Глава 17. Ангелина

Усманов примчался домой утром. Свежий и веселый.

– Доброе утро, дорогая, – пропел он сладким жаворонком.

Захотелось удавить его, чтоб эта милейшая лучистая улыбка сползла с лица. Я ничего ему не сказала о разговоре с Алексом, о своих обидах и мыслях. Сначала слова не шли с языка, потом мы были заняты. Вернее, Влад носился по дому, собираясь на встречу. Меня он решил не брать, потому что перед приемом еще ждали СПА, мастер по волосам и визажу.

– Заберу тебя прямо из салона, Ангел. Ты успеешь приготовить мне костюм?

– Да, конечно, – ответила я спокойно, принимая его просьбу с исключительно рабочим энтузиазмом.

Сколько я так наглаживала рубашки и отпаривала пиджаки Диме? И все рано все было плохо. Влад мне хоть заплатит за услуги.

Я печально хмыкнула себе под нос. Услуг я ему уже оказала более чем достаточно. Самое ужасное, что я очень хотела пойти до конца и дальше. До сих пор. Влад ничего мне не сказал о ночи у Алекса, но, по всей видимости, от него не укрылось мое смятение и обида.

– Хей, Ангел, ты злишься на меня? Я правда не мог вчера от них отвязаться. Ты же понимаешь, – проговорил он уже у двери, прощаясь со мной.

– Все в порядке, – соврала я, натягивая улыбку. Не признаваться же сейчас, когда его уже ждут в офисе другие потенциальные партнеры. – Увидимся вечером. Я отглажу рубашку.

– Буду скучать. Сегодня ночью мы все наверстаем, – пообещал Влад.

Я не успела опомниться, а он уже целовал мня глубоко и чувственно, крепко обнимая. Я не могла ему противиться. Не было сил отказаться от этой сладкой боли, что будили во мне его прикосновения, ласки и близость.

– До вечера, малышка. Побегу, а то останусь с тобой и гори оно все…

Он еще раз поцеловал меня в губы и ушел. Я снова осталась одна со своими невеселыми мыслями, запутавшаяся в желаниях и чувствах. Не в силах оставаться в четырех стенах, я вышла на улицу и пошла прогуляться по рынку Портобелло.

Как истинная женщина, я очень быстро зарядилась атмосферой этого места. Мне нравились такие рынки, нравились необычные вещи и такие же оригинальные продавцы. Я не прошла мимо аксессуаров и купила себе несколько браслетов с натуральными камнями, два шарфика и кошелек. Дизайн был простенький, но мне они пришлись по душе. Не смогла я устоять и в посудной лавке. Не знаю, откуда там взялась большая кофейная чашка с надписью «Я не твоя». Это ведь как специально для Влада.

Я тут же вспомнила все, от чего меня вылечил шоппинг, но чашку все равно купила. Вспомнив советы Ритки и прочие позитивные мантры, я решила взять от Усманова все самое лучшее. Пусть он плетет интриги с Сарой, но мне-то что? Я вернусь на работу, разведусь с неверным мужем и начну новую жизнь. Как бы то ни было, но Усманов за эти дни позволил мне стать совсем другой. Сильной, смелой, желанной. Такая я себе нравилась намного больше и собиралась зафиксироваться именно в этом состоянии.

СПА, визаж, вечерняя прическа и роскошное платье утвердили меня в этом образе еще сильнее. Влад, как и обещал, забрал меня из салона. Смерфит опять прислал за нами водителя, но у открытой двери стоял именно Усманов. Его губы растягивались в широкой улыбке, пока я шла по тротуару до парковки.

– Ты прекрасна, – проговорил он. – Ненавижу работу. Поехали ужинать, а потом домой. А лучше ужинать домой и…

– Не искушай, – усмехнулась я. – Теряем время.

– Ты стала нудной, Ангел. А я надеялся соблазнить тебя на всякие непристойности по дороге.

– Держи карман шире. Как твой бранч кстати?

Мне удалось сменить тему, и по пути в поместье Влад говорил о работе. Даже по тону я чувствовала, что он не особенно рад вращаться в высшем обществе, хотя перспективы сотрудничества переговоры сулили хорошие.

– С Алексом тоже все как-то странно. Мы с ним во многом совпадаем, и он не давит на меня по части условий, но его дети…

– Дети? – неожиданно для самой себя я начала прикидываться несведущей дурочкой, давая Владу шанс объясниться. – Разве Ник не единственный ребенок?

– Нет, есть еще Сара. Но они оба те еще наследники.

– Значит, Сара?

– Да, старшая дочь.

На этом Усманов закрыл тему детей и больше говорил о сотрудничестве.

Я расстроилась. Почему он не считает нужным мне сказать? Или это часть того разговора, который мы снова отложили. Я не стала заострять внимание, а зря. Наверно.

И без этих недомолвок мне было страшновато и волнительно. Все же я девочка из провинции впервые среди сэров и пэров. Эдакая Золушка на службе у принца.

Шикарный особняк был ярко освещён. Влад первый вышел из машины и помог мне. Я не упала на каблуках и не наступила на подол платья. Меня тепло поприветствовал Алекс, и так же доброжелательна была его жена, которую мне тут же представили. Ник тоже кратко и сдержанно кивнул, не напрягая. А вот эффектная брюнетка, которая тут же спустилась со второго этажа в гостиную, мгновенно заставила нервничать.

– Ангелина, это Сара Смерфит, дочь Алекса, – познакомил нас Влад.

Я тут же забыла обо всех правилах. Мне нужно протянуть руку или кивка достаточно?

– О, прелесть, – тут же запела Сара, обнимая меня без лишних церемоний и имитируя поцелую мимолетным касанием щеки о щеку и чмоком в воздух. – Наконец, ты привез ее к нам, дорогой. А я уже думала, что прячешь. Анжелин, почему вы не приехали вчера? Мы славно поиграли в покер. Влад даже выиграл.

Значит, она действительно приехала вчера и Влад провел с ней ночь под одной крышей. Ревность снова забурлила, кипятя мою кровь, но я совладала с эмоциями.

– Я не фанат азартных игр. Вряд ли моя компания была бы вам приятна.

– Ну что ты, милая… – на этом ее внимание ко мне закончилось, и она вцепилась в Усманова. – Я ведь так и не успела тебе показать своего нового скакуна. Пойдем. Ник, ты уж развлеки Анжелин. Не стоит ей пачкать туфельки в навозе.

Я едва успела моргнуть, а она уже увела Влада за собой, как телка на веревочке.

– Шампанского, Анжелин? – предложил мне Ник с абсолютно непроницаемым лицом.

– Да, пожалуй, – кивнула я.

А что мне еще оставалось? Не бежать же за его сестрой и Владом до конюшни.

Благослови бог англичан с их тактичностью и невозмутимостью. Мы с Ником достаточно долго говорили о погоде, о гольфе, о моих впечатлениях первого визита в Лондон. Когда бедолага иссяк, на помощь пришла его матушка, которая познакомила меня со своими подругами, такими же женами сэров-пэров. Я в ответ сказала, что у них очень красивый дом и изъявила желание выйти в сад. Наверно, зря, потом что сразу увидела Влада и Сару. Они, похоже, возвращались из конюшен, и дочка Смерфита буквально висела на моем «женихе», что-то рассказывала, и сама заливалась звонким смешливым колокольчиком.

Мне стало дурно. Правда, увидев меня, Усманов осторожно освободился от ее захвата.

– Возвращаю его вам, Анжелин, но ненадолго. Влад, не забудь, мы хотели обсудить брексит с лордом Саливаном. Он очень интересовался твоим мнением.

– Да, помню, Сара. Сейчас иду.

Она оставила нас у кустов с ароматными розами. Я переминалась с ноги на ноги, сама не знала, что ждать сейчас.

– Заскучала? – спросил Влад, как ни в чем не бывало.

– Прости, что бросил, но мне нужно пообщаться со всеми этими скучными людьми.

Он взял у меня из рук бокал и выпил половину, а я даже не пригубила.

– Конечно, – с улыбкой откликнулась я. – Мне не скучно. Это работа.

«На конюшнях, наверно, веселее», – подумалось мне, но обвинять Влада во всех смертных грехах я не мела права.

Подняв глаза и увидев его рот со следом сливовой помады, меня затошнило. Скучные переговоры, ага. Конюшня? Да-да. Жеребец, твою мать.

Влад протяну мне бокал обратно, но я резко отпрянула, и он уронил его. Стекло брызнула в разные стороны осколками.

Господи, какая я же я дура и слабачка. Нужно сейчас собраться и попытаться не реветь, не представлять его с ней и не показывать свою слабость. И уж точно не требовать у него объяснений, оправданий.

– Ангел, ты в прядке?

Влад словно не заметил разбитый бокал.

– В полном, – отважно соврала я. – Ты хотел вернуться внутрь? Нас, наверно потеряли. Мистер Саливан ждет.

– Да, конечно, но…

Не дав Владу договорить, я взяла его под руку, как недавно Сара, и повела уверенно к дому. Он платит мне за этот эскорт. Я должна все отработать. Без эмоций, без глупостей и без иллюзий.

Усманов словно опешил от моего уверенного напора и больше ни о чем не спрашивал. Это и понятно, потому что мы уже на веранде столкнулись с тем самым Саливаном, который жить не мог без обсуждения брексита.

Моментально рядом с нами оказалась Сара. Она тут же включилась в обсуждение и постоянно прикасалась к Владу. Ее совершенно не смущало, что при этом он обнимал меня. Такой наглый флирт не просто раздражал, он моментально меня выбесил. Даже увеченный экономикой и политикой Саливан пару раз взглянул на мисс Смерфит, а потом сразу перевел взгляд на Влада и на меня. Кажется, я покраснела. Мне было так стыдно.

Это противное чувство не покидало меня, потому что Сара от нас не отходила ни на шаг. Это было просто неприлично, в конце концов. Не знаю, каким чудом я сдерживала свои нервы. Иногда я так злилась, что вдавливала ногти в свою ладонь, чтобы не наговорить ей гадостей. Или ему.

Усманов ведь улыбался ей и периодически отвешивал комплименты.

– Потрясающее замечание, Сара.

– А что ты думаешь об этом, Сара?

– А как ваш бизнес будет развиваться потом, Сара? Ты ведь думала об этом.

– Инвестирование тебя интересует, Сара? Ты слишком хорошенькая для всей этой скучной денежной канители.

На каждое подобное замечание Сара отвечала лучистой наивной улыбкой, а Влад ухмылялся как истинный демон.

Я не выдержала. Час этого ада совершенно вымотал меня. Извинившись, я оставила этих двоих с в компании нескольких лордов и самого Алекса. Его жена любезно проводила меня до уборной, где я просидела наверно минут десять, пытаясь прийти в себя, промакивая салфетками глаза и сдерживая плач.

Они ведь переспали этой ночью. В моем воображении проскальзывали образы потных тел, сплетенных в танце страсти. Ее смех, его ухмылки. Поцелуи, объятия. А меня просто некуда деть. Я ведь была анонсирована заранее. Очевидно, Влад притащил с собой невесту ,чтобы раззадорить бывшую. Проклятый стратег. Ему все удалось. Осталось только поздравить.

Мне бы радоваться, потому что вряд ли босс будет теперь настаивать на интиме. Но вот сердце кровило и ныло от боли и ран. И это даже рядом не стояло с тем, что я чувствовала, когда мне изменил Дима. То была обида больше, а сейчас я просто умирала, теряя то ,что никогда и не было моим. А я ведь хотела. Все равно хотела. Вопреки всему.

Я вышла из ванной комнаты и почти наскочила на Ника.

– Анжелин, ты в порядке? Такая бледная, – сразу заметил он.

– Да, мне нехорошо, я бы хотела поехать домой.

– Я сейчас найду Влада. Кажется, он был на террасе с Сарой.

Я могла бы и догадаться.

– Не стоит беспокоиться, Николас. Я просто скажу ему, что заболела. Пусть он остается.

– Как скажешь. Тогда я велю подать машину.

– Большое спасибо. Я бы хотела попрощаться с твоими родителями и поблагодарить за все.

– Они отдают последние распоряжения на кухне, я передам им. Не переживай.

Я коснулась его плеча в знак признательности, кисло улыбнулась и пошла к выходу на огромный балкон.

Что я знала о боли до сих пор? Наверно, ничего. Сердце ноет – это можно перетерпеть, но как не кричать и оставаться в сознании, когда видение, словно огромное, раскаленное ядро влетает в грудь.

Я стою и смотрю, как они целуются.

Она держит его за галстук, притягивая к себе, и смачно всасывается в мои любимые губы, пачкая их помадой еще сильнее.

Слезы покатились по щекам, но я стерла их пальцами, четко и звонко поговорила:

– Влад, кажется, я приболела. Немного тошнит. Поеду домой. Доброго вечера.

Ответа ждать я, конечно, не стала. Мне уже было больно везде. Ногти, вдавленные в ладони, узкие новые туфли, тугой лиф платья, даже шпильки словно впились в голову. И дыра в груди, которую никто не видел. Я шла, как слепая, улыбаясь и кивая всем, кто прощался со мной, но при этом не разбирала лиц. У ворот ждала машина. Только возле нее я поняла ,что еду домой не одна. Влад сел со мной рядом на заднее сидение.

– Ангел, я могу…

Я подняла руку, прерывая его, и сказала кратко по-русски:

– Давай все обсудим дома, Влад. Когда приедем или завтра или никогда. Никогда было бы идеально. Ты не обязан уезжать со мной. Возвращайся на праздник.

– Нет, я с тобой, – упрямо проговорил он и кивнул водителю. – Го, Джейми. Ту Ноттинг-Хилл*.

Я отсела к окну и до самого дома не проронила ни слова. Влад тоже ничего не говоил, но я за эти дни немного его узнала и понимала, что едва мы войдем домой, он потребует объяснений. Забавно, а ведь это эму следовало объясниться. Хотя с какой стати? Мы никто друг другу. Он точно не обязан передо мной отчитываться. Хотя мне показалось… Да-да, Геля, тебе показалось.

Усманов взял и влюбился за три дня. О-о-очень смешно.

Наверно, решение уйти с вечеринки и не закатывать Владу сцену на балконе и по дороге было самым взвешенным и мудрым за всю мою игрушечную жизнь. Огни Лондона, тихий гул мотора успокоили меня. Я снова была равнодушна и холодна. Да, немного взволнована и весьма возмущена, расстроена, конечно, но страсти я усмирила. Сейчас мои эмоции были схожи с теми, которые я испытывала перед ужином с Владом на веранде нашего офиса.

Стряхнув с себя все лишнее, я умудрилась спокойно поблагодарить Джейми и войти в квартиру с гордо задранным носом.

– Ради бога, Влад, я устала и хочу спать. Избавь меня от своих нелепых объяснений, – бросила я, небрежно скидывая туфли, пошла к себе в спальню.

– Нет, – резко отказал мне Усманов, схватив за запястье.

Одно касание. Одно единственное слово, и я снова размазня с глазами на мокром месте.

– Пожалуйста, – жалобно попросила я, посмотрев на него снизу вверх. – Пожалуйста, Влад, оставь меня в покое. Неужели тебе мало всего, что ты сделал?

– Что я сделал, Ангел? Она меня целовала. Не я ее.

– Серьезно? На балконе или на конюшне?

Все, я оседлала любимую лошадь, снова превратившись в ревнивую жену.

Влад прищурился.

– Везде. Это было необходимо. Не мне. Саре. Она…

– Правда? А тащить меня сюда и представлять своей невестой тоже необходимо? Наверно, чтобы втоптать меня в грязь? Это видимо часть твоей работы. Знаешь Усманов, я помню прекрасно, что мы никто друг другу, но все эти люди – они же не в курсе. Для них я просто дура, которая терпит вертихвостку рядом со своим мужчиной. Такую роль ты мне готовил? Серьёзно? Между прочим, изображать идиотку я не нанималась. Это стоит дороже расписки моего мужа.

– Ангел, я же…

Я перебила его, не в силах остановиться.

– Или ты собирался вызвать ревность Сары с моей помощью? Хотел вернуть ее расположение, сделать своей женой и войти в семью Смерфита? Он не в восторге от такого сценария, Влад. Вряд ли тебе что-то светит. Алекс против вашей свадьбы. Прости, что говорю с сарказмом, но нет сил тебе сочувствовать.

– Ты очень сильно ошибаешься сейчас, Ангелин, – мягко укорил меня Влад.

Слишком ласково звучал его голос, а глаза смотрели слишком пристально. А на лице застыло выражение лица человека, который целиком и полностью верит в собственную правоту.

– Ты просто ревнуешь меня, малыш.

– Да пошел ты в задницу, Усманов! Мне просто противно, вот и все. Ты играешь судьбами, используешь людей, давишь на слабые места. Это отвратительно и мерзко. Я по горло сыта твоими играми. Можешь делать с моей квартирой и моим дебилом-мужем что угодно. Я в этом дерьме больше не участвую.

Наконец удовлетворив потребность вывалить на него все, что думаю, я дернула руку, потребовав:

– Пусти! Я…

Не тут то было. Усманов не только не отпустил, он потянул меня за руку, прижимая к себе, завел за спину и вторую ,полностью обездвижив. Я почувствовала себя такой беспомощной и очень уязвимой. Влад смотрел мне прямо в глаза и говорил искренне и проникновенно.

– Малыш, клянусь, я не хотел тебя ранить. Ты права, я дерьмово поступил, увлекся, заигрался. У меня никогда не было женщины, чьи чувства я принимал бы в расчет. Для меня всегда работа на первом месте. Была.

– Была? – эхом уточнила .

– Да, была. Я ведь все бросил и уехал. Значит, теперь на первом месте ты.

– Какая честь, твою мать!

–Ангел, я думал, что причиню тебе боль. Я не хотел этого.

– Ты же спал с ней, Влад. Как это может не ранить?

Слезы потекли по моим щекам. Я не могла больше держаться.

– Это было сто лет назад, Ангелин. Прости, но я не могу вернуться в прошлое.

– Вчера, – прохрипела я. – Вчера она была на ужине. Ты остался…

– Я не спал с ней вчера. Клянусь. Мы засиделись за покером и разговорами. Я едва на ногах держался. Сара ушла к себе, сыграв одну партию. Мы почти не говорили. Пожалуйста, не плачь, родная.

Я судорожно втянула ртом воздух, задыхаясь от желания верить ему. Влад взял мое лицо в ладони.

– Прости меня, – зашептал он. – Прости, пожалуйста. Мне нужно было пообщаться с Сарой сегодня. Да, я расчетливый гондон и использовал ее влечение, чтобы выведать планы, ее и Алекса. Я думал, ты поймешь… Нет! Я надеялся, ты не увидишь. Дерьмовая оказалась идея. Нужно было хотя бы предупредить тебя, но я не стал. Не посчитал нужным. Это все так сильно и ново для меня. Я не успеваю перестроиться.

– Сильно? Ново? – залепетала я, повторяя его слова, но не понимая их смысла. – Что?

– Мои чувства к тебе. Я бы назвал это любовью, но, наверно, слишком рано. Поэтому пусть будут просто чувства…

– Чувства? – снова откликнулась я эхом.

– Да, чувства, Ангелина, разве ты не видишь? Я помешан на тебе. Все, чего я желаю – это ты. Неужели так сложно заметить, милая? Ни одну женщину я не хотел так сильно. Ни одна не злила меня и не восхищала, как это делаешь ты.

Он опустил мои руки и стиснул попку, прижимая к себе, позволяя почувствовать через брюки свое возбуждение.

– Никто так не может, Ангел. Только ты. Ты мое наваждение. Мое единственное желание – обладать тобой. Я тебя никуда не отпущу. Даже не мечтай об этом.

У меня закружилась голова, и стало тяжело дышать. Я вроде бы была в уме и ни на грамм ему не верила. Все слова, пустое. Но мое тело пело, отвечало на его возбуждение собственным жаром и потребностью. Руки сами обвили шею Влада. Я встала на носочки и потянулась его губам.

Наверно, все дело в извинениях. Дима никогда не говорил «прости меня». Его коронной фразой было «сама виновата». А Влад… Влад снова ударил тараном по всем моим крепким стенам. Крепость пала. Я больше не хотела сопротивляться. Я хотела принадлежать ему, потому что он так хотел. Потому что я сама хотела.