Глава 10. Из огня да в полымя

Эва не помнила себя от жгучей обиды.Выбежав из кабинета Артура, она чуть не расплакалась прямо там, в коридоре. Кое-как уговорила себя не показывать чувств на людях.Пока шла в раздевалку для персонала, в голове, будто мины, взрывались воспоминания всех тех мерзостей, которые ей наговорил Артур.Он ведь едва проституткой ее не обозвал! По его мнению, она только и делала, что кувыркалась со всеми подряд, и ребенок непонятно от кого. Хотя она ясно сказала, что уверена, кто отец. А он даже не предложил проверить. Что ему это стоило? Неужели вправду настолько равнодушен к своему потомству?Идя сегодня к Артуру, Эва надеялась на конструктивный разговор. И совсем не думала, что он может вот так нагло усомниться в ее порядочности. Кажется, он действительно не поверил в то, что является отцом ее ребенка, или в то, что этот ребенок в принципе есть, хотя она могла легко это доказать.Впрочем, Эва понимала, почему он не поверил. Просто потому, что ему так выгодно, вот и все.Глупая, на что она вообще надеялась? Ведь и раньше знала, что Артур Саркисян – тот еще гад и подлец. Иначе разве он так повел бы себя с ней после того, как переспал? А она еще надеялась на какие-то там чувства, отношения…Минут двадцать Эва просто сидела в углу раздевалки, баюкала раненное сердце.Костерила себя за глупость.Не надо было звонить ему, унижаться, о чем-то просить.А ведь Эва знала, кем он работает и какая у него примерно зарплата. Выделить ей небольшое ежемесячное содержание для него было бы раз плюнуть. Очень похоже, что он жлоб каких мало. От такого снега зимой не допросишься. Стопроцентно и ребенка не признает…«Что же мне теперь делать?» – все задавалась она одним и тем же вопросом.Слава богу, ночная смена закончена и можно идти домой.Отец еще вчера отправился в очередной рейс, и Эва очень надеялась не увидеть его дома в ближайшие недели. На радостях вчера наготовила себе вкусного – плов с курицей, овощной салат. Купила яблок, бананов.Сейчас придет, слопает порцию плова, и жизнь немного наладится.Живот буквально сводило от голода.Странный у нее организм, то тошнит по несколько часов к ряду, то, наоборот, хочется без остановки лопать. Беременность – то еще приключение.Однако стоило ей открыть дверь в квартиру, как она услышала громкий женский смех, раздававшийся из гостиной. Также увидела в прихожей обувь отца и заодно несколько пар чужих ботинок, в том числе женских.Неужели отец уже вернулся с рейса? Или его уволили?Она прошла в гостиную и обалдела.За столом сидело четверо мужчин, включая ее отца, и две женщины. Лица их уже окрасились хмелем. А ведь еще даже не полдень!Но главное, Эва увидела на столе всю ту еду, которую приготовила для себя – контейнеры с салатом и пловом. Все съедено почти подчистую. Даже фрукты – и те почти все слопали.Что называется, поела, отдохнула…В этот момент ее пробрала такая злость, что захотелось заорать матом.– Дочка, – тут же приметил ее отец. – Паршивый ты приготовила плов, есть невозможно.Эва смерила его диким взглядом и процедила:– Что ж ели, раз невозможно? Я устала и хочу спать. Вечеринка окончена!Сама не поняла, как осмелилась сказать такое.По вытянутому лицу отца поняла, что переступила грань. Его и без того красная физиономия теперь прямо-таки побагровела.– Ах ты, шаболда! Шлялась непонятно где всю ночь, а теперь еще отцу будешь указывать?Эву аж перемкнуло от такого высказывания.– Ты прекрасно знаешь, что я была на работе! Нигде не шлялась… Тебе великолепно известно, что я тружусь в ночную смену, чтобы заработать на те продукты, которые ты ешь!Эта ее фраза оказалась для отца последней каплей.Он подскочил с места так резво, что опрокинул стул, и тот с гулким стуком повалился на пол.– Ты как смеешь так со мной разговаривать? А ну, извинись! И пошла на кухню, приготовь хоть что-нибудь съедобное…Эва еще раз посмотрела на стол, на остатки любовно приготовленных ею блюд. И ее взяла такая горькая обида, что терпеть было уже невозможно.Она знала, что отца в принципе лучше не бесить, особенно если выпил. Но сегодня у нее будто сгорели все предохранители.– Я не буду ничего готовить! – заявила она с горящим взглядом. – И извиняться тоже не буду! Не за что!– Ах ты тварь…С этими словами отец ринулся к ней.До этого дня он никогда ее не бил.В детстве, бывало, шлепал за какой-нибудь проступок. Много орал на нее, это да, но физически не трогал. Поэтому того, что последовало дальше, Эва все-таки не ожидала.– Еще при друзьях меня будешь позорить, шельма… – прошипел он, нависая над ней.Потом резко вцепился в ее плечо левой рукой, большо сжал. А правой со всего размаха зарядил ей по лицу.В голове у Эвы зазвенело, но она устояла на ногах.С ошалевшим видом уставилась на родителя. Но тот ни на грамм не усовестился.– Надо было тебя в детстве ремнем пороть…Тут-то Эва и сообразила, что он выпил гораздо больше, чем показалось ей изначально. Во взгляде ни намека на адекватность.Очень сильно испугалась, увидев, как он вдруг потянул руку к ремню, попытался неуклюже его расстегнуть.Это что же он собрался делать?Ждать Эва не стала.Что есть силы пихнула его в грудь и побежала в прихожую. Уже успела сунуть ноги в кроссовки, когда отец прибежал следом. Эва рванулась к двери, успела чуть ее приоткрыть, когда он схватил ее сзади за шею.– Отпусти! – заверещала она.В этот момент приоткрытая дверь растворилась настежь.Эва обалдело уставилась на незваного гостя, который показался в дверном проеме.– Артур? – охнула она.Здоровенный, плечистый, в черной кожаной куртке, он занял собой весь проем.Отец тоже обалдел, завидев нового гостя, но жесткой хватки не разжал, по-прежнему больно впивался пальцами Эве в шею.– Отцепился от нее! Быстро! – гаркнул Саркисян и шагнул в прихожую без приглашения.«Как он тут очутился?» – охнула она про себя.