Глава 8 · Где знает один, там знают все!

Люба

Дома все разговоры были о том, что у меня сильная магия. Кроме этого отцу стало известно не только о том, что уровень магии у меня достиг двенадцати, а это уровень архимага, но и о втором даре. Игнат косился на меня, но отчего—то молчал. В другое время я бы услышала подколки в свой адрес, но не в этот раз….

— Игнат! —зашла я в комнату брата. — Мне кажется или ты не хочешь со мной разговаривать?

— Хочу! —смутился он. — Только я думаю, что ты обижаешься на меня. Извини, сестра, что постоянно намекал на твой низкий уровень дара.

— Но ведь есть же причина, почему ты так себя вёл?

Я подсела к нему на диван и обняв за плечи, подтянула ближе к себе. У меня никогда не было ни братьев, ни сестер, хотя, очень хотелось, но с детьми я умела ладить. Два раза ездила вожатой в детские лагеря.

— Да! –немного подумав, все же выдохнул он. — Каверзины, когда приезжают к нам в гости, всегда ведут разговоры между собой, что наш род вырождается, поэтому у тебя и дар такой маленький.

— Каверзины говоришь? –задумалась я.

— Поверь, сестра, я не хотел их подслушивать, так получилось. В первый раз вышло случайно на моем дне рождения. Я уронил твой подарок –раскладной ножик и полез за ним под стол, а тут и они подошли. Разговаривали и смеялись, что как бы отец не старался, а наш род вымирает и не перейти ли им в другой род пока есть возможность.

— А во второй раз что говорили?

— Во второй раз, я сам стал за ними следить. Илья Львович подслушивал разговор отца по переговорнику, а я не мог подойти ближе, но видел, что господин Каверзин сильно сердится.

— Ты отцу рассказал?

— Нет! Я испугался, что он будет ругаться, ведь наследник рода не должен подслушивать чужие разговоры, а вести себя прилично. — Он опустил голову. — Я тогда подумал, если бы у тебя не была такая слабая магия, про нас не ходили бы такие разговоры.

— А знаешь, что, Игнат, давай мы вместе с тобой сейчас пройдем в кабинет отца, а ты всё ему расскажешь⁈

— Не-е-ет! Он будет ругаться. Еще и накажет!

— Обещаю, брат, ничего с тобой не будет, но надо честно рассказать всё отцу. Мне кажется в нашем доме завелись шпионы… —заговорчески прошептала мальчику

Я была уверена, что это сработает. Ведь мальчишки они такие мальчишки, им подавай приключения, драки, машинки, оружие и всё тому подобное.

— Они шпионят за папой и хотят навредить ему? — Игнат наклонился и так же шёпотом задал вопрос.

— Вот это нам и следует выяснить, а помочь может только папа, как глава рода.

Братец встал с дивана и подал мне руку.

— Пошли сестра, всё расскажем отцу.

Подойдя к кабинету, я постучалась и приоткрыла дверь. Отец был на месте и разбирал какие—то бумаги. Подняв голову, он махнул рукой, приглашая к себе. Мы вошли внутрь помещения держась за руки, отец удивленно поднял бровь.

— Папа, Игнат… — начала я, но брат остановил меня.

— Подожди сестра, я сам. Отец, так получилось, что я подслушал разговор господ Каверзиных, а в следующий их приезд видел, как Илья Львович подслушивал твой разговор.

— Таааак! –выдал отец, потом посмотрел на меня. — А ты, как я понимаю, для поддержки?

Я кивнула.

— Присаживайтесь. Во—первых, я очень рад, что вы все—таки нашли общий язык, это в основном касается тебя, сын. А теперь рассказывай, что тебе удалось услышать и увидеть? И каким образом⁈

Брат передал разговор супруг Каверзиных Ильи Львовича и Натальи Романовны. Пока шёл рассказ, отец молчал, лишь складки на лбу говорили о том, что он расстроен этими новостями.

— Спасибо, сын. Ты истинный наследник рода. Я очень доволен тобой, но в следующий раз ты сразу должен идти ко мне и сообщать о том, кто против нашего рода затеял каверзы.

— Я понял, отец, — улыбнулся брат, и я заметила, как он с облегчением выдохнул.

Всё же, как бы он не пытался казаться сильным, по сути был еще маленьким ребёнком.

— Игнат, попроси слуг принести нам чай, а мы пока поговорим с твоей сестрой.

Мальчик кивнул и вышел, а отец посмотрел на меня.

— С возвращением, дочь! — улыбнулся он.

От растерянности вытаращилась на отца и всхлипнула. Он знал, он всё знал, даже то, что я все это время жила в другом мире.

Вытащив из-за стола, он взял меня за руки и, сев на диван, как маленькую посадил на колени.

— Ты же Самойлова, милая. А мы всегда были стойкими! —гладил он по голове, успокаивая, а я, уткнувшись в его шею, лила слезы. — Ну всё, милая, успокойся.

В дверь постучались, ссадив меня на диван, отец дал разрешение войти. Служанка вкатила коляску на которой стояли чайный сервиз, тарелки с закусками и ваза со сладостями.

— Глаша, оставь, я сам поставлю на стол.

Девушка сделала книксен и вышла, а отец расставил чашки, тарелки, чайник и большую вазу с печеньями и воздушными пирожными.

— Садись ближе! По себе знаю, сладости успокаивают, —улыбнулся он.

Я уже немного пришла в себя и шмыгнув носом спросила:

— Откуда?

— За Мари нужен глаз да глаз! — усмехнулся он. — А когда исчезла твоя бабушка, а на ее месте оказалось тело неизвестной женщины, я заподозрил неладное. Неужели они подумали, что я не узнаю свою мать. Не спорю, они были сильно похожи, но мелкие шрамы, родинки, которые мало кто замечает, всегда подскажут кто лежит перед тобой. А на этой женщине их не было!

— Значит, обмануть им тебя не получилось? –улыбнулась я.

— Я же глава рода и должен знать, что происходит в моем доме. Иначе, грош мне цена. Признаюсь, Мари меня удивила и разочаровала, но не стал пороть горячку, а решился сам все разведать. Пока дом спал, я отправился в чуждый мне мир. Хотел посмотреть, как ты себя чувствуешь, ведь дома ты орала денно и нощно, не давая никому покоя, а там так сладко спала. Тогда я подумал, что может быть Мари права в чём—то, ведь ты там могла спокойно спать и не чувствовать боли. Это такое счастье, Любаша, когда знаешь, что с твоим ребёнком всё в порядке.

— А бабуля знала об этом?

— Я попался ей в последний свой переход, когда решил проведать тебя. Это произошло незадолго до её смерти. Кстати я почувствовал это, но помочь уже не мог. Она была сильным магом, но из-за малого количества магии в том мире, магические каналы потеряли эластичность и стали ссыхаться. Тут требовалось долгое лечение, но она не захотела оставлять тебя одну. Кстати, у меня есть от мамы письмо для тебя.

Поднявшись, он подошёл к сейфу и вынул оттуда голубой конверт. В нём бабушка извинялась передо мной, что не рассказала всё сразу и просила прощения. По щеке скатилась одинокая слеза. Я уже пережила смерть бабули, но грусть от её ухода останется со мной навсегда.

— Я приходил к тебе еще раза три, но застал дома только один раз и чуть не попался на глаза вашей соседке. В этот день тебя увезли в больницу.

— Не квартира, а проходной дом какой—то! — недовольно буркнула я.

— Все переживали за тебя, девочка. То, что сегодня сообщил Ричард, для меня не стало секретом. Обычно магия появляется с трёх лет, а у тебя она выявилась с рождения, так же было у моего деда. Родители рассказывали, что дом приходилось отстраивать два раза, это, не считая отдельных вспышек и выброса неконтролируемой магии. Вот второй твой дар для меня оказался сюрпризом.

Отец разлил в чашки чая и одну придвинул ко мне.

Я взяла эклер со взбитыми сливами и откусила маленький кусочек. Было невероятно вкусно, словно окунулась в детство. Редко я баловала себя пирожными в последнее время из—за своей болезни и сейчас навёрстывала упущенное.

— А мама знала, что сделали подмену?

— Когда ты вчера появилась впервые в доме, то вечером она произнесла очень интересную фразу: «Володя, не знаю, что происходит, но сегодня у меня к дочери появилась тяга, которая обычно появляется у матери к новорожденному ребенку, хотя в последние двадцать лет это не наблюдалось! Как ты думаешь, что случилось?» Вы с близняшкой одно лицо, но при этом на энергетическом уровне она не чувствовала ту Любу, а тебя сразу подсознательно приняла. Материнское сердце не обманешь, — улыбнулся отец и сделал глоток чая. — Когда я нашёл вас обеих у источника, уже твердо знал, что Мари сделала обмен.

Тихий стук в дверь прервал нашу беседу. Это была Глаша.

— Господин, к вам пришли.

— Представились? — поинтересовался отец.

— Господин Демидов с сыном.

Мы с отцом переглянулись и уверена, что даже подумали об одном и том же. Мне это совершенно не нравилось.

— Зови! Любаша, выйди пока, я выслушаю этих надоедливых людей. Наверняка вовремя вашей короткой встречи в академии Никита заметил браслет на твоей руке.

— Да! –расстроенно вздохнула.

В карете, когда мы возвращались домой, в подробностях рассказала отцу, что произошло возле кабинета ректора.

Дверь распахнулась и в кабинет зашел высокий здоровый мужчина со светло — каштановыми волосами и с такой же густой бородой. Его тёмно-серые очи, казалось, проникали до нутра любой вещи, которая попадалась ему на глаза. За ним зашел его сын Никита.

— Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович, Любовь Владимировна! –произнес мягким приятным голосом мужчина.

Ни за что бы не подумала, что вот этот мужчина ради богатства способен на убийство. Хотя сам далеко не беден, все—таки владелец заводов, а его отец был основателем горнодобывающей промышленности на Урале. А вот ради своей выгоды готов пойти по головам. Хорошо до меня донесла Любаша суть этого промышленника.

— Павел Алексеевич, Никита Павлович, добрый день! Какими судьбами в наших краях, господа.

— Дело одно образовалось, Владимир Владимирович. Поговорить бы надо, да решить полюбовно.

— Присаживайтесь, чай, кофе или что покрепче?

Демидов старший присел на диван, при этом успел оглядеть меня с ног до головы, а заодно увидел золотой браслет на руке и довольно хмыкнул.

— Прошу прощения, отец, можно я уйду? —попросила я.

— Да, милая, иди. Потом договорим.

— Я тоже выйду, —тут же сообщил Никита, увидев, как я открываю дверь.

Мне хотелось убежать, как можно дальше, но я не успела. Стоило выйти из кабинета, как оказалась сжатой в кольце рук Никиты.

— Не дёргайся, нам просто нужно поговорить! –спокойно произнёс он, но я не желала находиться в его объятиях и резко дернулась.

Вырваться не удалось, а жаль.