Глава 8

Еще когда я начала спускаться вниз, по большой дугообразной лестнице, увидела в холле десятки людей, накрытые столы, украшенный зал… Здесь было много девушек Скифского, и других «дам», которые приехали из города, а так же около двадцати мужчин, одетых в шикарные костюмы.

Ну, примерно вот так выглядят светские вечера у обеспеченных людей. Все ходят туда-сюда, смеются, общаются и едят еду с фуршетного стола. В зале играет легкая музыка, официанты в белых смокингах разносят на подносах алкогольные напитки…На первый взгляд, все выглядело безопасно и вполне нормально.

Я спустилась ниже, и увидела около лестницы самого Скифского, он стоял в стороне и общался с какой-то напыщенной парочкой. Как только я оказываюсь внизу, мужчина сразу замечает меня и быстро приближается.

— Эля! — окликает, взяв меня за руку, и подводит к этой парочке. — Это мои почтенные друзья: Сергей Мартынов и его жена Алла…

— Здравствуйте, — бросаю робко.

— Знакомьтесь, это Эля… Моя любимица, — продолжает Скифский, заставляя меня занервничать.

— Владимир, она просто ангел, — залепетала Алла, еще больше вгоняя меня в краску.

— Очень красивая, — подтвердил Сергей, оглядывая меня похотливым взглядом. — Новенькая?

— Праздник, в честь Эли, а значит, да…Она новенькая, — подметил Скифский, собственнически обнимая меня за талию. — Пойдем дорогая, познакомлю тебя с другими друзьями, — добавляет, легонько подтолкнув меня вперед.

Мы уходим вглубь толпы, теряемся среди гостей, которые смотрят на нас с интересом и завистью, выходим на террасу, где нас ожидал накрытый столик на двоих. Все время, пока мы шли, думала о том, что впервые, за все время я услышала имя Скифского, а так же о том, что мужчина явно приревновал меня, когда его друг проявил свой интерес… И это было очень плохо. Потому что я понимала, что если мне удастся убежать, он так просто не отпустит…

— Присаживайся, — приглашает Владимир, отставляя мне стул. — Поешь в тишине, а потом, пойдем знакомиться с гостями, — говорит, опускаясь в стул напротив. — Тебе очень идет это платье, — делает комплимент. — Так и знал, что ты в нем будешь сногсшибательной, — добавляет, и я вдруг понимаю, что он лично сам мне выбирал это платье.

— Спасибо… Мне тоже оно очень понравилось, — говорю.

— Как ты себя чувствуешь? Тебя не пугает такая толпа? — заботливо уточняет.

— Это первый раз, когда я среди подобного пиршества, — признаюсь, улыбнувшись. — Мне немного неловко…

— Привыкнешь, — бросает мужчина, кивнув на стол. — Ешь, и пойдем в зал… Как раз все остальные гости соберутся.

Я не уверенно беру вилку в руку и осторожно спрашиваю.

— И что будет, когда все соберутся?

— Будем веселиться.

— А зачем так много мужчин? Все они ваши…твои друзья? — задаю ещё один вопрос.

— Нет. Здесь мало моих друзей. Мужчины нужны, чтобы моим девочкам было не скучно, — лишь отвечает, опять кивнув на блюдо передо мной. — Ешь…

Я больше не спрашивала ни о чем. Просто ела. А в голове был целый сумбур из мыслей, особенно после ответа Скифского.

В каком плане, эти мужчины будут веселить его девочек?

Может действительно, весь этот дом — один большой бордель, где держат элитных девочек, для богатых клиентов?

Боже…От этих мыслей и неопределенности у меня уже болела голова…

Как же я хотела домой! Как же я хотела к Аленке…

Трапеза длилась не больше пяти минут, потом Скифский, отложил вилку в сторону, протянул мне руку и сказал:

— Пойдем?

— Куда? — спросила инстинктивно, охрипшим от волнения голосом. Владимир улыбнулся.

— Все тебе нужно знать… Увидишь, — бросил он, как-то двузначно.

Мы покидаем стол и направляемся в зал, но как только мы проходим через большие арочные двери, в меня врезается чья-то массивная фигура. Мое запястье грубо обхватывают, и настойчиво вкладывают в ладошку маленький кусочек какой-то бумажки.

Все произошло настолько быстро и неожиданно, что я не успеваю увидеть лицо того, кто это сделал. Когда я бросила взгляд назад, на столкнувшегося со мной человека то, увидела только его широкую спину, обтянутую в белый смокинг, который носят здесь все официанты.

— Сюда! — поторопил меня Скифский, и вновь устремил взгляд вперед, я осторожно приподняла руку и увидела там клочок салфетки, на которой было написано корявым почерком: «Попросись в туалет». Сначала у меня был ступор, настолько сильный, что я даже на мгновение остановилась. А потом вспомнила об Амире… Что если это он хочет исполнить свое обещание и помочь мне?

— Что-то случилось? — взволновано спросил Скифский, приблизившись ко мне.

Я отрицательно покачала головой.

— Можно мне сначала в туалет сходить? — спросила неуверенно.

— Под лестницей есть дамская комната, — он указал рукой в нужном направлении. — Я подожду тебя здесь.

Я киваю, и быстро ухожу прочь, меланхолически ища взглядом, необходимую — дамскую комнату.

Как только оказываюсь в пустом помещении, одна из соседних дверей открывается и оттуда выходит громадный, незнакомый мне мужчина, одетый в форму официанта. Он быстро окидываем меня изучающим, внимательным взглядом, а потом подходит к двери и защелкивает замок. После чего поворачивается ко мне и говорит:

— Быстро раздевайся!

— Ч-что? — перепросила осипшим голосом, глядя на невозмутимого мужчину.

Он говорил, чтобы я раздевалась таким тоном, будто в этом нет ничего ужасного. Мужчина недовольно закатывает глаза к потолку, устало вдыхает и говорит:

— Не бойся ты! Не буду я тебя насиловать. Разве я похож на насильника?

— Ну…вообще-то, да! — бросила неуверенно, но правду. Его внешность действительно больше походила на бандитскую. И костюм официанта, явно был ему не по размеру, а значит точно не его… Мужчина не скрывает улыбки. Затем подходит к раковине, склоняется и достает из-под нее небольшой сверток, а потом протягивает его мне со словами:

— Я — Матвей. Друг твоей сестры. Алена послала меня за тобой.

— Алена? — моё сердце забилось в груди в два раза сильнее.

— Нет времени объяснять. У нас, примерно, минута, прежде чем тебя кинутся искать и за это время тебе нужно переодеться. Здесь парик и другое платье. Если хочешь освободится, действуй быстрее…

Через шестьдесят секунд я ухожу один или с тобой… Выбирай!

И я отвисаю.

Да, у меня были сомнения, и я могла ему не верить, но имя Алены меняет все…

Я быстро разрываю сверток и извлекаю оттуда парик с длинными рыжими волосами и черное крохотное платье. Собираю свои волосы в пучок и кое-как креплю имеющийся парик, затем опускаю бретельки своего платья, но замираю, когда вижу, как Матвей смотрит на меня не мигающим взглядом.

— Эм…Можешь хотя бы отвернуться, я без белья…, — решаю сказать правду, потому что упрашивать его, не было времени.

Мужчина ухмыляется и поворачивается ко мне спиной. К сожалению, скрыться в данной комнате было нереально, поскольку вокруг было полно зеркал, но я все равно быстро переодеваюсь, не задумываясь о том, что у мужчины есть возможность подсматривать. Засветить голой задницей перед одним мужчиной — это не самое ужасное, что меня может ожидать.

Когда я заканчиваю, мужчина сразу поворачивается ко мне, протягивает мне очки, с прозрачными стеклами и влажную салфетку.

— Губы вытри! — просит, приближаясь к двери и выглядывая наружу.

Я быстро делаю то, что он говорит.

— И что дальше? Какой у нас план? — спрашиваю, выбрасывая в мусорное ведро шикарное красное платье, которое было на мне несколько секунд назад.

— Будем импровизировать! — бросает мужчина, протягивая мне руку. — Пошли! Быстро! — подгоняет, и я обхватываю его огромную ладонь, слепо следуя за ним.

Мы выскакиваем в зал, идем под стенкой вправо и оказываемся в просторной кухне, где было полно других официантом и поваров. Проходим через все помещение, на задний двор, а затем перебираемся через какие-то кустарники, перелазим через высоченный забор к парадному входу.

— Сюда! — шепчет Матвей, потянув меня за собой, к какой-то старой машине. Открывает грязный багажник и говорит: — Залезай!

— Что? Ты серьезно?

— Как только отъедем на безопасное расстояние, я пересажу тебя в салон, — обещает. — Уверен, тебя уже ищут. Хочешь еще покапризничать?

— Я не капризничаю, — бросила раздраженно. Что за идиот! Это же не ему в грязный багажник лесть, от которого воняло бензином, пылью и какими-то отходами! — Если я задохнусь…

— Не задохнешься, — заверяет, не позволяя мне договорить.

Я устало выдыхаю и приближаюсь к машине. Матвей сразу подхватывает меня под попку, чтобы помочь взобраться, и я не успеваю ничего сделать чтобы воспротивится, как оказываюсь уже в багажнике. Затем он укрывает меня какой-то тряпкой, а сверху оставляет несколько картонных (пустых) ящиков.

— На въезде меня могут проверять. Если машина остановиться и откроют багажник — сиди тихо и не шевелись, — приказывает.

— Угу! — бурчу.

— Как тебе там? Дышишь?

— Живая! — бросаю раздраженно, и он закрывает багажник.

Вот такого со мной ещё никогда не было…

Мне было неприятно, противно и очень плохо, но я терпела, потому что понимала, что все это нужно для моего освобождения.

Если бы только удалось.

Я так хотела на свободу, что была готова вытерпеть все: пыль, грязь и боль в бедре, в которое мне давила какая-то железка, находящаяся в багажнике.

А ведь это далеко не конец.

Нам нужно было ещё пересечь ворота, которые охранялись людьми Скифского, и если они меня найду…Я даже боялась представить что будет, если они меня найдут.

Больше не будет шансов на спасение, потому что я потеряю доверие Владимира. Меня закроют в комнате, накажут, возможно, даже побьют.

Боже, как же было страшно…

Машина двинулась с места, а спустя несколько минут остановилась. Послышались мужские голоса, затем шаги и скрип ржавого багажника.

— Посуда с ресторана, — бросил Матвей, и коробки на мне, слегка зашевелились.

Я затаила дыхание, замерла, и даже не моргала… Боялась, что даже это, помешает нашему побегу. А затем, багажник резко захлопнулся. Настолько сильно, что громкий звук на некоторое время меня оглушил. Я вздрогнуло, а вместе с этим, мое сердце в груди подпрыгнуло от испуга.

— Проезжай! — последовал приказ, а затем машина хорошенько прогнулась под весом Матвея и мы поехали дальше.

Последовали длительные, бесконечные минуты… Мне казалось, что мы едем вот уже целый час. А мужчина все не останавливался, продолжая ехать дальше, по ухабистой дороге. Я чувствовала каждую кочку, слышала мельчайшие звуки и уже задыхалась от пыли и выхлопов… А затем, машина наконец-то остановилась. Багажник открылся, и коробки отлетели в сторону.

— Эй, ты там живая?! — спросил Матвей, освобождая меня от тряпки. Я ничего не ответила, а только с болью застонала. Моё бедро, ребра, рука затекли и жутко ныли от боли. — Давай помогу, — в следующее мгновение предлагает он, подхватив меня под спину и ноги, а затем легко поднимает на руки.

Я прижимаюсь к мужчине всем телом, не сдерживая слез радости, огорчения и усталости… Как все достало. Я знала, что если бы сейчас, он меня опустил на ноги, я бы свалилась на пол.

— Ты что…ревешь? — вдруг спрашивает Матвей, замечая мои слезы. Я молчу, пряча лицо в изгибе его шеи и плеча. Мне показалось, что руки мужчины задрожали. — Не плачь, уже все закончилось. Я позабочусь о тебе…

— Ты? — вдруг доходит ко мне. Я резко отстраняюсь от него, чтобы посмотреть в глаза мужчины.

— Да! Я! — подтверждает, но без каких-либо подробностей. — Пригнись, — сразу просит и усаживает меня на сидение уже другой машины: новенького, шикарного внедорожника в котором невероятно вкусно пахло. Старый «драндулет» в котором мы только что ехали, остался одиноко стоять на обочине.

Это удивляет меня и немного сбивает с толку, поэтому я сразу забываю, о чем мы там говорили, растерянно оглянувшись вокруг, когда оказываюсь в шикарном салоне автомобиля, обтянутом белой кожей.

Матвей закрывает за мной двери, и быстро оббежав машину, садится за руль. Дальше мы двигаемся с места, и некоторое время едем молча. Когда я вижу отдаленные ночные огни, понимаю, что мы возвращаемся в город.

— И что дальше? — спрашиваю осторожно. — Где меня будет ждать Алена? Домой ехать нельзя… Скифский явно будет искать меня. Так вышло, что я похожа на его погибшую жену, а у него на ней какое-то помешательство, поэтому…

— Мы не будем ехать к тебе домой! — вдруг обрывает Матвей. — И с сестрой ты пока не увидишься…

— Эм…Что? — перепросила.

— Слишком опасно…для тебя и твоей сестры. В первую очередь, они приставят слежку за Аленой, — продолжает он.

— Тогда ей грозит опасность…

— Она под защитой. Дамир позаботится о ней, — опять обрывает меня мужчина. Я вновь висну, он неожиданности, после таких новостей.

— Дамир? Кто такой Дамир? — уточняю.

— Дамир — будущий муж Алены, — следует спокойный ответ.

— Муж… Мы об одной и той же Алене говорим? — уточняю, подозрительно посмотрев на Матвея. Мы не виделись с сестрой максимум десять дней, и у нее не было никакого Дамира! А о муже — вообще не может быть даже речи! Алена была одна и десять дней, никак не могли изменить все настолько кардинально!

Или могли?

Что за черт?

— Если твоя сестра — отчаянная и смелая брюнетка, которая полжизни уделила на спасение мамы, больной на рак… Тогда, да!

— У моей сестры нет жениха. И вообще…В её окружении, нет таких людей как ты! — бросаю растеряно.

— Каких это «таких»? — спрашивает мужчина, посмотрев на меня потемневшим от злости взглядом.

— Ты явно не официант…

— Нет, — подтверждает. — И что?

— Ничего… Ты на бандита больше похож…, — говорю правду.

— Этот бандит спас тебя, между прочим, — бросает он недовольно. — Тебя словам благодарности учили?

— Спасибо, — бросаю, но получается не очень искренне.

— Звучит как «пошел нахер»…

— Прости, я не хотела тебя оскорбить… Просто устала и хочу к сестре, — объясняю, отворачиваясь от мужчины. Мой взгляд устремляется за окно.

— Ты меня не оскорбила… И я все понимаю. Но к сестре тебя отвести пока не могу, — вдруг добавляет, и я резко перевожу на него свой взгляд.

— Что? Почему это?

— Я уже сказал: слишком опасно…

— Эм… Тогда куда ты меня отвезешь? — спрашиваю испуганно. Мне вдруг становится страшно. Что я знаю об этом типе? А он даже не отрицал того, что является бандитом!

— К себе, — вдруг отвечает Матвей, одарив меня косой ухмылкой.