Глава 41

— Кто такой Островский? — спросила я, повернувшись к Андрею, усевшемуся за руль своей Лады.

Скорая вместе с профессором только что отъехала, освещая проблесковыми маячками темный двор. Врач, осмотревший Роберта Алексеевича, вынес неутешительный диагноз — сердечный приступ.

Узнав у медиков, в какую больницу отвезут профессора, мы сели в машину.

У нас всё еще не было плана, что делать дальше и как искать Клима. Но я не могла просто так сидеть и ждать. Каждая минута отдаляла от меня Клима, каждый потерянный час оставлял на сердце кровоточащую засечку.

Я должна была что-то делать. И у меня уже была идея. Но вначале мне нужно было узнать, кто такой этот загадочный Островский.

Услышав мой вопрос, Андрей вздрогнул и посмотрел на меня. Одна только фамилия этого человека вызывала у парня безотчетный страх в глазах.

— Николай Островский — влиятельный магнат, депутат. Владеет несколькими заводами и до хуя чем еще. Несколько лет назад стал председателем попечительского совета университета. Они с Робертом Алексеевичем дружат…

На последней фразе голос парня дрогнул. А я со всей силы сцепила пальцы в замок. Как же профессору было больно узнать правду…

— Островский начал тайно встречаться с Евой, когда ей едва исполнилось восемнадцать, и подсадил девушку на наркотики. Но Клим узнал об этом слишком поздно…

Андрей завел машину, пытаясь чем-то занять подрагивающие руки.

— В ночь смерти Евы Островский накачал ее наркотиками в гостиничном номере. Они поссорились. Девушка села за руль и, не доезжая пяти километров до дома Клима, слетела с дороги и врезалась в дерево…

Тяжело дыша, Андрей замолчал.

— И Клим решил отомстить Островскому, — еле слышно проговорила я.

Парень кивнул.

— У Островского есть сын Антон? — медленно спросила я, глядя через лобовое стекло машины на ночное небо.

В моей голове, наконец-то, начала складываться картина.

— Да, — удивленно ответил Андрей, покосившись на меня. — Антон учился на нашем математическом факультете на курс младше.

— А сестра у него есть? — напряженно повернулась я к Андрею. Я до сих пор помнила свой ужас, когда Клим грозился навредить ей.

— Да, Катя. Она, по-моему, еще в школе учится, — растерянно проговорил парень, разглядывая мое лицо.

Андрей ничего не знал о похищении Антона, и мои вопросы его обескураживали.

Я резко выдохнула и откинулась на спинку сидения. Островский и есть отец Антона. И скорее всего он причастен к похищению Клима.

Теперь я точно знала, куда надо ехать.

— Езжай на Ленинский проспект, 24, - посмотрела я на Андрея.

Этот адрес намертво впечатался в моей голове. В первый день, когда Клим похитил нас, мы с Антоном обменялись координатами на случай, если кто-то из нас спасется первым.

Но теперь эта информация могла спасти жизнь Климу. Только бы не было слишком поздно…

Андрей пристально посмотрел на меня.

— Пожалуйста, только не говори, что это адрес Островского, — медленно протянул он.

Я ничего не ответила, но Андрею было достаточно моего застывшего решительного взгляда. Громко выругавшись, он ударил рукой по рулю.

— Ты с ума сошла, Саша?! Ты даже не представляешь, насколько это опасный человек! Да нас сразу прихлопнут, как мух! И Климу это точно не поможет!

Я смотрела прямо перед собой.

— Мы теряем время, Андрей, — тихо проговорила я. — Поехали, я объясню всё по дороге.

Парень чертыхнулся и, помедлив секунду, резко стартанул с места.

— Откуда у тебя вообще этот адрес? И что ты знаешь про его сына? — впился в меня взглядом Андрей.

Я помолчала. Правда была слишком резкой и неприглядной. Но у нас не было времени на лишние слова. Только суть.

— Клим похитил меня вместе с Антоном из кафе. Я не знаю, где он держал его и что с ним делал… Я видела Антона только в первый день, и он успел оставить мне свой адрес. Я приду к Островскому, как жертва, и скажу, что мне удалось сбежать.

Глаза Андрея за стеклами очков казались огромными.

— Бляяяяяяяяять, — прорычал он, до побелевших пальцев сжав руль. — На хера Клим это сделал?! Он же себе смертный приговор подписал!

Андрей даже не замечал, что разогнался под сто километров в час. Попадись нам по дороге гаишники, мы бы потеряли драгоценное время.

Я осторожно положила руку на судорожно сжатые пальцы парня.

— Андрей, сбавь немного.

Он ошалело посмотрел на меня и, медленно кивнув, сбавил скорость.

Какое-то время мы ехали в тишине. Андрей со своим математическим складом ума пытался разложить всё по полочкам и найти оптимальный выход из ситуации. А я просто смотрела на ночной притихший город и вспоминала нашу с Климом первую ночь.

В какой момент я осознала, что не смогу жить без этого человека? Сейчас мне казалось, что я поняла это сразу, как только заглянула в черные мерцающие глаза. Но чтобы принять, мне понадобилось гораздо больше времени. Сколько дней я потеряла зря…

— Саша, ответь мне честно. Что ты чувствуешь к Климу?

Вопрос Андрея заставил мое сердце ёкнуть.

— Я люблю его, — не задумываясь ни секунды, ответила я, повернувшись к парню.

Андрей шумно сглотнул.

— Даже несмотря на то, что он украл и держал тебя взаперти?

Я грустно улыбнулась.

— Несмотря ни на что…

***

Мы ехали по ночным центральным улицам, и я, припав к окну, вбирала в себя всю красоту этого города. Как много я не замечала раньше. Такое ощущение, что без Клима мои глаза были плотно закрыты. А сердце… Никогда раньше оно не было настолько наполненным и живым. Оно болело. А это ли не признак того, что я живу?

— Саша, ты понимаешь, что тебя просто могут там убить? — в который раз спросил меня Андрей.

Его голос охрип. Он устал отговаривать меня. Он хотел идти к Островскому вместе со мной. Он не верил, что моя легенда может убедить страшного человека со звериным чутьем. Он чертовски злился на нас с Климом.

И да, он был преданным другом. Надеюсь, Клим успел понять, как ему повезло.

— Я всё понимаю, Андрей. И ко всему готова.

Моя улыбка была искренней. В моем сердце жил Клим, и я уже была счастливым человеком. Оказывается, любовь делает человека безрассудно смелым и отчаянным.

Ради Клима я была готова на всё. И если его нет в живых, я бы хотела как можно скорее оказаться рядом.