Глава 19

19В груди какоето неприятное чувство засело. Свербит, вибрирует лишая внутреннего спокойствия.Ну и отлично! Пусть на все четыре стороны катится! — думаю я, а сама продолжаю сверлить взглядом закрытую дверь. Почему-то кажется, что она в любой момент распахнется, а там... он. Передумал.В дверь и правда стучат, заставляя меня вздрогнуть.— Кто там?— Служанка. Ваш спутник велел подать ужин и горячую воду.— Хорошо. Подавайте. Сначала воду. Ужин — через час, — отвечаю я, и через секунду слышу звук удаляющихся шагов. Снимаю с плеча сумку, и она с глухим стуком валится на пол. Еще раз осматриваю комнату каким-то бездумным взглядом.Не жди, значит. Спать ложись.Да с чего я вообще его ждать должна? Я ему не женушка. Да и теперь осознаю —окончательно и бесповоротно, что никогда не смогу ею стать. Как представлю нашу семейную жизнь, в которой он точно так же произносит эту фразу. Но уже в супружеской спальне.И врагу не пожелаешь.Служанка приносит горячую воду и наполняет бадью. Жду, когда девушка покинет комнату, и подпираю дверь стулом. Мало ли. Ключ-то у него тоже есть. После чего с наслаждением отмокаю.Мышцы расслабляются, а мысли возвращаются к нашей тренировке. Все же в обучении боевому мастерству у него нет равных. Он и раньше, при дворце, этим занимался. А сейчас навыки отточены многочисленными схватками. В этом плане мне повезло.Больше шансов выжить, если на меня снова нападут.Во время тренировки я вспотела, и теперь ожесточенно тру кожу, пока она не становится красной. Лопатка от прикосновения махровой ткани почему-то начинает зудеть. Ощупываю кожу, но она гладкая и ровная.Выжимаю волосы и выбираюсь из бадьи. В одном полотенце иду к зеркалу, оставляя влажные следы на полу. Поворачиваюсь спиной и пытаюсь рассмотреть спину в тусклом свете магического светильника.Кожа на лопатке покраснела, но, кажется, на ней что-то еще есть. Какие-то темные завитушки. Пытаюсь дотянуться пальцами и потрогать. Кожа чувствительная, как после ожога. Зудит.Странно это все. Может, это из-за моей магии? Ни разу не слышала, чтобы на теле какие-то рисунки появлялись. Снова пытаюсь воззвать к источнику силы внутри, но в ответ тишина. Только живот издает стон раненого кита.Ладно, доберусь до Сарендала, а дальше Его Величество наверняка выделит преподавателей, что помогут раскрыть дар. Заодно у них и спрошу.Остаток вечера проходит без сюрпризов. Служанка приносит ужин — довольно вкусный, к слову. Но мне почему-то кусок в горло не лезет. Непонятное чувство продолжает звенеть внутри, и я никак не могу подобрать ему определение. Ем через силу, а затем иду в кровать.Растягиваюсь на мягком матрасе и закрываю глаза. Засыпаю почти сразу —видимо, усталость сказывается. А просыпаюсь от ярких солнечных лучей, что мне в глаза светят. Недоуменно щурюсь.Внутри поднимается странная паника. Проспала? Меня тут кинули? С генералом что-то случилось?Пытаюсь выпутаться из одеяла, в которое я завернулась. Оно ощущается подозрительно тяжелым. И лишь спустя мгновение я понимаю почему. На мне чужая рука. И нога, перекинутая через мои ноги.Пока я барахтаюсь на мягком матрасе, пытаясь освободиться, с другой стороны кровати раздается недовольный мужской стон.— Ты всегда по утрам такая шебутная?— Что вы делаете в моей кровати? — возмущенно хриплю я. Мне наконец-то удается развернуться и посмотреть на генерала. Растянулся на боку, еще и меня под себя подмял, словно я подушка какая-то. Лежит без рубашки, в одних штанах. Между нами — слои одеяла, в которое я плотно завернута со всех сторон.Да, есть у меня такая привычка.— Это наша кровать, — поправляет он. Поднимает на меня взгляд золотых глаз, и в моей груди словно струна обрывается. Вся вчерашняя злость обжигает изнутри ярким пламенем.— Я не давала согласия спать на одной кровати! Вы поступили, как жалкий... вор!В его взгляде мелькает что-то недоброе, но меня уже не остановить. — Пробрались ночью.Я и глазом моргнуть не успеваю, как Дэлмар оказывается сверху, придавливая своим весом. Зажимает мой рот ладонью. Мой голос превращается в сдавленное мычание.— И что я у тебя украл, Алиса? Может быть, невинность?Мои глаза испуганно расширяются. Пытаюсь понять, а есть ли на мне что-то кроме одеяла. Кажется, платье, в котором я легла, на месте.— Вот и я о том же, — продолжает он. — Я учту, что ты не хочешь на одной кровати спать. В следующий раз скину тебя на пол.Возмущение с каждой секундой растет. Мотаю головой и каким-то чудом умудряюсь влиться зубами в его ладонь. Со всей силы сдавливаю. Дэлмар шипит сквозь зубы и убирает руку от моего лица. Выпрямляется и недоверчиво разглядывает красный след.— В следующий раз оставайтесь у своей очередной подруги на одну ночь. Или вас выпнули посреди ночи как пса?— Какой у тебя грязный рот, Алиса, — переводит взгляд на мои губы. Смотрит с непонятным выражением.— А у вас все грязное! Весь вы! Слезьте с меня!Он рассматривает себя так, словно впервые видит. Возвышается надо мной, придавливая одеяло коленями по обе стороны от моего тела. Только сейчас осознаю, что он все еще без рубашки.В коконе одеяла вдруг становится невыносимо жарко.— И правда. Ванна нужна. Потрешь спинку?Прикрываю глаза. Мученический стон против воли вырывается. Ничего не отвечаю.Чувствую, как вес его тела смещается в сторону, после чего Дэлмар встает с кровати. Надевает рубашку через голову и идет на выход из комнаты. Кажется, служанку находит в коридоре. Отсюда слышу, как он приказывает принести воды.Надо выбираться отсюда.Наконец-то избавляюсь от одеяла и встаю. Быстро умываюсь над тазом. Собираю свои вещи. Заканчиваю как раз в тот момент, когда приносят горячую воду для генерала.— Подожду вас внизу, — бросаю я. Стараюсь на Дэлмара не смотреть.— Закажи мне завтрак, — летит в спину его голос. — Спущусь через несколько минут.Ну прямо семейная идиллия. Аж зубами заскрипеть хочется.Завтрак я все же заказываю, но надеюсь съесть свой в одиночестве. Однако генерал все же выполняет свое обещание. И десяти минут не проходит, как он спускается. Чистый, собранный, со всеми нашими вещами. Садится за один стол со мной — как раз в тот момент, когда нам приносит еду та самая хозяйка заведения.Наклоняется перед генералом, демонстрируя грудь. Томно улыбается. Воркует, рассказывая, как лично взбивала масло для завтрака.Замечаю это, правда, я одна. Дэлмар как-то слишком пристально рассматривает меня. Даже не глядя в его сторону, чувствую этот прожигающий взгляд. Лопатка опять зудеть начинает, и я машинально пытаюсь дотянуться, чтобы ее почесать.Неудобно. Бесит все.— Алиса, что там у тебя? Почесать спину? — внезапно спрашивает генерал.— Насекомое какое-то укусило. Видимо, тут клопы водятся, — как-то слишком громко бросаю я, и хозяйка обрывает речь на полуслове, впервые обращая на меня внимание. Лицо багровеет от негодования.— Это невозможно! — цедит она.Другие жильцы, сидящие за соседним столом, поворачивают головы к нам и неуверенно начинают почесываться. Звякает колокольчик, когда только вошедшие гости спешно покидают гостевой дом.Хочу пошутить, что утром точно нашла одного паразита в постели, но чую, что это будет уже перебор. И так по тонкому льду хожу.Отрезаю кусочек оладушка, намазываю сверху маслом и кладу в рот. Молча жую.Начинается еще один великолепный день нашего пути.