11 глава

* КЛАРК *

Я уже не контролировал себя, мой внутренний зверь рвался наружу, рыча и снося все выстроенные мною барьеры и преграды, уничтожая всё хорошее, что могло бы сейчас меня остановить.

Но, сука, совсем не хотел останавливаться, не хотел запирать этого зверя обратно и брать всё под контроль. Нет, я покажу этой маленькой колдунье, как это играть с нами двумя.

– Сволочь, скотина, урод! Не смей ко мне прикасаться, а не то…

– Что? – схватил её за руки и прижал с силой к кровати, разводя их в сторону, продолжая своим весом удерживать под собою. – Будешь кричать? Так кричи. Ругаться? Так ты уже, и это безумно заводит.

Я решил продемонстрировать ей, как это меня заводит, как твёрдо стоит мой член. Немного поменял положение, так, чтобы нога Джинни оказалась между моих ног, и потерся своим выпирающим достоинством.

– Ну? Чего замерла?

Я был груб, голос мой дрожал, а мои руки сильнее сжимали её руки, прекрасно понимая, что возможно этим причиняю ей боль, но зеленоглазка в упор смотрела на меня, не произнося ни слова. Лишь её грудь высоко поднималась при каждом вдохе, чуть касаясь моей груди. Мои ярость, злость и возбуждение смешались в один необузданный коктейль, опьяняя ещё больше, но больше всего меня возбуждала она. Я хотел её сейчас, в эту минуту, в эту секунду. Сука, она меня реально заводит! И тут я понял, что у меня сорвало крышу.

Громко зарычав, набросился на Джинни с поцелуем, жёстко сминая её губы, кусая почти до крови, требуя своим языком, чтобы она их открыла для меня сейчас же, всё так же удерживая девушку за руки и давя своим весом. Ну, давай, зеленоглазка, сопротивляйся!

Но нет, девчонка выбрала технику подчинения, тихо лежала подо мною и принимала всё то, что я творю. Только глаза были широко раскрыты, то ли от страха, то ли от неожиданности.

Я немного ослабил свою ярость, но возбуждение никуда не делось. Я хотел её. И ничего мне сейчас не помешает, никто меня не остановит. А ты, моя маленькая колдунья, будешь стонать и хотеть меня, извиваясь и требуя большего, всё сделаю для этого. Мои руки разжались и отпустили её, а затем с жадностью набросились на это тело с мягкой, шелковой кожей.

О, да, зеленоглазка, как кстати, что на тебе так мало одежды. Быстро развязав парео, откинул его в сторону и позволил рукам гулять, гладить и ласкать такое желанное тело, не упуская каждой выпуклости, каждого сантиметра.

– Не надо…

– Надо. Молчи.

Я сам не узнал свой голос, он был низким, хриплым и полным похоти. Да похер, сейчас мне было плевать, как выгляжу со стороны, у меня была цель, и я достиг ее. Ничего больше не имеет значения.

Схватив Джинни за обе руки, завёл одной рукой ей за голову, а другой принялся расстегивать застежку лифа её купальника. Пальцы подрагивали, и только с третьей попытки мне удалось справиться с этой задачей. Откинув и его в сторону, невольно залюбовался открывшимися моему взгляду грудей, именно такими их и представлял.

Я не мог оторвать взгляд от этих идеальных полушарий, нежно розовых ореолов сосков, которые, как две жемчужины, торчали и манили попробовать их на вкус. Моя рука легла на одну грудь, и двумя пальцами стал ласкать, перекатывать и щипать коралловую горошинку, а второй груди достался мой рот. Я посасывал и прикусывал, вдыхая только её запах кожи, ощущая только её вкус.

Зеленоглазка уже не могла спокойно лежать и принимать всё, что с ней творил. Она непроизвольно выгнула спину, и я услышал долгожданный стон, стон возбуждения и желания. Оторвавшись от груди, проложил дорожку поцелуев к стройной шейке, добрался до мочки уха и слегка прикусил, вызвав тем самым ещё один вздох и бег мелких мурашек по её коже.

– Смотри на меня.

Джинни распахнула глаза и посмотрела прямо в мои. Да ты хочешь меня! Да, именно это я хотел увидеть. Да, именно этого я хотел добиться.

– Кларк, прошу, остановись…

Как-то неубедительно, детка. Я перевёл взгляд на её губы, они были слегка припухшими и приоткрытыми, такими соблазнительными и манящими. Снова накинулся на них, как голодавший год человек, и стал их целовать, посасывать, втягивать и вызывать ответную реакцию.

Видимо, ненадолго хватило моей зеленоглазке сил сопротивляться, и она сдалась, ответив мне таким же жарким и горячим поцелуем. Отпустил, освободил её руки, и они тут же обхватили меня за шею, притягивая ближе, гладя, перебирая волосы, спускаясь на плечи и спину. Я почувствовал, как Джинни неуверенно приподняла мою футболку в попытке её снять.

Оторвавшись на долю секунды, быстро стянул с себя майку и вернулся к ней, ласково поглаживая ноги, медленно поднимаясь к плавкам купальника, стремясь быстрее освободить Джинни от последней преграды, завладеть ей полностью. И вот мои пальцы проникли под резинку плавок, нежно поглаживая бугорок, центр её возбуждения, скользя по складочкам и без проблем проникая одним в тесное влагалище. Глаза Джинни от такого ещё больше расширились, и она попыталась сжать ноги, но я остановил, не дал и с удвоенной силой стал ласкать её, чтобы кроме удовольствия и похоти она ничего не чувствовала, чтобы хотела меня также, как хочу её я.

– Не закрывай глаза, смотри на меня.

Мне хотелось видеть, как возбуждение от моих ласк накрывает её, как мои пальцы внутри доводят её до пика и как эти глаза меняют свой цвет.

Эта пытка, блядская пытка для двоих. Вот зачем нас так мучаю? Голова гудела, шум в ушах стоял, как при взлёте самолёта, тело натянуто, как струна, а яйца сейчас просто лопнут.

Убрав руку, скинул остатки своей и её одежды и опять навис над Джинни. Мой член рвался к ней, в её узкую промежность, в её тепло. Раздвинув коленом ноги зеленоглазки, проведя рукой по внутренней части бедра, нежно придерживая за одну ногу, направил свой член в такую желанную точку, желанную глубину. Пульсирующая мысль быстрее начать не позволила мне быть нежным, я вошёл резко и на всю длину. А когда вдруг почувствовал преграду, а потом услышав громкий крик боли, понял, что произошло.

– Твою мать!

Этого не может быть! Но увидев слезы в глазах Джинни, понял, что это так и есть. Она была девственницей, целой… до меня. Я словно протрезвел, меня как ледяной водой окатили, и я во все глаза смотрел на неё.

Сука, что дальше? Да ничего, моё возбуждение никуда не делось, по-прежнему так же хотел её, мой пульсирующий член был внутри и настойчиво требовал продолжения.

– Прости…

Да, Донован, только это ты и можешь сейчас сказать. Я начал медленно двигать тазом, настолько аккуратно, насколько позволяло моё состояние. Мои губы вернулись к сладким губам, целуя уже нежно и мягко, обводя каждую языком, проникая в рот и исследуя его, заигрывая с её маленьким язычком.

Видит Бог, не хотел причинять боль, для меня это было совсем неприятным открытием, и теперь я хотел дать ей всё, чтобы Джинни забыла о боли и начала испытывать яркие, чувственные моменты в моих руках, чтобы она опять начала стонать и хотеть меня, а не лежать подо мной жертвой.

С каждой секундой мои ласки и поцелуи были настойчивее и требовательнее, я искал её эрогенные точки и, когда находил, получал в благодарность стон. С каждой лаской во мне поднималась безумная нежность, сменяющая ярость и злобу. Вот уже Джинни смелеет, и сама начинает меня целовать в ответ, её руки гуляют по моей спине, слегка царапая ноготками, от чего я начинаю потихоньку терять еле установленный контроль и двигаться быстрее.

Одной рукой обхватываю шейку зеленоглазки и приподнимаю её голову, припадаю к шее и покрываю мелкими поцелуями, а второй рукой нахожу её центр удовольствия и умело начинаю им играть, не прекращая при этом движения бёдрами, медленно выходя и также медленно погружаясь в её тесноту. Мои усилия не проходят даром, я вижу, как часто Джинни задышала, как напряглись все её мышцы, и как она начала в такт мне поддавать своей попкой.

Моя похоть рвётся наружу, ещё немного, и я могу закончить, но пытаюсь изо всех сил не потерять остатки самоконтроля, хочется довести эту колдунью до яркого оргазма, дать ей прочувствовать все прелести этого момента, чтобы она теперь кричала не от боли, а от удовольствия.

И вот он момент, Джинни закрывает глаза, всё её тело начинает конвульсивно содрогаться, а с уст срывается протяжный стон. Я чувствую, как её лоно крепко меня сжимает, и не успеваю, чёрт, как мальчишка с первым опытом, изливаюсь в бурном оргазме прямо в неё.

Тяжело дыша, падаю на зеленоглазку, упираясь ей в шею, не могу отдышаться, кровь и удары сердца шумят в ушах, а голова, как пьяная, ничего не соображаю.

Охренеть, такое со мной впервые. Лишь спустя некоторое время, прихожу в себя и скатываюсь с Джинни. Какого хрена я сейчас натворил? Осознание произошедшего накатывает, как цунами, и я со стоном откидываюсь на подушки рядом с ней.

– Кларк…

– Джинни, молчи.

– Но…

– Чёрт, молчи!

Сука. Я был опять зол, охренеть, как зол. Но на себя! Донован, ты мудак, который из-за своего члена готов на всё.

Джинни всхлипнула, и от этого звука мне стало ещё хуже. Только этого не хватало! Да, я не ангел, и она должна была понимать, что эти её игры могут так закончиться, что или я, или Мэт, кто-то из нас, точно её трахнул бы.

Да, чёрт, я виноват, нет, сука, мы оба виноваты, и не надо теперь слёзы лить. Я повернулся к Джинни и притянул её к себе, укладывая к себе на грудь и нежно поглаживая по голой спине. Надо дать ей время, успокоить. Но как? Я не знал. Чёрт, совсем не ожидал такого.

– Прости меня… Я не знал, – да, именно так, и не ждал от неё ничего в ответ, да и не хотел.

Высвободившись и взяв Джинни на руки, отнес в душ, где смыл с нас следы того, что произошло, стараясь не смотреть в её глаза. Зеленоглазка притихла, стояла и молча принимала то, что я делал. Как-то странно это выглядело, не привык к такому. Вернувшись вместе с ней к кровати, натянул на себя одежду и сел, обдумывая, что делать дальше, что говорить, но колдунья меня опередила.

Натянув купальник и парео, Джинни подошла ко мне и взяла меня за руку.

– Как бы то ни было… Спасибо.

Что? Спасибо? Я себя сейчас четвертую, а она говорит спасибо? Да кто ты, и из чего сделана?

Я был уже морально готов к слезам, упрекам, да, в конце концов, к пощечине, но никак не к этому. Видимо, все мои мысли гуляли по моему лицу, Джинни улыбнулась и, нагнувшись, с жадностью впилась в мои губы.

Я притянул её к себе, крепко сжал руками за талию и вернул поцелуй. Теперь она вела и, если бы вовремя не оторвалась, то опять завалил бы её на кровать и уже не выпускал до утра.

– Пойдём, нас будут искать, – я встал и взял её за руку.

Вместе мы вышли из номера и спустились в холл отеля. Абсолютно не хотел идти ко всем, видеть Мэта, что-то кому-то объяснять. Было безумное желание схватить Джинни в охапку и увезти туда, где будем только я и она.

Резко остановившись, притянул к себе, приблизив её лицо к своему, соединил наши лбы и на одном дыхании выложил всё, о чём только что думал.

– Поехали со мной, плевать на всех и на всё. Будь со мной, прошу.

– Я…

– Донован, а не охренел ли ты?! Что здесь происходит?