Глава 64. Мы пара

Как только мама высушила феном мои волосы, родители попрощались до завтра и мы с Ником остались одни. Смотрю на большой пакет, который он принес.

- Не похоже, что там только стаканчик сметаны, - иронизирую я.

- Я не знал, какую ты любишь, поэтому купил разной жирности. И еще йогурты, муссы, суфле, иииии, - театрально тянет он, чтобы возбудить мое любопытство.

Улыбаюсь и подыгрываю ему.

- Иииии?

- И я купил фисташковое мороженое, - он сказал это с таким довольным видом, что мне сразу стало смешно, когда представила выражение его лица, когда я его разочарую.

- Спасибо. Это мое самое нелюбимое мороженое, - я начинаю смеяться, но меня тут же одолевает мучительный кашель. Конечно, я опять пью воду. Наверно, я буду самым частым посетителем туалета в этой больнице.

- В смысле нелюбимое? Ты серьезно? - я вижу, что он не может поверить, что такое возможно и это меня безумно веселит.

- Очень серьезно.

- Черт. А у меня был такой план! - сокрушенно восклицает он и резким движением проводит рукой по волосам. - Ладно, я сейчас.

Никита убирает все, что принес, в холодильник, который стоит недалеко от моей кровати, а с ведерком мороженого выходит из палаты. Через несколько минут возвращается уже с пустыми руками.

- И куда ты его дел? - любопытствую я.

- Отдал пациентам в соседней палате.

- А вдруг им нельзя?

- Как минимум пара человек захотели мороженого, так что пусть сами решают.

- А вдруг мне нельзя холодное есть? - пытаюсь его поддеть, но тут же понимаю, что это бесполезно. Обычно он всегда все предусматривает.

- Я спрашивал у врача. Подтаявшее мороженое можно, лишь бы не ледяное.

- Кто бы сомневался, что ты спрашивал у врача, - тихо бурчу я. - Ты сказал у тебя был план. Что за план?

- Он еще не осуществлен, так что это пока секрет, - с хитрой улыбкой отвечает Ник.

И почему-то именно в этот момент я вдруг пугаюсь.

Все слишком хорошо. Слишком гладко. Будто мы давно вместе и не расставались. Будто сердце не переставало биться от боли, чтобы потом перейти на постоянный холостой ход. Будто не было бессонных ночей и осознания, что это навсегда. Сейчас я отчетливо чувствую этот искусственный флер безмятежности и счастья. Словно мы играем беззаботную роль, но искоренить внутреннее напряжение не удается. Этот сгусток сомнений не исчезает от улыбок и надежд на совместное будущее.

Наверно, Никита тоже почувствовал внутренние изменение во мне, потому что его лицо становится серьезным и он цепким взглядом всматривается в меня. Он ничего не говорит, просто смотрит и ждет. И я решаю выяснить все раз и навсегда.

- Ник, кто мы друг другу?

- Я же уже сказал. Ты моя. У нас отношения. Или как вы, девочки, любите говорить, мы пара.

- Получается, что мы все так быстро забыли, как будто ничего не было. Но я помню. Осадок в душе так просто не исчезает, - я прикрываю глаза, а потом решаюсь продолжить. - Я хочу извиниться. Извиниться за то, что я так долго разбиралась в себе. И за то, что упрямо отталкивала тебя. А еще я хочу сказать, что пытаюсь тебя простить за то, как ты унизил меня, но пока у меня плохо получается. И я бы рада забыть, но не выходит.

Ник придвигается ко мне и заключает в объятия.

- Я и не жду, что ты все быстро забудешь, но мы просто обязаны пройти через это. Я вот даже не знаю, как за подобное извиниться. Прости мудака, а?

Мне так хорошо в его руках, я не хочу отстраняться и просто киваю.

- Угу, постараюсь. Ник, а как ты жил все эти дни?

- Да никак я не жил. Каждый день сменялся новым. Старался забить голову чем угодно, лишь бы не думать о тебе.

- Получалось?

- Если бы получалось, я бы не был сейчас здесь. Не могу без тебя. И не хочу.

- И я не хочу, - зеваю и поуютнее устраиваюсь в его руках. - И не могу.