Глава 24

Ольга Выходные летят, мы вместе, все стабильно. Нет, мы с Олегом после того вечера так до конца и не помирились, но делаем вид, что все в порядке. Улыбаемся друг другу, общаемся. Предупредительны и вежливы. Поддерживаем друг друга в мелких делах по дому. Но на самом деле мы оба без оглядки бежим от страшной темной бездны, которая разверзлась перед нами той ночью, когда я встретила Соколовского. Соколовский, на мое счастье, тоже не объявляется, и я выдыхаю. Пока мы вместе дома, все как раньше. За короткий отпуск мы с Олегом успеваем сводить сыновей в кино, а сегодня нас пригласили на ужин родители Олега. У нас последний выходной, а им очень хочется побыть всем вместе, пока Матвей не улетел в Минск. Мое красивое платье висит на плечиках, а гладильная доска завалена вещами. Я только и успеваю наглаживать мужские рубашки и брюки. В прижатом к уху телефоне слышится голос свекрови. – Оленька, я пригласила фотографа для семейной фотосессии! Обязательно надень мальчишкам рубашки! Посмотрим его работы, если тебе понравится, можно будет позвать его на ваш банкет! Я что-то согласно мычу в ответ, пытаясь не сжечь рубашку из дорогой ткани. Честно говоря, даже не знаю, как сказать Алисе Викторовне, что мы с Олегом больше не возвращались к обсуждению нашего торжества. После той ночной ссоры он не спрашивал о ресторане, а я не решалась поднять эту тему. В конце концов, пять лет, что такого особенного? Не обязательно же всех в ресторан тащить. Да и после той драки в ресторане мне не очень хочется выходить в публичные места. В душе остался неприятный осадок. В спальне появляется Олег. – Оль, где мой серый галстук? – В шкафу посмотри… Нет, Алиса Викторовна, мы не обсуждали. Да и день будничный, среда. Не очень удобно для торжества. Протягиваю Олегу выглаженную рубашку. – Что ты, Оля! Такая дата, пять лет вместе! – звенит в трубке возмущенный голос свекрови. – Нельзя ее без внимания оставить! – Хорошо, Алиса Викторовна, посмотрим на работы фотографа, а там решим. Я наконец вырубаю мобильник. В этот раз я не разделяю устремлений свекрови. Мне почему-то кажется, что лучше отметить тихо, в кругу семьи, без ресторана. Чем меньше сейчас внимания к нашему союзу, тем лучше. Макаров целует меня в щеку в знак благодарности за рубашку и вдруг замирает. Растерянно смотрит на меня. – Ресторан… Оля, мы же забыли забронировать место на среду! Я пожимаю плечами без особого энтузиазма. – Еще есть время. – Постой, ты… не хочешь отмечать? Посматриваю на него с опаской. – С тобой вдвоем – хочу. А вот в ресторане нет, не хочу. – Почему? – Столько всего произошло за последние дни! И мы с тобой пока дома, все отлично, но… мне кажется, я тебя теряю, понимаешь? – Оль… Олег осторожно кладет рубашку на кровать, разворачивает меня к себе лицом. Смотрит на меня откровенно. – Знаешь, у меня после того вечера точно такое же чувство. Как будто, пока мы возимся вместе с нашими сыновьями, все в порядке, но в понедельник начнется работа, и… Бог знает, какие неприятные сюрпризы ждут впереди. Я напряженно сглатываю и неотрывно смотрю ему в глаза. Олег рывком притягивает меня к себе и крепко прижимает к своей груди. – Я не хочу тебя потерять, слышишь? – отрывисто шепчет он. От этого признания мне внезапно становится легче дышать. – И я не хочу… – шепчу в ответ и обвиваю его шею руками. – Я так хочу, чтобы наша с тобой семья только крепла! Ребеночка хочу… Раньше я так боялась, а сейчас только об этом и думаю! – От откровенного признания у меня на глаза наворачиваются слезы. Олег заглядывает мне в глаза, улыбается. Касается губами моих губ, и вот я уже тону в его поцелуях и ласках. – Ребенок в приоритете, Оль! – Его хрипловатый шепот, от которого по коже летят мурашки, обжигает шею. – Он у нас с тобой обязательно будет! И так хорошо в его объятиях, так сладко! – Пап, ну вы где?! – слышится за дверью возмущенный голос Матвея. – Бабушка уже второй раз звонит, спрашивает, почему мы до сих пор не у них! Макаров закатывает глаза к потолку. – Ох уж эта бабушка! Ни минуты покоя! Я улыбаюсь, с нежностью поглаживаю его волосы. Мне так хорошо от того, что лед между нами растаял! Торопливо раздаю мальчишкам отглаженные вещи и выпроваживаю всех из спальни, чтобы переодеться самой. Олег отправляется помогать Артему. Тот пыхтит, отнекивается, но сдается: с гипсом сложно. Муж заглядывает в спальню в тот момент, когда я наношу на губы блеск. – Красивое платье, – подмигивает мне и подставляет свой локоть. Ловлю его восхищенный взгляд и улыбаюсь. Приталенное платье с узором пейсли в корично-голубых тонах действительно мне к лицу. Наношу духи, беру Олега под руку, и мы вместе выходим в холл. – Такси подъехало! – сообщает Матвей. Они с Артемом сегодня красивые, как на подбор! Даже моему воробышку тщательно зачесали назад и уложили гелем его обычно растрепанные волосы. Все в рубашках, все при галстуках: Алиса Викторовна так приказала. В кои-то веки заказала семейную фотосессию, иначе нельзя! Мы долго усаживаемся в такси, помогаем Артему. Едем на такси, потому что коньяк обязательно будет. Закрытое дело не обмыли, да и как же не отметить окончание отпуска? Свекры встречают нас на пороге, тоже при параде: Юрий Васильевич в темно-синем костюме, Алиса Викторовна в длинном вечернем платье из шелка, на тон светлее. – Богатыри! Все как на подбор! – поглядывая на Олега и мальчиков, смеется она. – Оленька, у тебя целых три богатыря! Ну проходите, проходите, фотограф уже ждет! Фотографироваться будем в гостиной у камина! В гостиной у свекров не только камин. Здесь на всю стену раскинулась библиотека, которую Юрий Васильевич собирал всю свою профессиональную жизнь. Чего только нет! И серьезная литература от классиков, и детективы. Но главное – юридическая литература, которую собирали почти тридцать лет. У Макаровых адвокатура – это наследственное. Олег мне рассказывал, что дед по отцовской линии был прокурором, он и начал собирать эту библиотеку. Потом эстафету принял свекор, а теперь и Олег. Я с трепетом отношусь к семейному делу Макаровых. Я горжусь своим мужем и его семьей, хоть сама и не получила юридического образования. Фотограф возится с нашей семьей почти два часа, хоть изначально заказывали час. Где нас только не усаживают! И на диване всей семьей, и по парам у окна, и у камина… А главное – библиотека. Юрий Васильевич в любимом кресле из кожи с объемным сводом законов в золотом тиснении получается выше всяких похвал! С Олегом вместе, с Олегом и Матвеем, просто с Матвеем, с Матвеем и Алисой Викторовной… Артем и Матвей, порядком утомившись от бабушкиных указаний, тихонько ретируются в столовую. Честно говоря, спустя полтора часа я уже готова бежать за ними следом. Я очень люблю своих свекров, но с фотосессией сегодня перебор… – Олег, Оля, ну-ка быстро в кадр! – командует свекровь и тут же восхищается: – Какая пара, а? Нет, что ни говори, а когда вы друг на друга смотрите, мир вокруг становится светлее! Мы с Олегом послушно прижимаемся друг к другу у камина. Улыбаемся. – Достаточно, Аля! – окончательно озверев от позирования, требует свекор и ослабляет галстук. – Где там мой коньяк? Не могу так больше! В жизни не позировал столько! Даже на нашей с тобой свадьбе фотограф меня так не мучил! – Да, коньяка бы неплохо! – оживляется Олег. – Мам, дети там, наверное, от голода пухнут в столовой! Давай уже отпускай фотографа, и идем ужинать! – Ой, противные! – хмурится Алиса Викторовна, но по ее сияющим глазам видно, что она очень довольна. – Ладно, давайте заканчивать. – Я пойду посмотрю, что там с горячим, – вызываюсь я, мечтая поскорее сбежать из-под камеры. – Давай, Оленька, я сейчас буду! – кивает она. В столовой накрыт стол. Мальчишки успели потаскать с тарелки нарезки и смотрят в телефонах какое-то смешное видео. – Мам, неужели вы освободились? – оживляется Артем. – Какая нудятина эти ваши фотосессии! – кривится Матвей. – Я тебе дам «нудятина»! – возмущается из холла Алиса Викторовна. – Матери твоей фотографии отправим, увидишь, как она будет рада! Матвей высовывает язык и одновременно закатывает глаза. – Сын! – возмущается Макаров. А я тихонько давлюсь смехом, накладывая горячее. Наконец мы все рассаживаемся. Мальчишки набрасываются на еду. Свекор разливает коньяк. Я тихонько ставлю обратно бокал на короткой ножке. – Оль, ты что, игнорируешь нашу компанию? – хитро посматривает на меня свекровь. – Коньяк французский, твой любимый, между прочим! Я смущенно отмахиваюсь. – Почему игнорирую? У меня сок. – Вот как с Надей на двоих, так вы коньяк на ура пьете, а как с нами, так сок? – Мам, притормози. – Олег улыбается, обнимает меня за плечи. – Не надо Оле коньяк. – А что такое? Родители Олега переглядываются. В глазах отчаянная надежда. – Неужели свершилось? – Свершилось, Олег? Скажите, что свершилось! Меня бросает в жар. Кажется, проще провалиться сквозь землю, чем обсуждать за столом такую тему. И ведь не свершилось ничего, нельзя же ребенка вот так запланировать и получить по команде! Олег не смущается. Смеется, поглаживает меня по спине. – Мам, пап, ничего не свершилось, но мы планируем. Скажем так, усиленно работаем над этим вопросом. Очень надеемся в ближайший квартал получить положительный результат. – Ну наконец-то! Мы уже отчаялись ждать! Все думаем, когда же вы решитесь? Годы летят, летят… Родители улыбаются. Отец Олега снова разливает коньяк, теперь уже обходя меня стороной. – Так, а теперь давайте о вашей пятой годовщине поговорим! Ресторан готов? Или чего-то ждете? Я прожигаю взглядом тарелку. Да что ж такое сегодня?! Какой-то вечер недоразумений! Как им сказать, что я не хочу ресторана, чтобы не обидеть? К счастью, и тут Олег перехватывает инициативу. – Дорогие родители, мы не хотим шума, – уверенно произносит он. – Да, сначала хотелось отметить на широкую ногу, но сейчас все немного изменилось. К тому же среда, рабочий день. – Ну как так, Олежек? – Алиса Викторовна посматривает на нас и разводит руками. – Оль, я ведь уже и с тортом все прощупала, и фотографа испытала! Вам надо будет только выбрать. – А еще можно в среду короткий день сделать! – поддерживает супругу Юрий Васильевич. – Как вам идея, а? – Если хотите, организацию я возьму на себя! Позовем только самых близких: родителей и сестру с мужем, Оленька! Это же воспоминания потом на всю жизнь! – кивает она. Олег хмурится, молчит. Я вздыхаю. Ну как тут отказаться? Они же обидятся, а я их люблю. Да и Маргарита с Витей ждут праздника. Несколько мгновений мы с Олегом смотрим друг другу в глаза. Он накрывает мою руку своей. – Ну что, Оль? – спрашивает осторожно. – Хорошо, пусть будет праздник, – выдыхаю я. – Вот! Другой разговор! – радуются свекры. – Мы все устроим! Праздник получится отличный, вот увидите! Вам надо будет только вовремя прийти к ресторану!