нервозность, переходящую в россыпь мурашек по коже. Раян вернулся и скоро выйдет из ванной. Это знание приносит волнующие удары сердца и одновременно скручивает внутренности.

Достигнув двери, я даю себе время, чтобы успокоить мысли, и издаю длинный выдох. После этого щелкаю замком и тяну ее на себя. Глаза встречают очаровательную светловолосую незнакомку.

— Привет, — сразу же говорит она приятным и каким-то странно-наивным голосом, слегка поднимая краешки губ в улыбке. — Раян же здесь живёт, да?

Я хмурюсь.

— А вы кто?

— Я… Я просто, — девушка закусывает губу, запинаясь, и уводит глаза, выглядя неуверенной. — Я беременна.

— Прекрасно, поздравляю, — отвечаю на автомате, все ещё хмуря брови. — Только Раян здесь при чем?

Девушка ещё немного мнется и переступает с ноги на ногу. Нервничает, как кажется мне, но только до того момента, как ее глаза подводятся и я получаю из них резкий, неожиданный выстрел.

— Дело в том, что я беременна от Раяна, — твердо произносит мне в глаза с хитрым блеском, в два щелчка преображаясь, и переводит их за мою спину, зафиксировавшись в одной точке.

В уголке ее губ расплывается маленькая хитрая улыбка, а я вдруг понимаю, что у меня расплывается перед глазами. Чувствую, как тепло моментально уходит от моих щек, а тело костенеет. Губы размыкаются, но у меня не получается издать ни одного звука. Не знаю, что именно мной управляет, но в этот момент моя голова сама по себе дёргается назад и я вижу застывшего посреди гостиной Раяна, который неотрывно смотрит на нее с выражением глубокого шока, болезненно бледнея на глазах.

Секунды превращаются в ад.

Я не могу думать, не могу дышать, не могу двигаться. В голове создаётся вакуум, в ней рассасываются все связные мысли, там становится пусто.

Бледное выражение Раяна растворяется сквозь целую вечность и на нем пробивается что-то другое. Он недовольно хмурит брови и сжимает челюсть, а затем просто сдвигается с места и целеустремлённо движется вперёд. Хватает ручку двери и грубо захлопывает ее прямо перед ее носом.

Мой рот отвисает, а глаза впиваются в него.

— Что ты делаешь? — спрашиваю, чувствуя себя в какой-то прострации. — Эта девушка сказала мне, что беременна, — тяжёлый глоток и едва слышное: — От тебя.

Мой шок настолько сильный, что, кажется, я сама не осознаю до конца значение этих слов. Я знаю, что это обязательно случится позже, и они накроют меня мощной ударной волной.

— Чушь собачья, — твердо заявляет Раян.

Я поднимаю брови.

— Чушь собачья?

— Да, чушь собачья.

Раян неотрывно смотрит на меня, мы оба молчим. В его глазах бушует уверенность и гнев, в моих плавает туман.

Я делаю вдох-выдох, один раз, другой. Закрываю глаза и продолжаю дышать, стараясь вобрать, осознать все происходящее.

— Ты знаешь ее? — выговариваю едва слышно спустя долгую тишину, и не получая ответа, открываю глаза: — У тебя с ней что-то было?

Раян продолжает молчать. Сдвигается с места, возвращаясь, и садится на подколотник дивана, чуть сгорбившись. Запускает руку в волосы и сжимает их.

— Да, Эвелин, — наконец получаю тихий ответ.

— Да, это значит ты ее знаешь? — наивно переспрашиваю я, смотря на него так, словно не существует второго вопроса.

Раян дёргает кадыком, на миг прикрывает глаза. Отпускает волосы, вяло соскальзывая ладонью вниз, а затем поднимает вмиг осунувшееся лицо.

— Да, это ответ на оба вопроса.

Я шокированно открываю рот и моргаю, просто смотря на него. Мне кажется, что именно сейчас мое сердце должно было треснуть пополам, но вопреки этому ощущению ничего не происходит.

— У тебя с ней была связь, — начинаю спокойно подытоживать я, все ещё не осознавая всего масштаба услышанного. — И ты никогда не пользуешься защитой. А теперь она заявляет, что беременна, — я замолкаю, пока в моей голове не складывается пазл, и меня в один миг просто прорывает осознанием. — Господи! — из горла вырывается удушающий всхлип и я порывисто закрываю рот ладошкой, захлестываясь в припадке боли.

— Эвелин! — Раян оказывается рядом, хватает меня, крича, словно раненый зверь. — Эви, девочка моя, посмотри на меня!

Сжимает ладонями мои щеки и гладит, гладит, гладит, приближая к себе с умоляющим, на грани шепотом:

— Все не так, как тебе кажется. Пожалуйста, умоляю, просто выслушай меня.

Я обмякаю в его руках и смотрю, смотрю, смотрю. Тело само по себе разжимается, каждая мышца расслабляется, словно от действия успокоительного, но по сердцу вдруг проходится резкая, нежданная, режущая боль.

Я закрываю глаза, чувствуя бегущую по щеке слезу, за ней вторую, а затем неожиданно и сильно оттолкиваю его. Раян удивлённо отшатывается назад, а я кривлю губы в искаженной улыбке, посылая ему последний взгляд. Делаю резкий разворот, быстро засовываю ноги в балетки и одновременно выхватываю с вешалки куртку, ринувшись к выходу.

— Эви! — раздается отчаянный крик Раяна прямо перед тем, как я захлопываю перед его грудью дверь.

Разворачиваюсь и просто мчусь прочь, не видя перед собой дороги из-за слёз. Я чувствую, как моя жизнь рушится передо мной. Кирпичик за кирпичиком, она медленно падает, обрушиваясь на землю, рассыпается песком, оставляя мое сердце гореть в огне.

Сейчас я приду в себя. Сейчас я прогуляюсь, возьму себя в руки и вернусь обратно. Заберу свою девочку и уйду прочь. Сейчас мне станет легче. Мне обязательно полегчает.

Вот только шаг за шагом, но мне не легчает. Сердце горит, ноги наваливаются тяжестью, слезы текут рекой.

Мне больно, мне так больно, что хочется умереть.

Я иду вдоль трассы, вокруг ни единой души, ни одной машины. Я не знаю, куда меня ведут ноги. В какой-то момент слышу позади шум колес, но не реагирую. До тех пор, пока не осознаю, что автомобиль замедляется и начинает ехать с минимальной скоростью наравне со мной.

Я продолжаю игнорировать его и иду дальше, на ходу стирая слёзы. Со стороны раздается щелчок и боковое окно опускается вниз.

— Девушка, вы заблудились? — звучит обеспокоенный голос водителя.

Я качаю головой и упрямо молчу, даже не глядя на него. В ответ раздается мягкий смешок и шум опускающегося стекла.

— Бросьте, здесь до моста идти ещё километров пять, не меньше, — подмечает он. — Вам куда?

Я резко останавливаюсь и поворачиваюсь к нему. Наконец вижу его лицо, вполне обычное, мягкое, с карыми глазами и темными волосами.

Я не знаю, зачем, но я соглашаюсь. Возможно, мое отчаяние настолько сильное, что я не могу трезво мыслить. Сажусь на заднее сидение, выговариваю адрес и прижимаюсь к самому краешку, смотря в боковое окно.

Водитель больше не спрашивает ничего, набирает скорость и спокойно едет, ни разу не взглянув в зеркало заднего вида.

В какой-то момент меня пробирает осознание того, что у меня с собой нет ни денег, ни телефона. Ничего. Мое сердце начинает встревоженно биться и я с опаской бросаю взгляд на водителя. Он по прежнему спокойно двигается вперёд, не превышая скорость, и не пытается со мной заговорить. Я издаю длинный выдох и меня отпускает.

Спустя ещё несколько минут мы проезжаем мост и он сворачивает в нужном мне направлении. Подвозит меня прямо к подъезду и останавливается, не глуша мотор. Я благодарю его и выскальзываю из машины, не оборачиваясь. Кутаюсь сильнее в курточку и спешу к тяжёлой массивной двери.

Лифт едет медленно. Когда створки раскрываются, я мешкаю, начиная жалеть о своем решении. Проходит несколько секунд, створки начинают задвигаться обратно и это даёт мне толчок вперёд. Быстро проскальзываю сквозь них, успевая, и сворачиваю к нужной двери.

Поднимаю руку, зависнув на пару мгновений, а затем смело нажимаю на звонок. В ответ раздается тишина и, выждав ещё немного, я нажимаю на звонок ещё раз. Ответом вновь служит тишина.

Я разочарованно усмехаюсь и, стерев со щек горькие слёзы, которые продолжают падать, понимаю, что действительно зря. Я разворачиваюсь и поспешно ступаю прочь, когда дверь вдруг позади щелкает и с маленьким скрипом открывается.

— Эвелин? — раздается удивлённое мне в спину, и я вытягиваюсь, застывая, а затем медленно поворачиваясь обратно, встречаясь с беспокойными глазами Дориана.

P.S. История Дориана и Мелиссы доступна под названием "Заставь меня поверить".

* * *

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Дориан, помогая мне снять курточку. Вешает ее на крючок, а я прохожу вперед, отрешённо оглядывая гостиную. Взгляд останавливается на столике, где небрежно валяются старый журнал, полупустая пачка сигарет и зажигалка.

— Вы с Раяном поссорились? — долетает до меня вопрос Дориана, ощущаясь ближе. Я слышу его шаги позади и то, как он остановился.

Тянусь к зажигалке и задумчиво оглядываю ее. Раздается щелчок под моим пальцем и она вспыхивает синим огоньком. Я смотрю, как горит это маленькое пламя и понимаю, что мое сердце таким же щелчком выгорело дотла. Боль пропала, внутри царит полная пустота, апатия, опустошенность.

— Дориан, — я делаю маленький глоток и замолкаю, все ещё глядя на огонь. Мой голос сиплый, будто я сорвала его криком. — Что ты чувствовал, когда Мелисса увидела тебя с Кассандрой?

Имя его коллеги звучит, как выстрел изподтишка. Мелисса рассказала мне, что это была она.

Я продолжаю всматриваться в огонь, пока не понимаю, что в ответ звучит тишина. Ни единого слова, ни единого вдоха или движения.

Я отпускаю крючок и огонек пропадает, а затем через плечо разворачиваюсь к нему.

Дориан стоит передо мной с маленькой кривой улыбкой на лице. Он не выглядит удивлённым, или сбитым с толку, как будто вполне ожидал этого вопроса.

— Что я чувствовал? — спрашивает он. Улыбка пропадает, и его глаза впиваются в меня, передавая мне до мурашек знакомые чувства. — Я чувствовал, будто мой мир разрушился всего за одну секунду. Как будто я в один миг потерял всё, что было мне дорого.

Я невольно выпускаю вздох, размыкая губы. Нет, я ошибалась. Моя боль никуда не пропала. Сердце вновь воспаляется и горит, корчась в агонии, хотя внешне я остаюсь отрешенной.

— Почему ты ей изменил? — спрашиваю так тихо, потому что боюсь сама услышать ответ.

Дориан дёргает кадыком, а я затаиваю дыхание в долгом ожидании.

— Я не изменял ей и не собираюсь, — наконец твердо отвечает он.

Меня окутывает маленький шок.

— Что? — не понимаю я.

Дориан вздыхает и немного расслабляется, проводит рукой по волосам.

— Мелисса всегда прежде всего идёт на поводу эмоций, — ступает мимо меня и тянется к маленькой прямоугольной детали с овальными углами, которую я не заметила на столике. — То, что она видела, правда, но не более. Я дал повод Кассандре думать, что заинтересован в ней, только ради этого, — протягивает мне, и я опускаю на нее глаза, узнавая в ней настолько элементарную вещь.

— Флешка? — удивлённо спрашиваю я.

Дориан кивает.

— Я давно подозревал Кассандру. Решил провести собственное расследование и эта флешка стала весомым доказательством против нее, — делает паузу и тяжело выдыхает. — Она не на нашей стороне.

Я потрясенно смотрю на флешку, осознавая до конца услышанное, и подвожу глаза.

— Ты арестовал ее?

— Нет, — качает головой Дориан. — Она вовремя скрылась.

Я молчу, не пытаясь найти ответ. Дориан тоже и в какой-то момент я просто побежденно выдыхаю.

— Поговори с Мелиссой, — выдаю я неслышно.

Он горько улыбается.

— Как будто я не пытался. Она слушать ничего не желает.

— Попробуй ещё раз, — тяну уголки губ в безжизненной усмешке, потому что на большее я не способна. — Я уверена, она всё поймет.

Дориан не отвечает и я мешкаю, с выдохом опуская глаза на зажигалку в своей руке.

— Я наверное пойду, — проговариваю я, одновременно вкладывая в его ладонь зажигалку. Разворачиваюсь и просто иду к выходу.

— Эвелин, — зовёт Дориан и я останавливаюсь возле двери. Погружаюсь в длительное молчание и не двигаюсь, пока наконец слышу осторожное: — Раян изменил тебе?

Я медленно оглядываюсь через плечо, застывая на пару мгновений. Затем поворачиваю лицо вперёд и делаю ещё один шаг, оставляя вопрос без ответа. Дёргаю ручку и выхожу, захлопывая за собой дверь.

Вниз спускаюсь лестницей.

Слышу эхо своих шагов и едва чувствую биение сердца. Я опустошена, из меня будто одним толчком выпотрошили все живое.

Толкаю дверь подъезда и в лицо ударяет свежий воздух. Захлопываю ее и прислоняюсь спиной, закрываю глаза и утыкаюсь затылком, глубоко дыша. Раньше я не замечала, насколько это удивительная возможность, а теперь понимаю, что даже мое дыхание пресное. Слёзы вновь наворачиваются на глаза, но я смахиваю их, приказывая себе не плакать. Мне нужно взять себя в руки и вернуться за моей девочкой.

Цепляясь за последнюю мысль, я отталкиваюсь от двери и делаю шаг вперёд, но тут же осекаюсь, замечая, что что-то не так. Мой взгляд упирается в стоящий автомобиль и я с отрезвляющим толчком узнаю его. Серый Фольксваген, который подвозил меня, стоит на том же месте. Но… Почему он все ещё не уехал?

Как только эта мысль тревожно отбивается от стенок головы, я замечаю периферийным зрением отблеск движения. Я резко поворачиваю лицо и чувствую спазм по телу, видя того самого водителя.

— Кажется, мы так и не успели как следует познакомиться, — звучит голос с какими-то новыми металлическими нотками.

Мужчина выходит вперёд и я оцепенело смотрю на него, заторможенно осознавая, что происходит. В голове набатом начинает стучать слово "опасность" и сердце разгоняется до бешеной скорости, пуская электрический импульс по телу. Вскрикнув, я мигом срываюсь с места, но моя реакция слишком запоздалая, чтобы успеть. Чужие руки, словно холодные мерзкие щупальцы, охватывают меня и я в ужасе вскрикиваю, брыкаясь изо всех сил, пока не чувствую острую иглу, резко впившуюся мне в шею.

— Тшш… — последнее, что я слышу перед тем, как мое тело обмякает и сердце замедляется. С губ срывается изумленный вздох и я проваливаюсь в крепкий, неодолимый сон.