Глава 5. Поцелуй как валюта

Ксения * – Я дракон, крошка, и постараюсь испепелить всё то боевое отравляющее вещество, что ты так лихо впрыснула себе в глаза, – пояснил этот несносный рептилоид. – Одежда неминуемо испачкается. Ещё раз повторю: у меня не бытовая магия и не целительская, а боевая! Снимай своё пальто и платье, если не хочешь их запачкать. – Ты мне этот перец вместе с глазами выжжешь?! – испугалась я. – Мне тут ещё слепой истерички не хватало! – фыркнул блондин. – Объясняю, как ребёнку: любое вещество состоит из мельчайших частиц. Моя задача – заключить химическое поражающее вещество в микроскопические капсулы изо льда, и испепелить их изнутри. Лёд, конечно, растает, но у тебя в глазах будет уже не едкая субстанция, а мокрый пепел. Я нейтрализую его щелочную реакцию. Его проще из глаз промыть. Но за сохранность одежды – не отвечаю. Не хочу слышать, как ты будешь орать, что я твой любимый наряд испортил. Поэтому если хочешь, чтобы я тебе помог – раздевайся! И чем дольше ты раздумываешь – тем сильнее газ въедается в твои глаза. – Ладно, пальто сниму, – сдалась я. – А платье не жалко, пачкай! – Хорошо, как скажешь, – в голосе блондина промелькнуло разочарование. – Давай сюда, – помог он мне снять верхнюю одежду и отнёс в комнату. Вернулся с большим полотенцем в руках, накинул его мне на плечи. – Вот, хотя бы так. Может, меньше испачкаешься, скромница. Подойди к раковине, немного наклонись над ней. Всё, замри! Не двигайся, даже если ощутишь жжение, ясно? Просто доверься мне. – Я и так ощущаю дикое жжение! – парировала я. Слёзы текли из глаз ручьём. – А насчёт доверия – это ты загнул, ящерка. – Может, тебе рот завязать? – мечтательно протянул дракон. – Ладно, ладно, не дёргайся, я пошутил. Он неожиданно подошёл ко мне со спины и, обхватив руками, крепко прижал к себе. Мой позвоночник буквально впечатался в его мускулистый горячий торс. Не знаю, почему этот дракон назывался ледяным. Даже сквозь несколько слоёв тряпок я чувствовала, что он был ого-го каким огненным. – Ты что делаешь? – испуганно выдохнула я. – То, что мне не свойственно. Исцеляю, – последовал ответ. Голос блондина выдавал его сосредоточенность, так что я перестала ёрзать, пытаясь вырваться из жаркого захвата, и замерла. Удивительно, но секунд через семь жжение в глазах и на коже резко уменьшилось! Оно не прошло совсем, но стало терпимым. А ещё перед глазами заплясали мелкие серые мушки. Догадалась, что это как раз тот самый пепел, о котором говорил Кайрон. – Полагаю, что тебе сейчас стоит принять душ. Хочется предложить тебе потереть спинку, но понимаю, что ты не настроена на сладкие игры. Могу принести тебе свои чистые штаны и рубашку, если хочешь, и тапочки. Но не бесплатно! – У меня нет местной валюты, – покосилась я на него. – Знаю, – снисходительно улыбнулся он. – В качестве оплаты будет один маленький поцелуй. Должен же я получить хоть какое-то вознаграждение за то, что ты меня ранила, а я потом тебя исцелил от химозы, которую ты пыталась прыснуть в мои глаза. Плюс я ещё свою одежду тебе отдаю. Это будет справедливо, не находишь? – Не нахожу, – мотнула я головой, но в итоге сдалась: – Ладно, один малюсенький поцелуй. И это я тебя поцелую, а не наоборот, договорились? – Договорились, – затряс он головой. – За столько лет я совсем загрустил без женской ласки. – Кота заведи, – посоветовала я. – Коты любое одиночество способны прогнать. – Так ведь есть тут кот, – отозвался блондин. – Бегает где-то шельмец, еду у меня ворует. – У меня к тебе столько вопросов, Кайрон, – честно сказала я. – Ты говорил, что заперт в этом замке. Но где ты берёшь еду? – Гномы доставляют, через пищевой люк, – ответил он. – И что, я тут теперь заперта вместе с тобой? – покосилась я на него. – Замок зачарован, крошка, – кивнул Кай. – Боюсь, что теперь нам с тобой придётся тесно общаться. Потому что больше не с кем. Разве что поймаешь кота, но эта пушистая варежка слишком проворна. – А нам на двоих тут еды хватит? – насторожилась я. – Хватит, – хохотнул блондин. – Поделюсь с тобой последним куском, не переживай. – Ладно, неси свою чистую одежду. Потом объяснишь мне, как ты её стираешь. Мне мою тоже постирать надо, – сказала я. – Никак не стираю, – огорошил меня блондин. – Тут есть специальный постирочный шкаф, там семь больших отделений. Кладёшь грязное – через неделю достаёшь чистое. – Как всё сложно… – вздохнула я.