Глава 33

Мирослав

Вика дышит спокойно, почти неслышно. Щекой прислонилась к моей ключице, рука закинута на живот, будто пытается меня удержать даже во сне. Я медленно глажу ее по спине от лопаток до поясницы. Мне чертовски хорошо, и не спится не только потому, что в голове роится множество мыслей. Хочется продлить этот момент на максимально долгий срок. Непривычное чувство покоя, тепла, внутреннего баланса рядом с ней.

Смотрю в потолок и улыбаюсь. Странно, наверное, но зато искренне, и снова мысленно возвращаюсь к событиям последней недели. Орлов обозначил именно такой срок для разрешения сложившейся ситуации, и мы не могли упустить возможность спасти всех: Артема, его бабушку, меня и наш «Авангард».

… Нашли подходящую девочку, студентку того же театрального. Двадцать лет, но на вид не больше семнадцати. Хрупкая, с большими глазами, пугливым взглядом и тонким голосом. Оставалось сделать так, чтобы Дамир попался на это, а девушке обеспечить безопасность на случай, если что-то пойдет не так.

Саша через своих знакомых сумел договориться с администрацией небольшого отеля. Счет нам правда выставили негуманный, но тут круто помогла вся команда. Я не ожидал, честно. Парни не задавали лишних вопросов, просто так было нужно и нам помогли. К такому мне пока очень трудно привыкнуть. Я всегда мог надеяться лишь на себя.

На самом деле я и сейчас так считаю, но с ощущением того, что есть возможность попросить о помощи у тех, кто не осудит и не примет это за слабость.

Мы с Даней занимались камерами: устанавливали, настраивали ракурсы, тестировали звук. Права на ошибку у нас не было, сроки горели, бабушка Артема и моя карьера тоже. Каждый из нас понимал, что поставлено на карту, мы не играем в шпионские игры, это хренова жизнь, и она заставляет нас поступать так, не оставляя выбора.

Три дня назад мы завершили последний акт нашего спектакля. Моя челюсть до сих пор напоминает мне об этом, но все должно было быть реальным. Арифулин должен был поверить нам с Исаевым, иначе Тёма не получил бы свои деньги.

Все случилось на тренировке. Сначала отрабатывали тактические связки, а потом, в подходящий момент, Артем начал цеплять меня едкими комментариями по игре. Мы уже сталкивались с ним и никого не удивило, что я начал отвечать.

Никаких заготовок у нас не было, мы просто понимали, как должен выглядеть этот конфликт. Мы видели, что с трибуны за нами наблюдает тот, для кого разыгрывался спектакль.

Исаев зацепил за личное, и я сорвался. Это была красивая драка, жесткая, но контролируемая нами. На глазах у всех команды, Лешего и Арифулина мы месили друг друга на поле, пока главный тренер и Миханыч не растащили нас за шкирки.

Как Леший смотрел! Я думал, он вкатает меня под газон.

— Вы совсем сдурели⁈ — орал он, а я косился на Арифулина, и понимал, все сработало, осталось лишь доиграть совсем немного.

С поля нас вышвырнули, и в раздевалке Леший, уже совсем не стесняясь в выражениях, высказывал все, что он думает о нас, нашей игре и нашем конфликте, а мы с Артемом переглядывались и улыбались. Тренер заметил, и это тоже было весело. Наверное, в глубине души мы понимали, что победили, и позволили себе наглость расслабиться.

— Что происходит? — недовольно рычал Леший.

— Вы скоро все узнаете, — пообещал ему вошедший в раздевалку Саша. — Доверьтесь нам, — уверенно попросил он.

Леший смачно выматерился себе под нос, а нам лишь сказал:

— Надеюсь, вы знаете, что делаете.

— Знаем, — подтвердил я.

И главный тренер молча вышел из раздевалки, тем самым дав нам свободу действий, чтобы мы могли спокойно все закончить.

На следующий день Арифулин громко заявил, что Леший за меня поручился, а я едва не покалечил одного из лучших нападающих команды, и теперь нам обоим придется уйти, потому что такое поведение неприемлемо, и он всех предупреждал о моей невменяемости. Лицо главного тренера в этот момент надо было видеть. Оно было каменным, лишь во взгляде творился ад и в этом аду заживо горел Дамир. Мы же продолжали отыгрывать свои роли, чтобы все и дальше выглядело натурально. На кону жизнь человека.

Артем получил свои деньги тем же вечером. Вся сцена была филигранно отснята с двух точек. Ее мы подготовили буквально за пару часов, до последнего не имея представления, где все будет происходить. Потом отвезли Тему в клинику, и он оплатил операцию бабушки. Оставался последний штрих этого безумного спектакля. Наша подставная девушка позвонила Арифулину, и он с радостью согласился на встречу, ведь его величество змей и ублюдок захотел праздника. Он ведь думал, что у него все получилось и он контролирует ситуацию, но все контролировали мы от их поездки в отель до происходящего в номере.

Это было адски сложно. Мне хотелось стереть его рожу об асфальт и переломать руки. Мы услышали так много дерьма, что отмываться будем еще долго, но главное было сделано. В подходящий момент в стакан сока Дамира было подсыпано снотворное. Он залез своей гадкой тушей на хрупкую девочку. Я видел, как она испугалась.

Испугались все… Я едва не сорвался в номер, чтобы остановить этот треш. Но лошадиная доза снотворного подействовало, и Арифулина вырубило…

Я обнимаю Вику крепче, невольно представляя, что на месте той девушки могла бы быть она. Наверное, в этот момент, я понял, что способен на убийство, и мне было бы наплевать, что это ее выбор и какие у нее для этого причины.

Она мычит и ерзает, пытаясь высвободиться. Расслабляю руки, понимая, что сжал свою женщину слишком сильно.

— Прости, — целую ее в волосы. Она расслабляется, трется щекой о мое плечо, сонно целует в него и вновь замирает, а я в мыслях докручиваю все произошедшее.

В тот вечер Саша забрал девушку из номера и проводил домой, а мы с Артемом и Даней разбирали видео по кадрам, монтировали, чистили. Сегодня все проверили еще раз, и уже через несколько часов я должен передать его Арифулину, а Тема отнесет вторую копию Орлову.

В каждом из кадров, что мы сняли, конец Дамира. Кажется, мы победили…