Глава 34

На душе осталась пустота. Я смотрела в окно. Снег перестал, опять лил холодный дождь. И по моим щекам текли слезы, тихие слезы расставания. Очень кстати позвонила мама. Я отвлеклась от печальных мыслей. Завтра родители приедут ко мне в гости. Мама очень переживает о том, как проходит моя беременность. Она измучила и себя и отца бесконечными вопросами и сомнениями. А не надо ли сменить врача? Может, лучше обратится в платную консультацию? Соблюдаю ли я режим? Почему я не хочу переехать к ним? Так было бы намного спокойнее всем и удобнее мне. Я улыбалась, разговаривая с мамой. Она так мечтает стать бабушкой! Бабушка получится из нее очень заботливая. Главное, вовремя останавливать порывы моей мамы, иначе она измучит своей активностью и себя, и всех вокруг. Утром снова пошел снег. Ехала на работу, постоянно попадая в пробки. Машины двигались медленно, крадучись. Стеклоочистители едва справлялись с липкими хлопьями, плотно ложившимися на лобовое стекло. Пока шла от стоянки до крыльца, превратилась в мокрую снежную бабу. Детям сейчас раздолье – играют в снежки по дороге в школу. Уселась за рабочее место, включила ноутбук. Галина Даниловна подошла ко мне: – У тебя ноги сухие? Не промочила? – Нет, все хорошо, я проверила, – благодарно улыбнулась начальнице. Как же мне повезло, что я работаю в таком дружном коллективе! – Следи за здоровьем, – она положила передо мной несколько листов бумаги. – Тут надо исправить. Клиент поменял условия. – Сейчас сделаю. – Все успеешь, не торопись. Дела делами, а самочувствие превыше всего, – коснулась Галина Даниловна моего плеча. Бездетная женщина, никогда не была замужем. Но сколько в ней понимания! Вечером пришли родители и мы отлично провели время. Мама принесла свои изумительные паровые котлеты из индейки и воздушное картофельное пюре. Она готовит намного лучше меня. Отец смотрел футбол, мы с мамой сидели на кухне. – Жаль, что Олег уезжает, – вздохнула она. – Единственный адекватный человек в этой семейке. – Дмитрий Витальевич тоже очень приятный и порядочный человек, – напомнила я маме. – Я мало общалась с ним. Его жена так ревностно следит за ним. – Отец у Олега очень хороший. – Ты сказала «отец у Олега», а не «отец у Матвея», – заметила мама. – Олег много сделал для тебя. Это неожиданно и благородно с его стороны. – Да, и я очень ценю его помощь и поддержку. – А квартира? Если он уедет, то кому продаст свою долю? Или вернет в семью? Отцу, например? Это был бы лучший вариант, – мама всегда строит предположения, смотрит на годы вперед и пытается рассчитать правильные действия. Жаль, не всегда получается. – Не знаю, я не интересовалась, – соврала маме. Иначе она опять начнет думать, как лучше поступить. Станет предлагать варианты. А мне совсем не хочется думать об этом. – Надо бы поинтересоваться. Осторожно и деликатно. Ты ему позвони в ближайшее время, проясни этот вопрос. Может, лучше квартиру продать? Так будет проще всем. А ты с ребенком пока поселишься у нас… Мама говорила, и говорила… А мои мысли были далеко. Я думала об Олеге, о том, что он уедет в ближайшее время. У него начнется другая жизнь. И у меня тоже. – Ты меня не слушаешь? – мама тронула меня за руку. – Слушаю, – кивнула я. – Я позвоню Олегу. И скажу, к какому решению мы придем. Если он не станет спешить с продажей квартиры, то и я не буду. Пусть все идет как идет. – Ты всегда все пускаешь на самотек, – вздохнула мама. – Вдруг он вздумает продавать квартиру, когда ты будешь в роддоме? – Не вздумает. Мы это уже обсудили. Он пообещал, что никаких неудобств я не испытаю. – Это хорошо, – немного успокоилась мама. – Но хотелось бы больше определенности. Моя мама заботится обо мне так, словно я ребенок, переживает за меня, дает советы, знает, как все сделать лучше. Я очень люблю родителей. Вот только опека мамы порой утомляет. Не хочется обижать ее, но и следовать ее указаниям я тоже не стану. Я – взрослая женщина. Скоро сама стану мамой. Только родители этого не понимают. – Матвею совсем не важно, что ты скоро родишь? Он не звонит, не интересуется? – поинтересовалась мама. – Ему совсем не важно, что ты скоро родишь? – У Матвея давно другая семья, – напомнила маме. – И нечем ему тут интересоваться. – Ты зря решила отказаться от алиментов, – вздохнула она. – Деньги лишними не будут. – Я не хочу, чтобы Матвей потом предъявлял права на ребенка. Нет, Матвей не звонит, и давай сменим тему разговора, – мне совершенно не хотелось говорить о бывшем муже. После расставания с Олегом я заблокировала номер Матвея и его матери. Жаль, что раньше этого не сделала. Номер Наташи давно у меня в черном списке. Надеюсь, если я и встречусь когда-нибудь с этой троицей, то только мимолетно. Но мои надежды не оправдались. Через несколько дней Матвей поджидал меня после работы у офиса. Он был слегка навеселе: – Ника, нам надо поговорить, – шагнул он ко мне. – Опять? Все уже сказано и не раз. Лучше не подходи, я обращусь в полицию. – Я не преследую тебя. Просто я скучаю по тебе. Я понял, что люблю только тебя. Не могу до тебя дозвониться. Я сегодня звонил тебе раз десять, если не больше. – Ты пьян, – я поспешила к машине. Ледяная жижа хлюпала под ногами. Дворник не успевал убирать ее. – Да, выпил немного. Мне плохо. Я знаю, что подло поступил с тобой. Прости. Я наделал ошибок… – Ты наделаешь их еще больше, если не оставишь меня в покое, – заверила я его. – Но я не могу без тебя… Я люблю тебя. Только тебя. Прости. Я без тебя не могу. Что может быть хуже пьяного мужчины, жалеющего себя? – Возьми такси и поезжай домой, – посоветовала Матвею. – Ты промокнешь и простудишься. Все-таки мне было жаль его. Чисто по-человечески. – Не приходи больше. И не пей. Это до добра не доведет…