Глава 48. «Наследие Хроноса»
— Не бойся, девочка! Я не враг тебе!
В испуге Бренна обернулась и не сразу поняла, что перед ней дружественное лицо — загадочный гость Маккоулов — Зафар. Он держал под рукой что-то весомое и обмотанное тряпицами, а воспалённое воображение Бренны при виде темнокожего араба в «своих» странных одеждах кричало: «Это демон пришёл по мою душу!». Ей понадобилось время, чтобы понять, что перед ней человек её нового хозяина Дункана Маккоула. Она видела Зафара несколько раз в Крейгмилларе в качестве гостя, но как любая средневековая простолюдинка тайком из-за суеверия крестилась, столкнувшись с человеком, имевшим столь пугающий цвет кожи. Теперь он перед ней. Стоит с сочувствующим выражение лица, а у губ держит указательный палец, лучше всяких слов говоривший: «Тише! Не кричи и не привлекай ничьё внимание!»
Сил девушки хватило лишь на то, чтобы согласно кивнуть головой. Сейчас она была благодарна небесам за любую помощь!
— Подержи! — настоял сарацин, передавая свою таинственную ношу измученной девушке и принялся со знаньем дела оглядывать раненого Ричарда. На счастье Бренны, а, может, на беду, Маккоул-младший оказался живучим!
Зафар мысленно восславлял Аллаха, что позволил ему одному войти в покои Ричарда. Видать, брат Дункана ждал его с нетерпеньем, раз позволил своим прихвостням пропустить его сразу же по прибытию в крепость и в само логово Ричарда.
— Оторви мне подол своей нижней юбки! И подай графин с хмелем.
Бренне не нужно было говорить дважды, она поспешно выполнила указания сарацина и, молитвенно сложив руки, созерцала за его целительными действиями над раненым.
Когда Зафар вынул кинжал из раны, Ричард пришёл вдруг в себя и попытался подхватиться:
— Не двигайся, если хочешь жить! — предупредил Зафар. — Я хорошо знаю медицину и попытаюсь тебе помочь! Вели своим людям снабдить меня всем необходим для исцеления и позволь этой несчастной покинуть крепость. Еще немного и мне придётся возвращать и её к жизни!
— А, это ты! — вывернул свою голову лежащий на животе Ричард, чтобы видеть говорившего. — Зафар из Аль-Джана! Что ж, спасай меня! Иначе вам всем не выбраться живыми из Ястребиного гнезда! — всё это Ричард гневно говорил вперемежку со стонами, кидая злостный взгляд на встревоженную Бренну. — Эта бестия останется здесь! Хочу видеть снедающий страх в её глазах, пока борюсь со смертью! А-а-а! — вдруг вскричал Ричард, потому что Зафар без предупреждения залил его кровоточащую рану хмельным напитком. — Стервятник! Ты лжешь: хочешь моей смерти! — выплеснул на Зафара из-за адской боли свой гнев Ричард.
— Не горячись! Это первое, что нужно было сделать! Теперь следует остановить кровотечение, перетянув крепко рану. Лучше не ёрзать!
Друг Дункана ловко перевязал ворчащему, как избалованный ребёнок, Ричарду рану и хладнокровно заявил:
— Какое-то время придется видеть сны лишь в таком положении. Дай Бог, жар, что должен тебя поглотить, ты без бедствия перенесёшь. Если твои удальцы успеют мне помочь приготовить нужные снадобья для тебя, через день-другой можешь огласить мне свою волю относительно «Наследия Хроноса»: я слишком уважаю твоего брата, и слово, данное ему, сдержу!
* * *
Ни день и ни два, а целых четыре мучился в лихорадке Маккоул-младший. Для него эти дни пронеслись мгновенно, чего не скажешь о его пленниках. Бренне и Зафару под присмотром одного из людей Ричарда всё это время пришлось неотлучно ухаживать за раненым. Зафар успел перед забытьём Маккоула-младшего добиться соизволения осмотреть состояние Джессики и не без труда выпросить для неё условия пребывания помягче, хотя бы с развязанными руками и питанием получше. Связанному Гавину удалось лишь оказать медицинскую помощь. Но труднее всех переносил это время Дункан Маккоул. Сколько раз он, пока пребывал в неведении о последних событиях в Ястребином гнезде, мысленно порывался взять штурмом или хитростью старую крепость. Лишь Донован с трезвым умом смог заставить его дожидаться новостей из логова брата. И только на третий дождливый с утра день всё с того же балкона он услышал от Шалого — правой руки горе-брата:
— Ричард занемог! И дарует твоему темнокожему возможность вытянуть его из лап недуга, а то и самой смерти! Сейчас Ричард бьётся в лихорадке! Сам понимаешь…
— Что с леди Маккоул?
— Да что с ней будет? Молится за спасение твоего брата!
— Позволь мне безоружному одному войти в крепость!
— Нет!
— Я лишь хочу удостовериться…
— Я сказал нет! Я и так проявил к тебе снисхождение, рассказав о состоянии Ричарда! Этого вполне достаточно!
И Шалый поспешно скрылся в тени балкона, оставив понурого вымокшего Дункана гадать, что же сталось с братом Ричардом.
Когда к Ричарду вернулось ясное сознание и жар спал, первое что он затребовал у Зафара — это видеть вожделенную книгу заклинаний:
— Покажи мне «Наследие Хроноса», сарацин! Хочу видеть книгу заклятий!
Зафар спокойно поднёс к очнувшемуся скрытый всё это время от любопытных глаз материей манускрипт, развернул края ткани и открыл жадному взору больного заветную книгу.
«Она!» — кричали глаза Ричарда. — «Всё так, как говорила чертовка из чужечасья: кожаный переплёт, каменья, застёжка и абрис песочных часов! Не наврала!»
— Если жив до сих пор, значит, моё время ещё не пришло! Мне достаточно твоих целебных действий, сарацин! Дальше сам… Я знаю, ты можешь с помощью этих хроновских заклинаний перенести меня во времена благодатнее, светоноснее! Всё! Хватит! Осточертело всё! Я готов к путешествию чрез времена!
— Воля твоя! — покорно отозвался Зафар.
— Шалый! Шалый! — вдруг переключил Ричард внимание на своего человека. — Брось ты этот чёртов камин, я и так, как в пекле побывал, хватит его растапливать!
Шалый, заметно недовольный обращением, всё же поспешно подошёл к ложу больного и принял выжидательную позу. Ричард махнул рукой, дабы Шалый наклонился ближе к нему, и, за шкирку притянув его к себе еще ближе, полушёпотом изрёк:
— Сделаешь так, как мы с тобой договаривались, друг! — вдруг мягче обратился Ричард к побратиму. — Всё моё добро… прости, небольшое… ты знаешь, где его найти… достанется тебе, Шалый. Прощай, друг!
Шалый лишь утвердительно кивнул головой и отступил на шаг назад, страшась, что снова примется отговаривать Маккоула-младшего от рискованного решения. Подвергать себя сомнительным сакральным действиям загадочного сарацина!
— Иди сюда, дьяволица! — следом обратился Ричард к неожидавшей Бренне. — Да не трусь! Что я могу сделать тебе в таком-то состоянии?!
Бренна, быстро взглянув на Зафара, словно защиты искала в его взоре, с опаской подошла к своему палачу.
Ричард также махнул ей рукой, чтобы девушка наклонилась. Только Бренна не могла знать, что не шёпот будет слушать мучителя, как Шалый, а доведётся ей вытерпеть ненавистный страстный поцелуй.
— Моя Немезида! Жаль, нет в этой дьявольской книге заклинания, что хотел бы для тебя! А хотел бы я являться тебе каждую ночь во снах! Ведь знаю наверняка, что в СВОИХ — увижу тебя и не раз! Уповаю лишь: не с кинжалом в руках! А как раньше, до встречи в развалинах — ногой и покорной! Прощай, Немезида! Вымолила ты у небес свою свободу! Радуйся! Ликуй! Отпускаю…
Пока Ричард прощался с Бренной, Зафар успел накинуть на себя просторное одеяние «Стража Хроноса», поверх своего привычного платья. То одеяние — камис[48], что видел на нём однажды Дункан Маккоул в Аль-Джане. С крупным кругообразным орнаментом: внутри клинописного круга абрис песочных часов.
На этот раз спокойствие Зафара покинуло его, он как-то заметно стал поторапливаться, непрестанно отгоняя от себя назойливую мысль: «Что будет, если вдруг Ричард Маккоул передумает?» Не стоит терять драгоценное время! Пусть получает своё заветное!
— Я могу начинать, Ричард? — незамедлительно напомнил Зафар о желании Маккоула-младшего.
— Можешь, чужеземец! Давай твори своё заклятие! Я готов!
Зафар согласно кивнул головой, открыл как-то торжественно первую страницу манускрипта, словно хотел удостовериться, что читает нужную книгу, затем вторую — с оглавлением, скользя книзу указательным пальцем по строчкам. Отыскав ссылку нужной страницы, он так же церемонно открыл её и дал наставления Ричарду:
— Повторяй за мной то, что я прочту, Ричард Маккоул! Пусть воля твоя принесёт тебе желаемое счастье и поможет научиться ценить что-то более весомое в жизни, нежели власть, злато и сластолюбие!
— Не тяни время, сарацин, своим никчемным напутствием! Читай!
И Зафар произнёс первую фразу нужного заклинания…