Глава 2. Аня

– Матвей, все присутствуют? – настоящий преподаватель открывает компьютер и подсоединяет его к проектору. Слева от меня шорох и шевеление. Парень встает с места, непринужденно откидывая ручку на стол. Этот Матвей довольно высокий. Наверняка еще и спортом каким-нибудь занимается. – Двадцать четыре плюс один. Хмурюсь. Странная, непонятная информация. И не я одна недоумеваю. Григорий Максимович ставит на паузу свои слаженные манипуляции с проводами и лэптопом и переводит взгляд вперед. – Как понимать? – Двадцать четыре по списку и один неизвестный объект, – скашивает взгляд на меня и снова облизывается. Объект? Он назвал меня объектом?! Мои разодранные колени спрятаны, но весь его вид и, главное, взгляд говорят о том, что он помнит мое смущение. А я помню его недвусмысленные намеки. По аудитории вновь смешки. Парни откровенно ржут. Я так понимаю, он здесь местная звезда. Встаю из-за парты, выпрямляю спину. Разница с Матвеем в росте ощутимая. Макушкой достаю только до его плеч. – Анна Демидовна Исхакова, – представляюсь с гордостью, – перевелась из другого института. – Уф! Горячая штучка, – доносится с задней парты. Сглатываю раздражение. Им здесь что, по пятнадцать лет? Препод коротко кивает, делает какие-то заметки, и мы вместе с моим соседом по парте садимся одновременно, нечаянно задев руками друг друга. Обоих ударяет током. С едва уловимой ехидной улыбкой смотрим в глаза. Не извиняемся, когда вроде как из вежливости можно было бы. – Значит, ты староста группы? – тихо спрашиваю. Началась лекция, а я сижу за первой партой. – Тебя что-то смущает? Его ресницы едва подрагивают когда мы встречаемся взглядом. – Обычно староста – это страшная ботанша в очках. Опускаю тот факт, что в прошлом году в своей группе старостой была я. Подчиняться, исполнять чьи-то требования явно не про меня. И не про Матвея. – Ошибочка. На этот раз староста я. Лучший студент потока, – вновь подмигивает и расставляет локти. Сидеть рядом становится невозможно, – меня выбрали единогласно. Раздраженно выдохнув, двигаю локоть своего соседа. Матвей тихо посмеивается. Мы явно не будем друзьями. – Пока. – «Пока»? Уже уходишь? – с наигранной грустью спрашивает. Если мы не прекратим, то нас выгонят с лекции обоих. – Ха-ха, – морщу носик, – пока лучший студент потока. Но сегодня же только первый учебный день, верно? Впереди еще много, много, мно-ого дней, – наклоняюсь. На его носу едва заметные веснушки. Терпеть не могу, когда у парней веснушки. Матвей сужает глаза и осматривает меня новым взглядом. Придирчиво, но сухо. Все предметы вокруг нас гудят от напряжения. Не класс, а электробудка. А потом… Он щелкает меня по носу и нагло улыбается. Пусть он и лучший студент курса, любимчик всех, его поведение – это поведение избалованного мальчишки. Его просто никто не ставил на место. – Значит, Аня… Лекция закончилась. Все собирают свои вещи, Матвей не торопится. Продолжает разглядывать меня с ног до головы. Колготки на мне все еще порваны. Это конкретный минус моей уверенности в себе. Ненавижу, когда что-то выходит из-под моего контроля. Распускаю волосы, чтобы перевести внимание парня со своих колен на голову. Матвей по ощущениям подсчитывает каждую волосинку, изучает каждую клетку и каждую мою родинку. – Следующая пара физкультура, – без эмоций в голосе говорит, – это если вдруг ты все же не посмотрела расписание. Умеешь бегать на длинные дистанции, Анечка? – Анечка умеет прыгать через козла! – с уверенностью отвечаю, уставившись на парня в упор. Повисает недолгая пауза. В аудитории мы одни. – Матвей Ренатович Градов, – протягивает руку. Я должна ее пожать? После всего, что он вытворял? Кошусь на протянутую руку, веду бровями. Мол: «И?». – Это лишняя для меня информация, – по итогу говорю. – Дерзкая, – с недовольством бросает свой ответ, – хочешь совет? Плевать. Быстрым шагом иду к двери. И спрашивать, как попасть в физкультурный зал не собираюсь. Разберусь. Этот Градов догоняет. Не думала, что один человек после часа знакомства может вызывать столько негативных и разрушающих ощущений. Аура у него, что ль, такая? Вирусная? – Не наживай себе врага в моем лице, Исхакова, – догоняет и шепчет на ухо. Наконец-то сглатываю и резко оборачиваюсь. Мой нос почти упирается в его грудную клетку. Тело наполняется яростью под завязку. – Могу дать тебе аналогичный совет, Градов.