Глава 221 Чувства зарождаются с внимания
Елизавета почти не раздумывая ответила:
— Я хотела бы девочку.
Мальчики слишком непослушны, в отличии от более ласковых девочек. Все говорят, что девочки — заботливая опора родителей, это суждение разумно. Мальчики не сравнятся с девочками в деликатности. Поэтому она больше хотела девочку. Прежде Афанасий тоже задавал ей этот вопрос, она тоже ответила, что девочку. Она сказала, что за свою жизнь непременно родит дочь.
Однако в этой жизни она так и не родила дочери.
Анфиса передала ей еду со словами:
— Тебе нравятся девочки, я тоже бы хотела дочь, но я больше надеюсь, что твой ребёнок — мальчик.
Все влиятельные семьи надеялись, что выбранная в жёны невестка будет плодовитой, хотя современные люди ментально раскрепощены, мужчины и женщины равны, однако в подобных семьях, обладающих огромными богатствами, нуждаются в продолжателе рода, потому всем требуется сын.
Елизавета поняла её посыл, в смущении опустила голову и произнесла:
— Этого я не могу гарантировать.
— Глупая, — Анфису позабавил ответ, — я просто сказала надеюсь, не говорила, что необходимо родить мальчика.
Илья отложил вилку и нож в сторону, поднялся из-за стола и крепко призадумался. Очевидно, что он отец ребёнка, однако он видел, что поведение Анфисы походит на отцовское. В этом доме он очевидно лишний. Во время ужина женщины болтали и смеялись, абсолютно не обращая на него внимания. Он ощущал подавленность в душе. Анфиса и Елизавета, не сговариваясь, посмотрели на него.
— Мне кажется, он в плохом настроении, — сказала Елизавета.
— Должно быть у него есть дела по работе, — Анфиса понимала, что с ним, но не стала откровенничать.
Елизавета кивнула головой.
Ночью.
Илья ворочался с боку на бок, не мог заснуть, затем поднялся и спустился вниз. В этот момент Елизавета встала попить воды, он замедлил шаг, глядя на стоящую у стола женщину, мутный свет окутывал её худую фигуру, скоро уже три месяца, но она не выглядит беременной. Живот не заметен.
Елизавета не заметила стоящего на лестнице человека, возможно она думала о чём-то про себя, потому не приметила его.
Когда вечером ложилась спать, получила звонок от брата, он сказал, что жизнь Афанасия вне опасности, велев ей не беспокоиться. Удостоверившись, что с ним все в порядке, увёз. Опасаясь, что он вновь придёт искать Елизавету и доставит ей неприятности
Она чувствовала лёгкую грусть, взяла кружку и подошла к панорамному окну, черная ночь особенно тиха, подобная атмосфера побуждает людей к труднообъяснимой сентиментальности. За двадцать лет она никогда не думала, что однажды из нищеты попадёт в такое положение. Ни разу не думала, что её двадцатый день рождения станет огромным переломным моментом. Внезапно стала жить в городе, в котором никогда не бывала, самые близкие отношения завязались с человеком, которого она никогда не видела. Она подняла голову, посмотрела на небо, сегодня ночью не видно звёзд, даже луна скрылась.
Слабо улыбнулась, её улыбка выглядела красиво, но в ней крылась горечь, она произнесла:
— Господи, вы пошутили надо мной.
— Тем, что в твоей жизни внезапно появился такой человек как я, заставляющий чувствовать тебя ужасно, поэтому ты вздыхаешь здесь от тяжёлых переживаний?
Низкий мужской голос в тихой ночи особенно отчётливо слышен. Елизавета повернулась, увидела стоящего позади Илью, его высокая фигура была облачена в чёрный шёлковый банный халат, из-за тёмного освещения, она не могла рассмотреть выражение его лица.
— Вы ещё не спите? — Елизавета растерялась, не ожидала, что он услышит её слова.
— Ты ведь тоже не спишь. — легко ответил Илья, подходя к ней и становясь рядом у панорамного окна.
— Я проснулась, встала попить воды, у меня нет бессонницы, — Елизавета посмотрела за окно.
— Кажется, твои горестные вздохи, просто лишь вздохи, на самом деле ты можешь отпустить всё.
Илья был удивлён этим моментом. Только-только рассталась с парнем, не должна ли страдать от раненого сердца?
Елизавета наклонила голову, взглянула на него и быстро перевела взгляд обратно.
— Потому что я осознаю своё положение, хорошо понимаю, что мы не можем вернуть прошлое, продолжая привязываться, мы только сильнее навредим друг другу, поэтому вместо мягкого утешения, лучше уж действовать быстро и решительно, расстаться и отпустить.
Её отважная решительность конечно восхитила Илью, какое количество людей попадает в ловушку любви, сколько безрассудств творят ради любви. Сколько людей смогут добиться такой непринуждённости и ловкости как у неё?
— Напоследок запомни одну вещь, — Илья посмотрел на неё.
— Какую вещь? — Елизавета недоумённо посмотрела на него, думая, что эта ночь немного странная.
Она не могла объяснить в чём заключается странность.
— Запомни, что я отец ребёнка в твоём животе, ты не можешь игнорировать факт моего существования, — он договорил и поднялся по лестнице.
Елизавета осталась в полном недоумении. Что он имел в виду?
Дверь спальни с восточной стороны дома тихонько закрылась, когда Илья поднимался по лестнице. В этой спальне жила Анфиса. Она плохо спала, могла услышать малейший шум, притом сон у неё поверхностный, когда Елизавета встала, она сразу проснулась. После того как услышала голос Ильи, поднялась. Посмотрела на их взаимодействие и уголки её губ тихонько приподнялись. Она почувствовала, что взгляд Ильи уже упал на Лизу. Многие хорошие чувства зарождаются с внимания. Возможно, он сам не осознает, однако уже начал действовать.
Время летит стремительно, в мгновение ока беременность Елизаветы перевалила за восемь месяцев. Анфиса тоже притворялась беременной. За исключением надежного слуги, в доме почти нет лишних людей. Даже от сопровождающей её Екатерины Анфиса хранила свой секрет, отослала её на период беременности. Всё шло гладко по плану.
Сегодня был день обследования беременности, поскольку в реальности она не беременна, то поехала в торговый центр, чтобы подготовить вещи для ребёнка, которого вот-вот родит Лиза. Однако она совсем забыла, что Елизавете требовалось пройти предродовой осмотр именно сегодня.
К счастью, у Ильи выдалось свободное время. Этот момент стало для них двоих.
Во время обследования плода, можно услышать сердцебиение. Сейчас Илья впервые услышал его, невольно разволновался. Елизавета увидела его растерянность, её губы приподнялись, и она спросила:
— Удивительное чувство?
Илья согласно кивнул.
— Когда я впервые услышала его сердцебиение, очень удивилась, почувствовала чудо жизни, помню, как приблизительно в пять месяцев впервые ощутила его шевеление, я не спала от волнения всю ночь…
Илья заморгал, чёрные как смоль зрачки расширились от изумления, и он спросил:
— Плод может двигаться в животе?
Почему она не говорила ему? Не позволила ощутить?
Медсестре стало противно наблюдать за ними, она глянула на Елизавету и спросила:
— Девушка, ты ведь эгоистка? Отчего не позволяешь отцу общаться с ребёнком?
Медсестра ощущала удивление, она не видела, чтобы папа даже не знал о движениях плода. Елизавета смутилась.
— Я слишком занят работой, невнимательно отношусь к ней… — Илья взял на себя ответственность.
— Даже когда занят, не должен меньше заботиться о своей жене, всё же ты отец ребёнка.
— Да, да, то, что ты сказала, верно, — решительный и смелый в торговом центре мужчина, в этот момент, перед медсестрой был похож на провинившегося парнишку.
После обследования Илья вышел из больницы, поддерживая Елизавету под руку, он оставил её подождать в дверях, говоря:
— Пойду заведу машину и подъеду.
Елизавета кивнула.
Илья подошёл к машине, нажал на кнопку разблокировки на ключах, фары машины мигнули. Он открыл дверь, начал заводить машину, когда зазвонил мобильный телефон в кармане. Он достал телефон, на дисплее показалось имя жены, его глаза блеснули, и он нажал на кнопку ответа.
— Вы закончили обследование? — тихо спросила Анфиса.
— Угу, готовимся ехать домой.
— Не стоит возвращаться!