Глава 20. Куда она делась

Купив билет на поезд, Эва уселась на свободное место в зале ожидания ЖД вокзала.Поставила на соседнее сиденье свой рюкзак и старенькую дорожную сумку. Вещей с собой взяла немного – сменную одежду, куртку потеплее, обувь, какая была. А много у нее и нет. По крайней мере, такого, что стоило взять в новую жизнь.Еще сложила с собой купленные Артуром витамины для беременных. Ему они без надобности, а ей ой как пригодятся. Обратно все равно не сдаст, ведь в аптеках возврат не принимают. Эва решила, что хотя бы это он своему ребенку должен, пусть уже никогда его не признает.Вспомнив про Артура, она горько засопела, ущипнула себя за ногу, чтобы не разрыдаться прямо на вокзале. Еще чего не хватало. Не хотела сидеть с зареванным лицом, привлекать внимание людей.Ждать предстояло еще долго, а трястись в вагоне вообще почти двое суток, ведь путь ее лежал в далекий-предалекий Питер.У Эвы там жила тетя – двоюродная сестра мамы.Эва видела ее два раза в жизни. Еще маленькой, когда они с мамой ездили ее навестить, и в семнадцать лет, когда тетя приехала в Анапу со своим мужем и попросилась несколько дней пожить в их квартире, пока они на отдыхе. Видно, хотела сэкономить на жилье.Мама к тому времени давно отправилась в мир иной, а папа наотрез отказался пускать к себе родственницу. Эва тогда чувствовала себя гаже некуда из-за поступка отца. Она очень извинялась перед тетей, хотя ее личной вины не было.Тетя ее обняла, успокоила, сказала, что ничего страшного и они найдут на время отпуска другое жилье. А еще спросила – не хочет ли Эва поступать в Питере.На тот момент она уже успела подать документы в институт в Анапе, собиралась на заочное отделение. Ни о каком Питере и не мечтала. Рассказала тете о том, что собирается работать в рекламном бизнесе, что в Анапе развиваются туристические агентства, есть поле для деятельности.Тетя похвалила ее за стремление и обронила фразу, что если Эва все же решится учиться в Питере, то она поможет устроиться. Даже сказала, что у нее есть свободная комната. Оставила племяннице свой номер телефона и уехала.С тех пор они ни разу друг другу не позвонили.Эва сама не решалась беспокоить практически незнакомую ей женщину, а тетя не звонила тоже.Прошло больше четырех лет, и вот Эва решилась воспользоваться предложенной помощью. Она позвонила тете, но та оказалась недоступна. Однако Эва все равно решилась ехать. Рассудила просто – тетя когда-то да включит телефон, так? Кроме того, у нее был адрес.Вполне возможно, тетя не очень-то обрадуется появлению незваной гостьи. Но ведь не прогонит?Эва очень надеялась, что она тогда предложила ей поддержку не ради красного словца, хотя и не была до конца в этом уверена. Все же она женщина, так? Может быть, войдет в ее положение. А сама она не будет обузой, очень постарается быть полезной в хозяйстве, ведь все умеет.К тому же Эва не собиралась оставаться у тети на постоянку. Хотела попроситься пожить лишь первое время, пока не устроится.Питер – огромный город, ну неужели для маленькой Эвы там не найдется места? Горничные нужны везде, рекламных агентств там и подавно пруд пруди, а она – почти готовый специалист. Где-то да устроится.У Эвы было еще шесть месяцев до того, как родится малыш, и за это время она собиралась выгрызть у этого мира для себя работу получше и какой-то угол, пусть съемный.Безумная затея? Еще какая! Свалиться на голову родственнице, которую едва знаешь. К тому же в незнакомом городе.Кому-то это покажется глупым, да что там наверняка почти всем, кому расскажешь.Эва сама не знала, как решилась на подобное путешествие, но назад дороги уже не было.Здесь ее ничего не держало, да что там – даже ночевать этой ночью ей было бы уже негде.После того как Артур ткнул ей в нос отрицательным тестом на отцовство, она больше не видела смысла оставаться у него. Не стала ждать, когда прогонит, ушла сама.А в ушах так и стояли его слова: «Я должен поверить словам шлюхи?»Она для него – шлюха, и никто больше. Как после такого оставаться, на что-то надеяться?У Эвы до сих пор горели щеки от его слов.В тот момент ей стало так смертельно обидно, да к тому же стыдно, что хоть на стенку лезь.Шлюха и есть…Зачем она зашла в тот люкс? Ведь сразу поняла, что он ее туда просто заманил. Надо было сказать ему пару ласковых и уйти. Но вместо этого она позволила Артуру себя целовать, обнимать, а дальше и вовсе унести себя на кровать. Вот ни разу неудивительно, что после такого он считал ее легкодоступной.А все-таки его слова ее страшно задели. Скажи ей подобную гадость кто-то с улицы, и ухом бы не повела, а услышать такое от него…Нас больнее всего ранят те, кто нам небезразличен.А сколько раз ее так назвал отец, после того как она сообщила ему о беременности? Не счесть. Нагуляла, шаболда, как таких, как она, земля вообще носит? Ему, видите ли, стыдно, что у него такая дочь. Шлюха… Шлюха…Как оказалось, Артур считал ровно так же.А все-таки как несправедливо устроен мир!Почему если женщина ложится с мужчиной – ее поступок порицается. А если мужчина – то все как бы в порядке. Нечестно…Однако Эва понимала, что виновата во всем сама. Сама легла в постель к мужчине, даже не дождавшись, пока он за ней поухаживает. А потом зачем-то доверилась этому Саркисяну! Он ведь изначально показал ей свое истинное лицо, а она почему-то посчитала, что он и вправду поможет ей с ребенком. Глупость! Несусветная…Естественно, как только он ушел, после того как вручил ей результаты теста, она покидала немногочисленные вещи в рюкзак и пошла домой. Там не провела и пятнадцати минут. Быстро собрала что получше из вещей и поспешила в гостиницу, увольняться. Благо та располагалась в пяти минутах ходьбы от дома.Дальше на вокзал – и привет, Питер.Почему она уволилась? Да потому что понимала, что ей будет невыносимо каждый день сталкиваться там с Артуром. Видеть его ненависть, его мысли… ведь они у него по большей части всегда на лице написаны.Проклятый отрицательный тест! Как такое могло получиться?А она ведь просила Артура повторить тест, перепроверить результат, но, естественно, он отказался. Потому что в его глазах она недостойна никакого доверия. Он сказал ей о своем отношении словами через рот.Она и через миллион лет не забудет того страшного унижения, какое пережила в его квартире. Сердце до сих пор сжималось в болезненной судороге, стоило Эве вспомнить его лицо. Сколько в нем было презрения… Она такого не заслужила!После всего Эва больше не хотела оставаться в Анапе.Душа требовала уехать, попытаться начать все заново. Вот она и поедет в Питер.– Девушка, предъявите документы, пожалуйста, – ворвался в ее мысли незнакомый голос.Она подняла взгляд и увидела стоявшего перед ней полицейского. Высокий, усатый, он смотрел на нее изучающим взглядом, будто сканировал.Эва очень удивилась. Что-что, а внимание полиции до этого не привлекала ни разу. Девушка славянской внешности, скромно одетая, с нормальным поведением. Зачем сотруднику полиции к ней подходить?– Вы хотите увидеть мой паспорт? – спросила она чуть испуганно.Полицейский кивнул.Эва полезла в сумку, достала паспорт со вложенным в него билетом, показала.Усач впился в него взглядом, потом снова посмотрел на Эву и командирским тоном произнес:– Пройдемте со мной.Тут в ее животе поселился холодок.Эва нервно сглотнула, спросила:– А на каком основании?– Для проверки личности, – последовал совсем уж непонятный ответ.– Вы только что видели мой паспорт, – развела она руками.– Прошу вас проследовать со мной добровольно, в противном случае…Он не продолжил фразу, но сказал это с такой интонацией, что Эва поняла – лучше не спорить.Очень скоро она оказалась в какой-то коморке, где ее усадили на неудобный деревянный стул.– Может быть, хотите воды?– Нет, спасибо, – проговорила она, очень удивленная внезапной заботой.– Вам придется немного подождать.– Подождать чего? У меня поезд через час… – забеспокоилась она.– Сидите и ждите, – отрезал он, и уселся за свой стол, стал шелестеть какими-то бумажками, посматривать в экран монитора.Про Эву, кажется, и вовсе забыл!С каждой минутой Эва нервничала все больше и больше.Она просидела так почти полчаса, игнорируемая полицейским. Он не отвечал на ее вопросы. Вежливо, но твердо просил ждать.Неожиданно в дверь постучали.– Войдите, – сказал полицейский.На пороге кабинета показался Артур Саркисян собственной персоной.