Глава 3

Так! Без истерики!

Избавляем полудохлый сюрприз от испорченной одежды!

Сглатывая тошнотворный ком в горле, быстро орудовала ножницами, обнаруженными в аптечке. К счастью, не страдаю кровобоязнью.

Теперь осмотреть повреждения.

Торопливо обтёрла смоченной в воде тканью предполагаемое место ранения.

Под правой ключицей на груди обнаружился небольшой разрез с чёрными, будто обугленными краями. Из него до сих пор обильно вытекала кровь, но вроде светлее и жиже. Рана не показалась глубокой.

Очистить и попытаться зашить? Но штопать живую плоть я точно не смогу.

Тогда промыть и попытаться забинтовать. Потуже. Вроде так кровотечение должно уменьшиться?

Действуя как можно бережней, обработала рану. Неожиданно отошла запёкшаяся чёрная корка, открывая чистые, розовые края пореза. Как смогла, наложила тугую повязку. Под бинтами, на моё счастье, не кровило.

Не давая себе расслабиться — потом поистерю — начала обмывать своему найдёнышу грудь, живот и руки. Дважды сменив воду в тазу, справилась.

Промокнула выступившую испарину с застывшего восковой маской мужского лица, ещё раз пощупала пульс. Живой. Переложить бы его куда. Не оставлять же раненого на полу. Вот только до соседней комнаты я его точно не дотащу, бугая. Где только таких делают?

Выудила из шкафа в спальне чистую простынь, прихватила с кровати покрывало и маленькую подушку.

Старинный диван показался мне вполне подходящей заменой больничной койки по своим габаритам и высоте.

Ухватившись за край плаща, подтащила тяжеленное тело и, далеко не с первой попытки, с горем пополам свалила его на предварительно застеленный простынёй антиквариат. Представляю, как завтра «поблагодарит» меня собственная спина. Таскать на себе такую тушу.

Хоть и весьма симпатичную.

Да уж, весьма…

Не торопясь прятать болезного под покрывалом, залипла, разглядывая.

Разумеется, из чистого любопытства!

Офигенный экземпляр! Высокий. Превосходно сложён. Не такой массивный, как показалось вначале. Доспех добавлял фигуре лишнего объёма. Каждая гармонично развитая мышца была чётко прорисована, создавая ощущение настоящей силы и мощи своего обладателя. Не было ужасных гипертрофированных бугров. Ровно столько, сколько нужно. Ни убавить ни прибавить. Идеально…

Крепкая длинная шея. Широченные плечи — моя тайная слабость.

Я закусила губу, почувствовав неуместное вожделение.

Рельефные руки с выпуклыми венами на предплечьях и кистях. Мощная, мерно вздымающаяся грудь плавно переходила в узкую талию и бёдра. Длинные мускулистые ноги. К счастью, не лишила красавчика штанов, а то слюной захлебнулась бы. Роскошное тело покрыто гадкой ровной кожей, без единого волоска, да, непривычного, но очень красивого цвета, удивительно нежной и приятной на ощупь. О, я прекрасно это почувствовала, пока самозабвенно играла в больничку!

Мой бесстыжий взгляд, совсем не подчиняясь своей хозяйке, ощупал каждый кубик рельефного пресса. Скользнул по верхней кромке низко сидящих штанов из жёсткой ткани, зацепился за… м-м-м-м…

Когда мужчине есть чем гордиться, это заметно и под одеждой и в спокойном состоянии…

Очнись, нимфоманка перезревшая! Сколько ему? На вид — двадцать пять, не больше.

Иди домой и трахни мужа! Раза два. Благо, он всегда за.

Накинула на все соблазны покрывало. От греха. Аккуратно поправила подушку под блондинистой головой. Приложила ладонь к высокому лбу, дотронулась до щеки. Жара нет, спокойно дышит, губы немного порозовели. Вот и чудно.

Ого! А времени-то натикало. Мои мужчины часа через два домой вернутся. Для своей находки я всё равно ничего полезного больше сделать не смогу. Поэтому пусть терпит до моего возвращения. Поговорю с мужем, вместе решим, что со всем этим делать.

Последствия лечебных процедур долго убирать не пришлось. Чудо-ткань длинного плаща, по-прежнему сухая и чистая, полностью впитала кровь и воду. Всё остальное быстро попрятала по своим местам. Немного подумав, оставила на полу у дивана стеклянный кувшин с водой и стакан. Окровавленные тряпки сунула в пакет, выброшу по дороге в мусор. Хорошо, что сама почти не испачкалась.

Быстро добралась домой, нарочно не позволяя себе думать о том, что со мной сегодня произошло. А когда нацепила мягкий халат после душа и оказалась на кухне, почувствовала, что накрывает. Ноги ослабли, голова раскалывалась, меня трясло так, что невозможно было налить стакан воды. Растерзав аптечку, выломала из блистера несколько таблеток успокоительного, насилу их в себя затолкала, завернулась с головой в плед и упала в кресло.

Посижу всего несколько минут, пока лекарство не подействует.

Наверное, я всё-таки заснула. Спина и ноги от неудобной позы затекли неимоверно, когда я подпрыгнула от настойчивой мелодии телефонного звонка. В темноте нащупала мобильник. Мазнула взглядом по горящим цифрам настольных часов: 21:10.

Странно…

А мои-то все где?

Неприятно засосало под ложечкой.

— Истомина Софья Андреевна? — вопросил из динамика женский голос, а я вдруг почувствовала, как все внутренности слипаются в ледяной ком. — Отделение интенсивной терапии, ГКБ номер шесть…

Почему-то не поняла больше ни слова.

В груди что-то лопнуло, и по венам растёкся жидкий азот.