Глава 17

Странное ощущение, наверно, со мной такое впервые. Я хочу спать, но как бы я ни устала и ни принимала самые удобные позы, сон ко мне не шёл. Чем раньше усну, тем раньше встану. А сделать мне это не обходимо до того, как проснётся Дима. И злоупотреблять гостеприимством тоже не стоит.

В комнате стало довольно-таки прохладно, но под одеялом самое то. Поборов лень поднимаюсь с кровати, чтобы закрыть окно. Вряд ли захочется делать это ночью, когда мне станет холоднее.

Когда вновь возвращаюсь в кровать, телефон громко вибрирует и одновременно загорается его экран. Тяжело вздохнула, догадываюсь кто именно решил снова поиздеваться надо мной. Я заблокировала один номер, но не исключаю, что у него их несколько, тем более сейчас почти все телефоны двухсимочные.

Я ошиблась. Это не Дима, а Денис, которого слишком много за один вечер. Прислал какую-то фотографию, а затем подпись: *Поздравишь? *. Не открываю сообщение и даже не захожу в само приложение, чтобы не мелькнуть в онлайне. Догадываюсь, что его фото имеет прямое отношение к событиям получасовой давности.

В связи со своей профессией стараюсь ни только не употреблять мат, в принципе не ругаться, чтобы не выскочило в самый неудобный момент.

Но сейчас других слов нет! Какого хрена!? От него не было ни одного письма за два с лишним года, не интересовался мною от слова совсем. А сейчас вместо того, чтобы праздновать со своей командой и (внимание) женой, этот придурок пишет мне.

Однако, не стоит питать иллюзий или каких-то надежд. Хотя к чему они мне? Я давно спустилась с небес на землю, да к тому же мои чувства к нему испарились как прошлогодний снег. Уверена, что это просто попытка Данилькевича ткнуть меня носом в собственную никчёмность. Мол смотри чего я добился, а ты, училка, даже не смогла удержать такого успешного мачо рядом с собой. Завтра удалю, не читая. Игнор одна из самых обидных вещей на свете, пусть почувствует себя дураком. Наверняка, утром сам пожалеет о своём сообщении.

Спать хотелось по- прежнему, но ещё пуще уверенна, что уснуть теперь не удастся. Слишком много мыслей в голове.

Решаю немного почитать, рискуя совсем прогнать сон. Но для меня чтение — это погружение совсем в другой мир, возможность представить себя на месте героини, примерить другую роль. Хорошо отвлекает от насущных проблем. Выбор пал на книгу Джеймса Кейна "Почтальон всегда звонит дважды".Иногда параллельно читаю несколько книг, совсем не путаясь в их сюжете. Жаль, что много классических романов не экранизировано или же большинство датированы ещё началом прошлого века. Однако воображение даёт возможность самому выступит в качестве режиссёра.

Добралась уже до середины. Кейн очень хорошо показал до какого абсурда может довести страсть, алчность и самоуверенность. Проблемы человечества идентичны, все те же ошибки. Тут снова вылезает моя любовь к истории.

— Так и знал, что ты будешь ждать.

Вздрогнула, испугавшись не на шутку. Как Дима умудрилась так тихо войти? Неужели я настолько увлеклась, что оглохла на время.

Первая мысль — раздеваться не стоило. Мой внешний вид сейчас очень провокационен. Вряд ли получиться выгнать его, не вылезая из-под одеяла.

— Выйди.

— А то что?

— Ты удивишься тому, как громко я умею кричать.

Перевела взгляд на парня, несмотря на плохое освещение разглядела его улыбочку. Только сейчас дошло как двусмысленно прозвучала моя фраза. Я говорила о крике помощи, но сомневаюсь, что он подумал о том же.

— К чему эта ложная скромность? У нас уже был секс, поверь он тебе понравился. Ты одинока, я тоже. Почему нет? — он трезв по голосу уж точно. Но несёт такой бред, что невольно усомнишься.

Парни относятся к интиму проще, у них как правило больше партнёров и они никогда не против, будь то первое свидание или даже последнее. Но ЧТО? Поверить не могу в серьёзность его слов. Таких наглых ещё поискать, даже Денис на его фоне выглядит любителем.

— Ты что дурак? Или просто прикол такой? А-а-а, решил пополнить коллекцию домашнего видео? В любом случае рассчитывать тебе не на что.

Отвернулась, поплотнее заворачиваясь в одеяло. Думаю, даже самому тугодумному и упрямому человеку вполне станет ясно, что разговор окончен. Мне не нужно от него никакого извинения или оправдания, для этого уже поздновато. Необходим покой.

В тишине слышны только шаги, но к моему сожалению, они не удаляются, а, наоборот, приближаются.

— На каком языке с тобой разговаривать? Русский ты не понимаешь, — не выдерживаю и оборачиваюсь к нему.

Дима уже без футболки, не удивительно, что-то подобное я и ожидала увидеть.

— На языке тела лучше всего, — хрипло ответил он, продолжая снимать с себя одежду.

Почему я не ухожу? Тупо наблюдаю, никак не останавливаю его импровизированный стриптиз.

— Разве жесты не подходят под эту категорию. Казалось, я достаточно выразила свое — нет, вот таким вот способом, — снова демонтирую свой наманикюренный средний палец.

Удивительный все же человек, прёт как танк. Всё нипочем. Уже совсем рядом, на кровати, что заставляет внутри все сжаться то ли от страха, то ли от предвкушения.

Дима сложный человек, надо постараться, чтобы играть по его правилам, быть на уровне. Но он мужчина, а женщина по природе своей должна быть хитрее.

Вдруг от секса с ним я и впрямь получу удовольствие, в равной мере воспользуюсь им, как он мной. Что я от этого потеряю? Дима и так ни во что меня не ставит. Гордость или чувство самоуважения? Но себя ведь простить проще. И так ли будет заедать совесть, если попробую одновременно проучить парня и словить тот самый мифический, для меня, оргазм.

Сердце забилось быстрее, а воздух, будто стал гуще, сложнее заполняет лёгкие. Поверить не могу, что делаю это. И не во сне, а наяву собираюсь заняться с ним сексом. Причём так легко сдавшись его напору.

Не сопротивляюсь, когда стягивает с меня тот самый защитный слой в виде одеяла. Лежала и не шевелилась, прижав руки к подушке.

— Надеюсь, ты продержишься достаточно долго, — решила его подразнить. Нарочно. Уверена, мои слова повлияют на его мужское самолюбие, и он будет стараться не ударить в грязь лицом.

— С тобой я ничего не могу гарантировать, — звучит довольно-таки искренне, но меня не трогает, совсем.

Руки его скользят вверх бедрам с характерным шуршащим звуком ладоней по гладкой обнаженной коже. Задерживаются на боку, синхронно стягивая трусики с обеих сторон. Не знаю почему, но возбуждение моментально даёт о себе знать, такой сладкой тянущей болью внизу живота. Приподнимаюсь, чтобы помочь ему.

Та же участь постигла и майку, для этого мне пришлось поменять положение с лежачего на сидячее. Теперь я полностью обнажена, а на Диме все ещё надеты боксеры, что я в общем-то и спешу исправить. Помогает так же как и я ему до этого, и теперь мы равны перед друг другом.

Если бы мне кто-то сообщил, что вместо сопротивления в постели с врагом я буду проявлять инициативу, послала бы шута далеко и надолго.

Мне безумно хотелось, чтобы его обнаженное тело прижалось к моему, необходимо почувствовать его всей кожей. Желание тела, сейчас гораздо сильнее разума. Потакая ему провела ладонью по его груди, затем поползла вниз и когда добралась почти до паха, вновь вернулась к верхней части тела.

Дима безучастным остаться не пожелал, руки скользнули по моей талии. Его большие ладони казались обжигающими. Он проводил пальцами вверх так мучительно медленно, что захотелось накрыть его руки своим и ускорить процесс. Наконец, его ладони нашли мою грудь, приподняли ее, чуть сжали и начали массировать. Пальцы обхватили соски, и, не выдержав, шумно втянула в себя воздух.

Одна рука легла на моё плечо, легонько толкнула назад. Он хотел, чтобы я снова приняла лежачее положение, послушно исполню молчаливый приказ.

Сам парень все так же продолжал стоять на коленях по левую руку. Он нагнулся, расставив ладони с обеих сторон от меня и перенеся на них вес своего тела. Не для поцелуя, как мне показалась сначала.

Скользнул губами вниз по шее, до места, где начиналась грудь, и нежно ее прикусил — не так, чтобы оставить след, но достаточно, чтобы я почувствовала его зубы. Из моих губ вырвался тихий стон. Подняв голову, Дима посмотрел на и произнёс:

— Вытяни руки над головой.

Только сейчас поняла смысл его просьбы. Я вцепилась одной рукой ему в волосы, а с помощью другой вонзила ногти в плечо. И то и другое, наверняка, причиняло ему боль.

Снова послушная девочка, делаю так как велит мужчина. Губы опять нашли мою грудь, язык затрепетал вокруг соска — быстро, влажно, нестерпимо. Я прижалась сильнее, и его рот накрыл сосок целиком, начал его посасывать. Спустя секунд пять отпустил грудь, напоследок прихватив и потянув сосок зубами. Наступила очередь второй груди, на этот раз острее — я чувствовала зубы. Он слегка прикусывал, потом обводил языком сосок. Это было слишком для меня, моментально достигла свой пик возбуждения, между ног уже было так мокро, что для того чтобы это понять мне не требовалось проводить рукой по складкам. Я просто чувствовала, как из меня обильно вытекает природная смазка.

Положив ладони на внутреннюю поверхность моих бедер, Дима слегка развел мне ноги, достаточно широко, чтобы расположиться между ними. Скользнул пальцами вверх по ним, придвинув меня совсем близко к своему лицу. Прижавшись ко мне щекой, он языком провел по бедру влажную дорожку. У меня так сильно билось сердце, что дышать толком не получалось, или же я просто забывала это делать. По моему телу раскатывались приятные волны. Чувства были обострены до предела. Ощущение было настолько сильным и острым, что изливалось через край, а наслаждение — таким полным, что почти причиняло боль. У меня горела вся кожа, так, что к ней было больно прикасаться. Все тело ломило и знобило как при высокой температуре.

Дима слишком большой, поэтому не ложится на меня, а снова опирается на свои руки, ладонями сжимая мои, прочно фиксируя их над головой. Так крепко, что даже больно, но эта боль совсем не отрезвляет. Входит в меня медленно и долго, причиняя новую порцию боли, только теперь уже в промежности. Плата за длительное воздержание. Заполнив меня, он посмотрел мне в глаза.

— Больно?

— Терпимо, — тут же отвечаю ему.

Он скользнул дальше, оказывается вошёл не весь. Потом обратно, еще и еще раз, нежно, словно обеспечивая себе пространство. Потом его бедра нашли нужный ритм.

— Отпусти руки, — просьбу удалось только простонать.

Делает, как прошу, освобождая сначала одну потом другую. Я провела руками по его спине, ниже и обхватила ягодицы, подталкивая и направляя. Стоило мне вонзить ногти в гладкую упругую поверхность его напряженного тела, как он начал двигаться быстрее, сильнее, удерживая свой вес на руках. Я приподнимаю бедра навстречу его телу.

Это слишком, настолько хорошо, что аж плохо. Со мной такое впервые, ощущения пугающие. Я абсолютно себя не контролирую, казалось что вот- вот сойду с ума, окончательно снесёт крышу. Умоляю его остановиться. Я почти рыдала, когда произносила:

— Хватит, не могу, не умею. Это слишком… Не получится!

— Получится. Дыши чаще и сожми меня.

Стараюсь подстроить свое дыхание под его, делаю все, как он говорит.

— Ещё! — снова командует и я повинуюсь. — Продолжай пока не кончишь.

От его голоса и от слов, которые он мне говорит меня тут же накрывает мощнейшая волна оргазма, сотрясая тело крупной дрожью. Громкий крик вырывается из меня, который переходит в протяжный стон, когда его ладонь накрывает мой рот. Дима не двигается, остановился, продлевая моё удовольствие.

— Попробуешь ещё раз? — спрашивает, когда я более- менее прихожу в себя.

Разрываюсь между желанием испытать такое снова и сомнениями, что смогу выдержать нечто подобное опять.

— Хочу сверху.

Парень не спорит, тут же укладывается на спину.

Сажусь на него, вбирая член в себя. В такой позиции он ощущался ещё мощнее, слишком большой для меня. Снова небольшой дискомфорт. У него вырвался тихий стон, что определенно мне польстило.

Сначала я двигалась медленно, потом все быстрее. С силой вгоняла его в себя, быстро, глубоко, туго, так, что уже не могла понять — доставляет мне это удовольствие или причиняет боль.

Всё же во мне присутствует некая доля мазохизма, потому что волнами рос и приближался новый оргазм. Я чувствовала, что он заполняет меня, словно теплая вода вместо крови струится по венам. Я ощущала, как он крошечными спазмами переполняет меня. Руки Громова гладили моё тело, сначала талию, а затем поднялись на грудь. И прикосновения его рук в то время, когда я была верхом на нем, переходили все границы.

Дыхание Димы сбилось, он стал дышать чаще, и я поняла, что он тоже совсем близко.

— Подожди, — прошептала я. — Погоди…

Во мне взорвался оргазм, снова. Ничуть не уступавший первому, выгнув позвоночник и заставив закричать в голос. Касаясь всех нервных окончаний, словно каждая клеточка тела хотела сорваться в полет и оставить остальные далеко позади себя.

На этот раз себя пришла гораздо быстрее и тут же слезла с парня, воплощая задуманную месть в реальность.

— Какого хрена? Мне осталось пару секунд… — тут же послышался возмущенный голос, полный обиды.

Шатаясь, ноги ужасно дрожали, да и не только они, принялась натягивать на себя одежду.

— Спасибо, было классно, — только и ответила ему.

Желаю, чтобы этот придурок в полной мере ощутил, что значит быть использованным.

— Не спорю, но я как бы тоже хотел кончить.

— Это должно меня хоть как-то волновать? — безразлично спрашиваю.

— И что прикажешь мне с этим делать? — спрашивает, указывая ладонью на все ещё внушительный стояк. На что я только пожимаю плечами, давая понять, что мне совершено на это наплевать.

Тогда Дима начинает поглаживать его рукой, не сводя с меня пристального взгляда.

Да он тупо дрочит на уже полностью одетую меня. Что вызвало у меня приступ не контролируемого смеха.

— Блядь, сиськи хотя бы покажи, — ну требует, как маленький ребёнок. Такой он сейчас жалкий, все как я мечтала. Как легко управлять мужчиной, который думает только одним местом.

— Ты же хвастался отличной памятью на лица, думаю с грудью ситуациях та же. Просто представь сиськи, даже лучше если это будут не мои.

Взяв в руки свой телефон, направляюсь к выходу. Вряд ли получится выгнать его отсюда, поэтому решаю уйти самой. Посплю в гостиной на диване.

— В следующий раз я сначала позабочусь о себе, — прилетает мне в спину.

— Следующего раза не будет, — уверенно заявляю, оставляя последнее слово за собой