Глава 14

– С чего ты взял, что тебя? – простонала Вита, изнывая под ласками Филиппа. Ей надоели забавы в секс-игрушку, в конце концов, что еще он может ей сделать? Удивление, отразившееся на лице Харона, стоило риска вызвать гнев. – Ты забыла свое место. – Неужели? – прошептала Вита, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Оно прямо здесь. Она положила руку на живот Филиппа, спустилась ниже, под ремень, просунула ладонь под пояс брюк и резинку трусов. Пальцы прошлись по волоскам и впились в нежную плоть. – Ты пожелал, чтобы мне приснилось что-нибудь хорошее. Мне и приснился сочный, большой член! – горячо прошептала Вита прямо в лицо Филиппу, резко выдернула ладонь из брюк, оцарапав кожу. – Ты меня не возбуждаешь настолько, чтобы течь от одной мысли о твоем конце! – С-с-с-у-у-ка, – протянул Филипп, но не зло, скорее, удивленно. – Нарываешься, девочка. С этими словами он сильнее прижал Виту к стене. – Значит, не возбуждаю?! Значит, ты не кричишь подо мной? – прошипел Филипп и надавил на клитор сильнее. Вита задохнулась от острого наслаждения. – Я хорошо притворяюсь, – ответила Вита, ее голос дрожал от возбуждения. Она дразнила монстра, и монстр уже выпускал когти. – Посмотрим. – Филипп озорно прищурился, отстранился от нее, расстегнул ремень и вытащил его из брюк, зажал между кулаков и с силой рванул, кожа оглушительно щелкнула. – Если ты притворялась, значит, можешь и не притворяться, да? – вкрадчиво спросил Филипп. – Сейчас я тебя жестко выебу, а потом выпорю. Ударю столько раз, сколько криков и стонов ты издашь, пока я тебя пользую. – Нежно? – прошептала Вита. – Что «нежно»? – спросил Филипп насмешливо. – Выпорешь? – выдохнула Вита и кончиками пальцев провела по ремню. – Как любящий отец непослушную дочь? Или жестко, как палач ведьму? Филипп усмехнулся: – Меня БДСМ не возбуждает, ебать буду жестко, а пороть нежно. Он сложил ремень вдвое и провел снизу вверх по ее животу. По коже Виты пробежала волна дрожи. Странно, в его голосе не было злобы, скорее… азарт? Филипп усмехнулся: – Если ни разу не закричишь, мы покончим с минетами, и я разрешу тебе носить белье. – Идет, – быстро ответила Вита, пока Филипп не передумал. Он бросил ремень на пол, расстегнул молнию на брюках. От этого звука Вита почувствовала, как сладостно и горячо стало между ног. Филипп снял одежду, его член уже затвердел. Вита затрепетала, когда Филипп прижался к ней. – Обопрись на меня, – прошептал он. Вита обняла его за шею, Филипп приподнял ее ногу, и она инстинктивно поняла, чего он хочет, удерживая равновесие на одной ноге, Вита с трепетом ждала, когда он проникнет в нее, но Филипп не спешил. Одной рукой он перехватил ее бедро, заставив раскрыться, а второй сжал член и несколько невыносимо долгих минут водил головкой по ее сочащемуся медом лону, бережно очерчивая клитор, дразня и играя. – Значит, ты меня не хочешь? А твоя киска хочет, – выдохнул Филипп. А потом резко насадил Виту на член. Она громко вскрикнула. На лице Филиппа вспыхнуло торжество. – Раз, – прохрипел он. Со следующим толчком Вита закусила губы, чтобы не застонать. – Жестко и быстро, – просмаковал Филипп. Вита снова вскрикнула, когда он сильным толчком впечатал ее в стену. Движения Филиппа становились все быстрее, и в какой-то момент Вита поняла, что больше не сможет сдержать крики. Закушенные губы кровоточили, во рту остался соленый привкус. Филипп двигался в ней, как таран, пробивавший вражеские ворота, но ее тело пело от этих ударов. Она закричала и уже не сдерживала себя, пока крики не сменились протяжным сладострастным стоном, когда накатил огненный взрыв, расплавивший ее плоть, слившийся с хриплым стоном Филиппа. Если бы он не удерживал ее, то Вита без сил упала бы на пол. Когда судороги внизу живота утихли, Вита почувствовала, как Филипп выскользнул из нее. – Сколько? – Он отпустил ее ногу и двумя пальцами приподнял за подбородок. Вита сначала не поняла, о чем речь. – Сколько раз ты кричала? По губам Филиппа блуждала озорная усмешка. – Скажем, двадцать, – прошептал он, отошел, поднял с пола ремень. – Нежно, – напомнила Вита и повернулась спиной, подставляя зад.