Глава 44. Арам

– Арам, ты рано? – мама удивленно смотрит на меня, когда я появляюсь на пороге ее дома раньше. Сухо целует меня в щеку и осматривает. – Что-то случилось?

– Почему ты спрашиваешь? – ослабляю галстук и прошу горничную принести воды.

– Ты какой-то… обеспокоенный. Возбужденный… на себя не похож. Что случилось, Арам?

– Ничего не случилось, мам. Все в порядке, – чуть улыбаюсь и кладу руку ей на плечо. – Просто работы много.

– Да, Зураб рассказывал.

– Ну, вот. Я хотел бы поговорить с тобой, мама. До гостей.

– Да, конечно. пойдем.

Мы проходим в комнату, где был кабинет отца. Тут все так же, по-прежнему, как было и при нем.

Я падаю в кресло и устало выдыхаю.

– Тебе нужно отдохнуть, сынок, – говорит мама. – Ну, ничего. Вот, проведем свадьбу и улетите с Лейлой. Кстати, ты уже подумал, где вы проведете медовый месяц?

– Мам, – поднимаю на нее взгляд и продолжаю не сразу. И мама чувствует мое волнение. Такое впечатление, что она тоже ждала этого разговора. Она напряжена не меньше моего. – Я как раз хотел поговорить с тобой о Лейле.

– Да, сынок. Конечно, – мама выпрямляется в кресле и аккуратно складывает руки на коленях.

Я знаю этот ее жест. Это значит, что она готова отстаивать свою позицию чего бы это ни стоило. Это значит, что она ждет от меня того, что ей не понравится. Но откуда? Или мне уже кажется? Усмехаюсь про себя. Бред.

– Я хочу разорвать все договоренности, – твёрдо заявляю я, глядя в глаза матери. – Я не буду жениться на Лейле. И считаю, что правильным будет сказать об этом сегодня.

Замолкаю и жду. Наверное, кто-то другой, услышав эти слова, воскликнул бы что-нибудь, взмахнул руками, эмоциями на лице показал, как он удивлен и недоволен моими словами. Кто-то другой, но не моя мать.

Ее лицо не выражает абсолютно ничего. Она так и сидит ровно, сжав пальцы в замок на коленях. Губы поджаты. Взгляд – прямо мне в глаза.

У меня сильная мама. И она редко когда показывает свои эмоции. Но почему-то я думал, что мои слова ее тронут. Ошибался.

– Я решил, что сначала должен сказать тебе об этом, – продолжаю я, так и не дождавшись ответа.

– Кто она? – спрашивает вдруг мама.

Вопросительно смотрю на нее.

– Кто та женщина, из-за которой ты решил пойти против семьи и воли покойного отца?

– Это мое решение, – хмурюсь я. – По-моему, мама ты преувеличиваешь значение этого брака, – чуть улыбаюсь. Чувствую, как накаляется воздух в комнате.

– Арам, – ровным голосом произносит мама и опускает взгляд, – я всегда закрывала глаза на твоих женщин. Ты молодой мужчина и я все понимаю. Ты мой сын. Наследник и продолжатель фамилии. Но все эти женщины вместе взятые и ни одна из них не стоят того, что ты собираешься сделать.

Мама поднимает опять на меня взгляд. Молчит.

– Брак с Лейлой важен для обеих семей. Твой отец и отец Лейлы договорились о нем очень давно. и это… это единственная возможность, Арам, вернуть позиции нашей компании. Ты же сам все видишь. Все, что с таким трудом строил твой отец и Зураб, может пойти ко дну. Нам нужны связи отца Лейлы, Арам.

– Оставь, мам, – отмахиваюсь недовольно я. – Мы же не в Средневековье живем. Мы сами решим свои проблемы.

Мама закрывает глаза и кладет ладонь на грудь. Я вскакиваю и быстро оказываюсь рядом с ней.

– Мам, тебе плохо? Мама?

Она открывает глаза и берет мою руку.

– Арам, ты опозоришь Лейлу, если сейчас откажешься от брака с ней. Ее отец не простит этого. Арам, – прижимает мою ладонь к своей груди. – Что произошло? Все же уже было оговорено. Так нельзя, мальчик мой.

– А если мне не нравится Лейла? – забираю свою руку и отхожу.

Встаю лицом к окну и смотрю во двор, засунув руки в карманы брюк.

– Не нравится, – повторяю.

– Арам, – голос мамы опять звучит ровно и спокойно. Слишком спокойно для данной ситуации. – У тебя есть обязательства перед семьей. Перед отцом. Ты помнишь, в чем поклялся ему на смертном одре? Помнишь, что обещал?

Хмурюсь и молчу. Не оборачиваюсь.

– Лейла хорошая девушка, – продолжает мама. – Из приличной семьи. Воспитанная и не какая-то шл… – осекается. – Бережет себя до брака. Приличная девушка не будет спать с мужчиной до брака.

Хмыкаю, но ничего не говорю.

– А ты не думал о том, что ей нужны твои деньги?

Резко оборачиваюсь и пристально смотрю на маму.

– Кому? – прищуриваюсь.

– Той, кто не столь щепетильна в вопросах нравственности. Не стала ждать брака.

– Откуда ты ее знаешь, мама?

– А разве я сказала, что знаю ее? – мама приподнимает бровь. – Предполагаю. У тебя очередная женщина невысоких моральных устоев. Уверена, если я предложу ей деньги за то, чтобы она перестала с тобой общаться, она легко сделает это.

Усмехаюсь. Складываю руки на груди и смотрю на маму. Это что-то новенькое. Раньше она так не говорила.

– Ваши с Лейлой дети, Арам, – строго произносит мама, – унаследуют большое состояние. Ваши. Если ты откажешься от брака с Лейлой… – замолкает и тяжело вздыхает. Опускает взгляд. – Это станет концом для нас, Арам. Ты не можешь поступить так со всеми нами. Мы все зависим от этого брака. Все.

– Но, мам, – говорю серьезно, – я не люблю ее! Я не хочу быть с ней. Она… она чужая мне! – беру паузу и добавляю решительно: – мне нравится другая девушка.

Мне кажется, что это мое признание должно подействовать на маму. Я фактически признался ей в том, о чем еще даже не говорил с Элли! А ведь это правда. Мне она нравится. Я с ней быть хочу. Нет, конечно, не жениться. Но я хочу с ней жить, а не с Лейлой. Я жду, что мама поймет, смягчиться. Но в ответ слышу сухое:

– Ну и что? – и холодный взгляд.

Хмурюсь.

– Нравится сейчас. Потом разонравится. Ты же не собираешься на ней жениться. Женись на Лейле. Остальное… – мама убирает взгляд в сторону. – Думаю, Лейла поймет. Она воспитана правильно.

Изумленно смотрю на маму.

– Арам, – она опять садится прямо и устремляет взгляд на меня. – Есть обязательства, которые мы не можем изменить. Ты принадлежишь не к простой семье и должен понимать, что любое твое действие может отразиться не только на тебе.

Мама встает и идет ко мне.

– Сынок, – проводит по моим волосам и чуть улыбается как будто даже, – это все пройдет. А Лейла будет твоим надежным тылом. Лейла и ее семья. Нельзя обижать таких людей. Вспомни, чему учил тебя отец? Что говорил? Что ты ему обещал?

Опускаю взгляд и тру пальцами глаза.

– Вот, возьми, – мама достает что-то из сумочки и протягивает мне. Какая-то коробка.

– Что это?

– Это фамильные серьги, – мама открывает коробку и я вижу там красивые и явно дорогие серьги. – Эти серьги передаются из поколения в поколение по женской линии. Пришла твоя очередь, Арам, подарить их своей будущей жене.

Она берет мою ладонь и кладёт на нее коробку с серьгами.

Смотрю на них.

– А вот и семья Лейлы и Владлен! – мы оборачиваемся к окну на звук мотора.

У дома останавливаются дорогие автомобили и из них выходят мой дядя Владлен и семья моей невесты. И она сама. В строгом платье, глаза – в пол. Как и должна вести себя послушная жена.

– Пойдем, Арам. Встретим, – и мама улыбается и идет к двери.

Я еще раз смотрю на серьги и убираю коробку в карман.

После этого мы встречаем гостей. Отец Лейлы – Эмин, суровый мужчина, здороваясь, сильно жмет мою руку. Мой отец и Эмин были лучшими друзьями. А Лейла… ну, я видел ее пару раз в детстве. Хотя тогда уже знал, что она станет моей женой. Но тогда это казалось чем-то очень далеким. А сейчас она сидит со мной рядом.

Сидит, опустив взгляд. Молча. Лейла, конечно, красивая девушка. А я смотрю на нее и понимаю, что ничего не трогает во мне эта ее красота. Абсолютно ничего.

Даже интересно. Усмехаюсь про себя.

И совершенно другое происходит буквально через несколько секунд.

Вслушиваюсь в разговор дяди с отцом Лейлы, опустив голову. Думаю, как уйти. Этот вечер напрягает меня. К тому же я очень хочу к Элли. Она ведь ждет меня.

Смотрю на часы и тут слышу какой-то грохот. Как будто уронили что-то.

Поднимаю взгляд. И чувствую, как сердце замирает. В горле – колючий комок, царапающий и не дающий сглотнуть. Машинально поворачиваю голову и смотрю на маму. Она тоже смотрит на меня. Потом медленно переводит взгляд и чуть сощуривается.

И я опять смотрю туда. Встречаюсь взглядом и сердце срывается в бешенной гонке, пытаясь успеть куда-то или компенсировать свой простой. Я беру бокал и смачиваю пересохшее горло.

Не отрываю взгляда от пары глаз, устремленных на меня. Глаз, ради которых я готов остаться здесь и от взгляда в которые я словно возвращаюсь к жизни. Оживаю. И пофиг уже на весь фарс, что здесь происходит. На Лейлу и на ее отца.

Наверное, впервые за весь вечер на моем лице появляется улыбка. И все из-за одной маленькой девочки, которая стоит сейчас и ошарашенно смотрит на меня.