Глава 4

– Купи мне квартиру в Москва-Сити, раскошелься на «бентли». Хочу ярко-алую машинку, – мечтательно выдала девица. – Да, и, конечно же, пару лямов зелени сверху. Постарайся уж, найди все это для меня. И желательно в кратчайшие сроки. Ну а если сын тебе не нужен, то сдам его в детский дом, – пообещала мать-кукушка. – Надоел он мне уже своим плачем, – бросила она гневный взгляд в сторону детской переноски. А малыш все плакал и плакал. Я не выдержала и подошла к ребенку. – Что случилось, милый? Что ты плачешь? – ласково произнесла я, прикасаясь к маленькой ручке, которую мальчик вытащил из одеяла. Ребенок затих и внимательно посмотрел на меня. Вполне может быть, что это сын Ульянова. Похож на него, и так же хмурит брови. Минута, и малыш опять сложил губки в желании продолжить плач. – Не надо плакать. Папа сейчас поговорит с мамой, и мы пойдем домой. Как тебе эта идея? – спросила я. Мальчик удивленно затих, с ним явно никто не разговаривал. Таким Дианам просто противопоказано иметь детей. – Сколько ему? – обернулась я к девице, ошарашенно смотревшей на меня. – Кажется, три месяца, – протянула малинововолосая. – Документы мальчика где? – решила я взять все в свои руки, раз его отец никак не может очнуться от радости неожиданного отцовства. – А их вы получите, только когда выполните мои требования, – высоко подняла голову девица. – Если ты не отдашь документы, то вопрос с выполнением твоих требований затянется. Жене будет сложнее проверить его ли это сын. И как ты понимаешь, он перечислит тебе желаемую сумму лишь после того, как удостоверится в этом, – ровным тоном пыталась объяснить все я. – Хорошо, вот папка с документами Мишки, – нехотя сказала Диана и сунула мне в руки пакет. – Жень, проверь, тут ли свидетельство о рождении малыша, – передала я пакет Ульянову. – Ты назвала сына Михаилом? – обратилась я к Диане. – Да. Так звали моего отца. Хоть что-то будет у ребенка от меня, – наигранно тяжело вздохнула девица. – Женя. И запиши координаты Дианы, ее полные данные: фамилию, имя-отчество. А еще бы лучше номер ее паспорта, – посмотрела я на Ульянова, который проверял документы в папке. Кажется, Евгений наконец пришел в себя. Сейчас нельзя было расслабляться. Внезапно Ульянов довольно улыбнулся, вытащил телефон и начал фотографировать паспорт, который, видимо, также лежал в папке с документами. – Что ты делаешь? Отдай! – заверещала девица. Женя все же успел сделать необходимые снимки. Он убрал смартфон в карман и передал документ матери-кукушке. – Что же, до встречи, Диана. Не скажу, что был рад видеть, – высокомерно проронил Ульянов, отворачиваясь от матери своего сына. – Идем, Слава. – Я вспомнила тебя! – раздался радостный вопль за нашими спинами. – И я вспомнила тебя, Диана, – кивнула я девице. – Это ты виновата во всем. Ты отбила у меня Ульянова! – гневно выпалила малиноволосая. – Извини, но я не знала об этом, – холодно сказала я той, кому год назад передала сообщение для Жени. Какая же я была дура. Но я и не подозревала, что Евгений крутил роман в Сочи еще с кем-то другим. – Я все объясню, Слава, – тихо пообещал Женя. – Даже не сомневайся, Ульянов, – мрачно произнесла я и повернулась к девушке, что когда-то работала на ресепшене в отеле Сочи. – Скажи, у Миши есть какая-то аллергия, какие смеси он ест? Может быть, у малыша непереносимость каких-то лекарств? – спросила я, стараясь говорить как можно спокойнее. Сейчас не время устраивать скандал. Все будет позже… – Да откуда мне это знать! – фыркнула Диана. – Ты мать или рядом проходила? – прорычала я не хуже тигрицы. – Мне наплевать на паршивца. Только орет и орет! Так. Нужно взять себя в руки. Нужно успокоиться. – Если не ты ухаживала за ребенком, тогда кто? – все же настаивала я на ответе. – Моя подруга – Тонька. Но ее новый хахаль сказал, что не потерпит в доме орущего спиногрыза. И нас выставили, – пожаловалась девица. – Номер телефона и координаты Тони дай, – приказала я. – Кажется, они есть в папке. Антонина Кропоткина, – пожала плечами горе-мать. Я перевела взгляд на Евгения, он понял меня без слов и вновь открыл папку с документами. Искомый лист бумаги действительно лежал там. – Тут записано название смеси, которую есть малыш, – сообщил Ульянов. Что же, кажется, судьба распорядилась по-своему, как я бы ни сопротивлялась, какие бы преграды между нами ни строил Женя, все получилось иначе. Этот маленький человечек связал нас крепче крепкого. Я подняла переноску и еще раз улыбнулась малышу. – Ну что, Мишулька, идем домой? – нежно спросила я. – Ты прямо как родная мать, – услышала я за спиной язвительное фырканье. – Если ты не хочешь быть матерью, значит, ей стану я, – жестко припечатала я, слегка обернувшись к Диане. – Ребенок же не виноват, что женщина, родившая его, думает только о деньгах. – А ты о них не думаешь? Не поверю! Что ты просто так закрутила роман с Ульяновым в Сочи? – не могла успокоиться девица. – Тогда я понятия не имела, кто он. Не все такие меркантильные как ты. – Конечно, куда уж мне. Это не я меняю мужиков пачками, – зло фыркнула Диана. – И я о себе такого факта не знала. Зато теперь мне понятно, откуда появились странные фантазии у Евгения, – сказала я и развернулась к мужчине. – Нашел же кому верить, – сквозь зубы выдала я, пронизывая его гневным взглядом. – Слава… – протянул Ульянов. Но я так и не узнала, что хотел он сказать. Наш спор остановил очередной крик Мишутки. Я молча открыла дверь подъезда и зашла в холл. Поздоровалась с консьержем, который с изумлением смотрел на ребенка в переноске, и пошла к лифтам. – Прошу тебя, не оставляй меня сейчас. Я просто не знаю, что делать, куда бежать, за что хвататься, – тихо произнес Женя, когда лифт начал подниматься на наш этаж. – В голове какая-то каша. Наверное, надо позвонить Тимычу, может быть, он что-то подскажет… – Тимыч – это кто? – посмотрела я на Ульянова. – Брат. У него недавно родилась дочь, да и он адвокат. Надеюсь, хоть он то знает, что делать. – Хорошая идея с братом. Адвокат тебе сейчас очень даже необходим. Еще бы детектива нанять. Того же Юрия Калинина. Нужно выяснить, что за птица эта Диана, с которой ты спал в Сочи… – холодно проговорила я, хотя хотелось высказать все, что я думаю о верности своего бывшего. – Слав, это было еще до тебя. Прости. Дурак я был. Но встреча с тобой все изменила… – пытался заверить меня Ульянов. – Будем считать, что я тебе поверила, Женя, – в том же тоне сказала я, выходя из лифта. – Куда мы идем? К тебе или ко мне? – Черт… Не знаю. Давай ко мне. Но прошу, не оставляй меня. Я просто не справлюсь один с ребенком, – уже умолял меня тот, кто недавно обвинял в несуществующих изменах. Что-то я не верила, что Ульянов так быстро все осознал. Наверняка ему просто было выгодно, чтобы я была рядом, чтобы помогла ему с сыном. Что же мне делать? Безусловно, оставить Женю одного я не смогу. Стоило мне увидеть Мишутку, как он пробрался в мое сердце, почти так же, как и его отец год назад. Я чувствовала ответственность за маленького Ульянова. Ему и так в жизни не повезло. Матери не нужен, отец так и не осознал, что стал родителем. Малыш что-то прокряхтел в ответ моим мыслям. – Все хорошо, милый. Сейчас мы папу отправим в магазин. Он все купит нам, и мы будем обустраиваться на новом месте, – ласково пообещала я крохе. – Магазин? – испуганно спросил новоявленный папаша. – Да, Ульянов. Магазин. Можешь вернуться в тот, где мы были с тобой сегодня. Там есть детский отдел. Купишь памперсы, детскую смесь, бутылочки. Наверное, нужна будет детская ванночка. Спроси у жены брата, она тебе лучше объяснит все, – посоветовала я. – Сейчас позвоню Тимычу, – кивнул Евгений, так и стоя в дверях собственной квартиры. Я положила детскую переноску на диван и обернулась к Жене. – Не стой столбом, положи продукты в холодильник. Запиши название детской смеси и иди в магазин. Хотя дай нам, пожалуйста, чистую простыню, мне нужно куда-то положить малыша. – Сейчас все дам, – очнулся Ульянов и довольно быстро притащил мне небольшую стопку постельного белья. – Посмотри, что будет лучше. Наверное, нужны какие-то пеленки, распашонки. Черт… Я ничего не знаю… – опять начал паниковать Евгений. – Ты справишься, Жень… Мы справимся, – исправилась я. Наши отношения изменились настолько кардинально, что теперь про нас точно можно говорить «мы». – Мне бы руки помыть, и желательно переодеться. Я могу оставить тебя одного с Мишенькой? – осторожно спросила я. – Мой руки у меня. Я дам тебе свою футболку, – с надеждой предложил мужчина. – Давай, переоденусь чуть позже, – пришлось сказать мне, чтобы не вступать в полемику с нервным молодым папашей. – И мне нужно вымыть руки, нельзя прикасаться к новорожденному грязными руками. – Ванная комната первая по коридору, – с облегчением выдохнул Ульянов. Я быстро вымыла руки, переоделась в футболку, которую мне дал Женя, и вернулась в гостиную. – Скоро ты вырастешь, и мы будем играть в футбол. Папа тебя всему научит, – серьезным тоном проговорил Евгений сыну, а малыш внимательно изучал нового родственника. Но стоило Мише увидеть меня, как губки крошки опять сложились в трубочку. – Не надо плакать, Мишутка. Все хорошо, – проворковала я и вытащила мальчика из переноски. – Памперс переполнен. Нам срочно нужен новый. Папочка, ты шагай в магазин. Купи нам все необходимое, – щебетала я, раздевая малыша и закутывая его в чистую простыню. – А что необходимо? – опять впал в ступор Ульянов. – Позвони жене брата или спроси у девушек-консультантов в магазине, – посоветовала я. – Жень, шевелись. Малыш наверняка хочет кушать, – напомнила я. – Уже иду, – кивнул Евгений и выбежал из квартиры. – Как думаешь, Мишуль, он справится? – серьезно спросила я у ребенка. Малыш посмотрел на меня, улыбнулся и невнятно агукнул. – И я думаю, что все у него получится. Еще бы понять, хорошо это или плохо, что я стану твоей мамой… – рассуждала я, меряя шагами комнату. Кроха опять что-то произнес, теребя ручкой локон моих волос. – Думаешь, это хорошо?.. Для тебя-то, конечно, хорошо. Но что принесет это изменение для нас с твоим папочкой? Все же гад он, хоть и не говорят так при детях. Но ты не выдавай меня. Ладно? Очередное агуканье стало мне ответом. Так я и ходила с малышом на руках, потому что стоило мне присесть на диван, как Миша начинал капризничать. – Я знаю, ты хочешь кушать. Но надо подождать твоего папу. Наверняка он уже скоро вернется из магазина, – успокаивала я младенца разговорами. Когда повернулся ключ в замке, я не услышала, лишь увидела, как в коридор зашел мужчина. – Здравствуйте, вы кто? – спросила я и рассмеялась собственному вопросу. – Извините, мы ждем Женю. У нас ни памперсов, ни смеси… – Памперсы я принес. Сможете сами его поменять? – произнес визитер. – Женя не сказал, что вы близнецы, – улыбнулась я. – А насчет памперсов не уверена. Опыта у меня с детьми не так много. Не поможете? – с надеждой спросила я Тимофея. – Помогу, – кивнул мужчина. – Сейчас руки помою и вернусь. – Ну вот, Мишутка. Помощь уже пришла, – улыбнулась я ребенку, и он опять агукнул мне. Евгений пришел уже, когда Тимофей переодел Мишу, и тот довольно сидел на руках дяди. – Привет, Тимыч. Вижу, ты уже познакомился с племянником, – улыбнулся Ульянов. – Не знаю, все ли купил, но, надеюсь, на первое время хватит. – Надейся-надейся, – с умным видом кивнул ему брат. – А кроватку, коляску не забыл? – Черт… А что еще нужно? – озадаченно поинтересовался Евгений. – Еще кучу всего. Не переживай, список всего необходимого ты получишь. А кроватку возьмешь у Миланы, она как раз просила пристроить ее в хорошие руки. – Спасибо, Тим. – Ты купил стерилизатор для бутылочек? – Кажется, да. Консультант мне много что предлагала. Но я по видеосвязи с Марго общался, так что, надеюсь, лишнего мне не всучили. – Слава, принимай малыша. Я покажу вам, как пользоваться стерилизатором и потом разведем молочную смесь, – спокойно произнес Тимофей, передавая мне ребенка. Через полчаса Мишулька, уже сытый, сопел на моих руках. – Кстати, Женька, между прочим, твоя Слава не приняла меня за тебя. Надеюсь, тебе не надо объяснять, что это значит? – по-доброму хмыкнул близнец Евгения. – Что, прямо поняла, что это не я? – удивился мой Ульянов. – А что тут понимать. Как я могу тебя с кем-то перепутать, – пожала я плечами. – И давно вы встречаетесь? – спросил Тимофей. – Мы познакомились год назад в Сочи. Но потом я была вынуждена улететь домой. Оставила записку Жене. Как раз матери твоего ребенка, Ульянов, – гневно прошептала я. – Теперь мне понятно, почему она не передала ее тебе. – А сотовую связь в вашем невезучем мире еще не изобрели? – с усмешкой поинтересовался Тим. – Я как раз накануне утопил смартфон в море. Выловил потом, но это уже был простой кусок железа, – пожаловался Женька. – И какого черта тебя понесло на море с телефоном? – Что теперь?.. Дурак был. Еще и поверил Диане и липовой записке от Славы, – почти посыпал голову пеплом Ульянов. – Дурак, – согласился его брат. – Я пыталась потом дозвониться до Жени, – вспомнила я. – Сначала безуспешно. Последний раз примерно полгода назад. Трубку взяла какая-то девица и заявила, что она твоя невеста, и попросила больше не звонить. – Весело все у вас, – опять хмыкнул Тимофей. – Без понятия, кто это был, – недовольно проговорил Евгений. – Дай догадаюсь, с кем я разговаривала? – обиженно произнесла я. – Наверняка это была твоя очередная любовница. В «СтройТехноХаусе» ты слывешь еще тем бабником.