Глава 22

За меня никто никогда не дрался – повода не было. А сейчас подрались родные братья, и один из них – мой бывший муж. Глупо, но мне было приятно. Меня защитил Олег, вступился, не дал оскорбить. Оказывается, Матвей ревнует меня! Надо же! Мало ему одной Наташи. Не то тщеславие, не то чувство справедливости шевельнулось в моей душе. Олег прав – Матвей все еще волнует меня. Но уже совсем по-другому. Если случится чудо, он попросит у меня прощения, будет каяться, ползать у моих ног, осыплет подарками, я не вернусь к нему. Я злюсь на него, на Наташу. Но с Матвеем я быть больше не хочу. Перегорело. Даже представить себе не могу, что он снова прикоснется ко мне. Так почему же я продолжаю ревновать? Странное чувство – любовь. Уходит, но не отпускает. Продолжает мучить, терзает душу. На моей кухне снова было уютно. Шумел закипающий чайник, шипели на сковороде гренки. Их жарил Олег. А я нарезала сыр и колбасу, которые мы купили по дороге домой. Со стороны нас можно принять за счастливую супружескую пару. У Олега зазвонил мобильник. Он скосил глаза на экран и отключил звук. Перехватил мой взгляд: – Это мама. Сейчас начнет читать мне нотации. Похоже, уже увидела физиономию Матвея, – хмыкнул он. – Матвей всегда был ее любимчиком. – Почему? – я положила сыр на тарелку и поставила на стол. Достала чашки и баночку с апельсиновым джемом. – Младших чаще любят сильнее, – пожал он плечами. Синяк на его щеке приобрел зловещий багровый оттенок. – Тебе надо ко врачу, – заметила я. – Из-за этой ерунды? – вскинул он брови. – Подростком я постоянно дрался. И ребра ломал, и шишки набивал. А это всего лишь синяк. – Так ты был забиякой? – рассмеялась я. – Еще каким! Ни одна драка в гимназии без меня не обходилась. Может, поэтому мама и предпочитала мне тихого и вдумчивого Матвея. Он учился отлично, я едва наскребал на тройки. Меня дважды хотели отчислить, – не без гордости заявил Олег. – Но я всегда знал – оценки в жизни не главное. Заварила чай с липой. Врач сказала – мне это полезно. Сладковатый аромат разлился по кухне, наполняя ее воспоминаниями о начале уходящего лета. Снова зазвонил мобильник Олега. Он снова не ответил. Звонок повторился. – Прости, – виновато посмотрел на меня. – Мама не отстанет. – Конечно, ответь. Она за тебя тоже волнуется. – Может быть, – ироничная улыбка тронула тонкие губы Олега. Логично, что мать будет переживать за обоих сыновей, даже если отдает предпочтение младшему. Олег успел только поздороваться. Потом молча слушал, что говорит ему Татьяна Леонидовна. А говорила она долго. – Да, мама, я понял, – равнодушным голосом произнес Олег. – Да, я заеду к вам позже. Да, Наташе нельзя волноваться. Не поверишь, и Нике тоже. Он снова замолчал, слушая монолог матери. – Всего доброго, мама. Обязательно заеду. Часа через два. Раньше не получится. Широкая улыбка озарила лицо Олега. Он положил мобильник на край стола: – Моя мама умеет выносить мозг, – вздохнул он. – Гренки остыли, – с сожалением посмотрел на сковороду. – Они и остывшие вкусные, – я переложила румяные хрустящие кусочки хлеба на блюдо. Мы сидели за столом и пили липовый чай. Говорили о пустяках, вспоминали забавные истории из детства, проказы в школе. Я от души смеялась, слушая как хулиганил Олег. Странно, что раньше у нас с Олегом были такие натянутые отношения. Время летело быстро. – Тебе надо отдыхать, завтра на работу, – он сгрузил посуду в посудомойку. – Я сама уберу, – попыталась остановить его. – Мне не сложно, секундное дело. Удивительно, как такие мелочи радуют женщину. Вроде, и самой все это не сложно сделать. Тем более что хозяйство всегда было на мне. Матвей зарабатывал деньги, я следила за домом. Правда, и деньги тоже зарабатывала, хотя и не такие большие как муж. Потом все поменялось, авария перечеркнула прошлое, перевернула привычный уклад с ног на голову, а потом семейная жизнь вообще покатилась под откос и разбилась вдребезги. Закрыла за Олегом дверь и подошла к окну. Смотрела, как он идет через двор к автомобилю. Неожиданно Олег остановился и поднял голову. Увидел меня, помахал рукой. Уличный фонарь освещал его одинокую фигуру. Длинная тень лежала на тротуарных плитках. Неужели он почувствовал мой взгляд? Говорят, такое бывает… Автомобиль Олега помигал на прощание фарами, развернулся и выехал со двора. Я опустила штору, налила себе еще липового чая. Сегодня впервые за многие месяцы у меня на душе было тепло и спокойно. Так, как бывало, наверное, только в детстве, когда я гостила у бабушки. Беззаботно и хорошо, когда ни о чем не надо думать, еще нет никаких забот, а самая страшная проблема – приближающееся первое сентября, когда жутко не хочется в школу. Знать бы тогда, с чем предстоит столкнуться во взрослой жизни… Утром встала бодрой, с легкой головой и веселым сердцем. Развод я уже пережила, предательство мужа тоже переживу. Рано или поздно перелистну это страницу и забуду. Теперь я буду думать только о ребенке. Зачем мне терзать себя воспоминаниями о Матвее? У меня есть другие интересы. По дороге купила букетик мелких розовых хризантем. Их терпкий горьковатый полынный запах щекотал ноздри. Поставила цветы на рабочем столе – пусть радуют и веселят взгляд. Включила ноутбук, внесла правки и начала распечатывать документы. Принтер мерно жужжал, и начал выкидывать из нутра листы бумаги. – К тебе пришли, – голос руководительницы отдела застал меня врасплох. Я оторвалась от ноутбука и подняла взгляд. Посреди кабинета стояла Наташа, город выпятив живот и уперев руки в бока.