Глава 40

Будто сквозь толщу воды я слышала какой-то неясный скрип и скрежет. Меня укачивало. Было ощущение, будто я качаюсь на старых металлических качелях, которые забыли смазать.

С трудом разлепила глаза и поняла, что хочу закрыть их снова. Надо мной была металлическая чёрная решётка. По бокам тоже. Более того, я руками и всем телом чувствовала, что подо мной всё та же решётка. Чёрт. Я опять вляпалась.

Всё тело ломило, двигаться не хотелось в принципе. Голова болела, и вообще подташнивало. Особенно учитывая сырой, затхлый запах, в который примешивалось что-то палёное. В воздухе висела едва заметная сизо-сиреневая дымка. Я попыталась развеять её рукой, но она даже не двинулась.

Где я? Всё-таки нашла в себе силы приподняться на локте и осмотреться. Снова захотелось зажмуриться и понадеяться, что всё это кошмарный сон, и сейчас я проснусь в своей кровати рядом с Роланом.

Я лежала в металлической квадратной клетке, подвешенной над полом. Пола я, кстати, не видела, потому что было высоко и темно. Освещалось помещение только несколькими факелами, которые еле-еле коптили.

Рядом угадывались силуэты ещё пары таких же клеток, как у меня, только намного больше. Кажется, пустые, и, похоже, на полу.

Моя же клетка раскачивалась при каждом моём движении, и от этого слегка укачивало, поэтому двигаться старалась минимально. Некоторое время ничего не происходило. Я висела в клетке на неопределённой высоте и прислушивалась.

Тишина нарушалась поскрипыванием и позвякивание цепей и тихими каплями где-то. Чем больше проходило времени, тем страшнее становилось. Потому что приходило понимание безвыходности моего положения.

Чёрт меня дёрнул поверить этой записке? Ни разу они не доводили меня до добра. С чего я вообще подумала, что это может быть Ролан? Надо было его просто дождаться, снова прижаться к нему и перестать глупить. А теперь вот что мне делать?!

В голову начали лезть глупые мысли. Что, если меня никогда не найдут? Неужели я так и останусь тут насовсем?

Кому я понадобилась? А, главное, зачем?

Долго ждать ответы на эти вопросы мне не пришлось. Где-то что-то щёлкнуло, загромыхало, а потом с громким лязганьем цепей клетка начала медленно опускаться. При этом факелы будто стали гореть ярче, а где-то в глубине помещения послышались гулкие шаги. Ко мне приближались несколько человек. Один шёл уверенным широким шагом, и ещё кто-то семенил рядом.

Сердце бешено забилось в страхе. Клетка сотряслась при ударе о пол, в воздух поднялась пыль. Я чуть не упала, спасло только то, что я побелевшими пальцами вцепилась в прутья решётки.

Дыхание сбилось, стало совсем поверхностным, так что воздуха не хватало. Глаза начали слезиться от всматривания в полутьму. Шаги становились всё ближе.

Наконец, ко мне вышел мужчина неопределённого возраста. Высокий, широкоплечий. Возможно, когда-то красивый. Но сейчас его лицо было искажено постоянной маской высокомерного презрения. Уголки рта были опущены, а от крыльев носа шли глубокие носогубные складки. Между бровями залегла поперечная морщина гордеца.

Мужчина шёл медленно, но уверенно. В каждом движении была угроза. Но это была угроза не благородного хищника, а падальщика. От него исходила опасность человека, готового добиваться своего низкими методами.

— Ну, здравствуй, — на лице мужчины появилась неприятная ухмылка. — Наконец-то я могу рассмотреть тебя поближе.

Он расстегнул сверкнувшую в свете факелов золотую застёжку на плаще и снял его с себя. К нему тут же подбежал кривоногий карлик. Мужчина просто кинул на карлика плащ и процедил что-то типа “пшёл вон”.

Под плащом скрывался дорогой, я бы сказала королевский наряд из парчи и бархата. Это был явно непростой человек. Судя по замашкам слишком непростой. Отчего у меня появились совершенно определённые подозрения.

Мужчина подошёл к клетке и схватил меня за подбородок, подтянув его ближе к решётке.

— А мордашка у тебя ничего, — хмыкнул он. — В других обстоятельствах назло своему племянничку я бы использовал тебя в своё удовольствие. Но сейчас мне от тебя нужно другое. Что-то более… М… Вкусное.

По спине пробежал холодок, я сжала кулаки. Значит, всё же император Латори. Я подавила в себе желание плюнуть ему в лицо. Зачем злить и без того морально неустойчивого человека? Надо сначала понять, что от меня хотят.

— Зачем я вам? — спрашиваю я, вкладывая в слова слабость и робость. Хотя честно признаться я и так не чувствовала сильной уверенности в себе.

— Чтобы наконец, добиться своего, конечно, — уклончиво ответил император. — Всё вокруг есть просто средство для достижения цели, не правда ли? Племянничек, ты, драконы… Хочешь посмотреть представление?

Он сказал это с таким придыханием, что стало понятно — мне не понравится. И смотреть “представление” я точно не хотела.

Но император даже не стал дожидаться моего ответа. Он махнул рукой, и стало внезапно ещё ярче.

К моему ужасу, в тех клетках, в которых, я думала, никого нет, я заметила медленное движение. Присмотрелась, и сердце пропустило удар. Огромные массивные тела, сложенные кожистые крылья и полуоблезшая чешуя. Это были драконы!

Смотреть на них было страшно. Кости, обтянутые кожей, сильно выпирали. Всего драконов было трое, разного размера, но одинаково измученные. Один из них поднял морду и посмотрел на меня. Меня прошиб холодный пот от того, сколько в этом взгляде было боли и безысходности.

Я схватилась за прутья клетки так, что почувствовала, что мелкие неровности впиваются в тонкую кожу ладоней, пальцы побелели. Сердце сжали тиски.

Нельзя! Так с драконами нельзя! Они вольные, им ни за что не выжить в неволе. Они как люди! А Нема даже утверждала, что они выше всех в иерархии рас этого мира.

Но оказалось, что это было не самое страшное.

Что-то щёлкнуло, и на этот раз при ярком свете я наконец разглядела что. У стены находилось множество рычагов, и карлик только что нажал на ещё один. В центре зала раздвинуться круглый люк, который казался мне до этого момента просто рисунком. Оттуда поднялась трибуна, из которой торчало несколько магических камней. Еле заметные пазы на полу, что соединяли центр с трибуной и все клетки, наполнились жидкостью.

Жидкость растеклась в стороны до самых клеток с драконами, а потом наполнила углубления внутри самих клеток. Как только жидкость коснулась лап драконов, они взревели и выгнулись. Мне захотелось кричать вместе с ними.

Император подошёл к трибуне, повернул пару кристаллов, после чего они загорелись слабым сизо-сиреневым светом. Потом он положил на трибуну ладони и закрыл глаза. Рёв драконов стал совсем невыносим. Он оглушал и отдавался в груди, где-то в самом её центре, зажигая там жгучий комочек.

Из моих глаз брызнули слёзы. От драконов к императору потянулись сиреневые нити. Он тянул из них магию. Чем больше времени проходило, тем довольнее становилась улыбка императора и тем слабее становились драконы.

Наконец, они упали без сил. Сиреневые потоки иссякли, кристаллы потухли, а жидкость из канавок с тихим бульканьем утекла в отверстия в полу.

Император открыл глаза. Я отшатнулась. Они горели насыщенно-жёлтого цвета, а зрачок стал вертикальным. Что он такое?

Пальцы похолодели. Я теперь их почти не чувствовала и не смогла разжать, когда император в один миг оказался рядом.

Он провёл своим гладким, ледяным пальцем по моей щеке, размазывая мокрую дорожку.

— Вижу, тебе понравилось, — хищно улыбнулся он. — Мне раньше тоже доставляло удовольствие. А как было вкусно, когда они умирали! Это же как сказочно-сладкий десерт! Но это было так краткосрочно. А драконов было всё меньше…

Так вот, кто стоял за исчезновениями драконов, за их вымиранием! Мне стало противно. Я попыталась дёрнуться, но его пальцы впились в мой подбородок и впечатали мое лицо в решётку.

— Поэтому мне пришлось изобрести вот такие устройства и потихоньку тянуть силу, — он с гордостью показал на трибуну с кристаллами. — Да, не так вкусно. Зато регулярно и дольше. Но это всё равно всё не то.

Император склонился к моему лицу и всмотрелся в мои глаза.

— Долго же я ждал, когда ты встретишься со своей мамочкой, чтобы она наполнила твой источник, — его дыхание опаляло моё лицо. Мне на миг показалось, что я вот-вот задохнусь, пахло гнилой плотью и смертью.

— Зачем я вам? — прошептала я, боясь потерять сознание.

— Потому что я долго изучал вопрос и понял, что установить связь с источником мне поможет только полукровка, — чуть наклонив голову набок сказал он. — У меня так и не получилось добраться до глупышки Амалии. Ты же сама и помешала. Зато теперь у меня есть ты… Поиграем?

Он отшвырнул меня от решётки и махнул кому-то. Из темноты появились двое — всё тот же карлик и практически бесшумно передвигающийся человек в чёрном плаще. Хотя нет. Не человек. Красный блеск глаз из-под чёрного капюшона точно говорил мне, что это был демон.

В его руках был металлический массивный стул и какой-то обруч, к которому были прикреплены цепи, тянувшиеся следом за ним и противно громыхавшие.

Я отползла в дальний угол клетки. Сердце готово было выскочить из груди. Я не понимала, что происходит. Вроде мы уже сделали то, что нужно было. Даже больше: не просто закрыли портал, а запечатали его. Демонов победили. Я даже позволила себе расслабиться, поверив, что мы с Роланом сможем быть вместе. Где угодно: хоть в этом мире, хоть в моём. Но, похоже, всё зря…

Неужели я просто оказалась слишком наивна для злодейки? Будь на моём месте Летиция, она наверняка бы подстраховалась, когда пошла на поводу у записки, да и тут придумала бы: как обмануть императора. А я…

Тем временем заскрипели какие-то механизмы, что-то щёлкнуло, и карлик открыл дверцу. Он зашёл внутрь и, схватив меня за руку, потащил наружу. Я вцепилась ногтями в его кисть, но это не произвело ни малейшего эффекта. У него даже выражение лица не изменилось.

— Отпусти меня, — прорычала отчаянно я.

— Милая Летиция, чем больше ты сопротивляешься, тем больнее тебе будет, — с наигранным сочувствием сказал император.

Демон схватил меня за волосы и усадил на стул. Он всего лишь щёлкнул пальцами, а я будто приросла к сидению не в силах пошевелиться. На мою голову надели обруч и с силой вдавили его, так что показалось, что он поцарапал кожу. Тяжёлые цепи оттягивали голову, но недолго.

С жадным нетерпением император вцепился в них и крикнул:

— Ну же, давай скорее!!!

Демон повернул пару кристаллов на обруче, и меня пронзила боль, которую я бы ни с чем в жизни не смогла сравнить. Я вся стала бесконечным источником боли. Я горела и замерзала одновременно. Я расщеплялась на атомы. Я теряла связь с реальностью.

Внезапно всё оборвалось. Сквозь безумный шум в ушах я слышала голоса:

— Ничего нет, в чём дело?

— У неё ещё не пробудилась магия, мой господин.

— Так сделай это, идиот!

— Это может сделать только она сама.

— Мне плевать. Мне нужна её сила!

И снова на меня нахлынула боль, от которой я всё же отключилась.

Когда я открыла глаза, я была снова в клетке. Но я не могла ни говорить, ни двигаться. Мысли текли вяло и беспорядочно. Я медленно вспоминала, что произошло. Видимо, император пытался вытянуть из меня магию, но не смог. Судя по его замашкам, что бы он там ни хотел сделать, он не остановится. Будет пытаться снова и снова, пока не добьётся своего или пока я могу выдерживать это… А мне и одного раза хватило.

Страх прошёл, я безучастно смотрела в потолок. Душу трогали только воспоминания о Ролане, но я даже не надеялась, что он придёт и спасёт. Как он узнает, где я? Я вообще в другой стране. Мне немного жаль было бы прощаться с ним и со всем остальными. Но сильнее хотелось, чтобы мои мучения как можно быстрее кончились. Любым способом.

— Милая моя… Прости, что тебе приходится через это проходить, — раздался безумно знакомый женский голос. Тут могла появиться только она. Нема.