24

— Ну здравствуй, борец сопротивления. Смотрю, не долго ты сопротивлялась нашему гостю. Да, Риана, или как там тебя?

Даю себе секунду выдохнуть и прийти в себя, а заодно рассмотреть стоящего передо мной человека. Высокий, крупный, темнокожий. Пугающий разворот плеч, огромные кулаки, бычья шея. И лицо грубовато-красивое, словно тесаком сотворенное. Пухлый большой рот, широкий нос, явно несколько раз переломанный, нависающие надбровные дуги и глубоко посаженные колючие глаза, которые сейчас старательно сверлят дырку в моём черепе. Такому слабость демонстрировать точно нельзя. На инстинктах загрызёт. И я задираю подбородок, показывая, что мне стыдится нечего, да и страха я не испытываю.

— А должна была сопротивляться? — спрашиваю у громилы, иронично вздёрнув бровь, — Вы меня похитили непонятно для чего, заперли вместе с этим…

Тычу носком туфли в ногу прайма, совершенно безразлично наблюдающего за нами.

— Один из твоих утырков назвал меня шлюхой, прежде чем вырубить, — продолжаю я, мазнув по двум мужикам за спиной Герда неприязненным взглядом, — А теперь удивляешься, что я хотела сбежать? Пусть и с помощью прайма.

— Китти тебя предупредить должна была, — рычит громила, но уже не так уверенно, — Ты ж вроде сама мечтала слинять, не?

— Вот только на счастливое изволение это не сильно тянет, — я обвожу руками мрачную комнатуху без окон, — Скорее на похищение ради своих целей, которые мне вряд ли понравятся. Но, если я ошиблась, я только рада. Тем более ты вовремя. Ничего не произошло.

Герд поджал пухлые губы и склонил голову набок, сканируя меня черными глазами.

— Не доверяю я тебе, — пробормотал задумчиво, будто разговаривая сам с собой. А потом уже громче, — Пошли, пока с кошкой посидишь. А там решим, что с тобой делать.

— Китти сказала… — начинаю было я, желая начать разговор о моей судьбе прямо сейчас. Мало ли до чего этот тип додумается. Ему я тоже что-то не доверяю.

— Китти- дурёха, хоть и сосёт хорошо, — фыркает Герд. Делает знак рукой, и ко мне тут же подлетают два его амбала, чтобы схватить под локотки.

Я молча плетусь со своим конвоем на выход. Что-то не нравится мне это сопротивление. Больше на бандитов смахивают. Ещё и как этот бугай о Кит отозвался. Может она и правда не семи пядей во лбу, но про "сосёт" было явно лишним. Оборачиваюсь напоследок на прайма, так и сидящего, прислонившись к стене, и Герда, присевшего рядом с ним на корточки. Дез неожиданно поворачивается и подмигивает мне. Я даже застываю, моргнув. А он уже смотрит только на Герда. Показалось может, это выглядело так невероятно. Торможу пятками, не желая уходить. Но амбалы толкают меня бесцеремонно в спину, и ничего другого не остаётся.

Сто’ит выйти из комнаты, служившей нам камерой, как в нос ударяет ещё более ощутимая затхлая вонь, а нога тотчас попадает в какую-то мерзкую жижу. Под хохот двух своих сопровождающих я отпрыгиваю от мутной лужи и вжимаюсь спиной во влажную холодную стену. Фууу. Это ведь и правда канализация. Или катакомбы какие-то. Наверно так нас и вынесли из хорошо охраняемого района Деза. Под землей. Вот только насколько далеко унесли? Вряд ли очень. Там дальше был лес, я помню. В лесу канализаций не бывает. Хотя это наверно всё-таки катакомбы. Слишком часто попадаются двери по пути. Откуда они в канализации. По ноге мажет прикосновением чья-то тушка, недовольно пища, а я, вскрикнув, подпрыгиваю снова. Да твою мать, ещё и крысы. Есть планеты, на которых этих тварей нет?

— Шагай, принцесска, хорош визжать, — почти добродушно произносит один из амбалов и подталкивает меня вперед.

— Куда ведёте? — интересуюсь я у него, аккуратно ступая по грязному мокрому полу.

— Не слышала Герда? К кошке, — хмыкает он, — Соберём всех дырочек яркоглазого вместе. Вам наверно есть что обсудить.

Я поднимаю на собеседника удивленный взгляд.

— Эная тоже здесь? Зачем она вам?

— Так ради неё всё и затевалось. Она ж… — сообщает мне амбал доверительно, но второй тут же раздраженно фыркает на него.

— Заткнись, Пол, на хрена ей знать, — шипит, зло поглядывая на меня. Громила, болтающий со мной, сразу поджимает губы и отворачивается. Свет тусклых ламп выхватывает из тени его смутившееся лицо.

— Блин, Даян, да я думал, что в курсе она.

— Думал… Не твоё это- думать, — сообщает первый, а потом кидает мне через плечо, — Пришли, залетай.

И снимает тяжелый замок с железной двери напротив.

Тот, кого зовут Даяном, без слов заталкивает меня в комнату, как две капли воды похожую на ту, где я очнулась с Дезом. Вот только вместо него в углу на соломе расположилась сверкающая зелеными глазищами Эная.